Читать книгу Тайная география - Зигфрид Герцог Фон Бабенберг - Страница 8

Они бежали, уже не разбирая дороги, вдоль портовых складов, мимо громадных силуэтов кранов, застывших в неестественных позах, словно исполинские насекомые, застигнутые светом фар. За их спинами нарастал рокот моторов – не городских машин, а чего-то более тяжелого, мощного, с характерным сухим треском работающего на холостых дизеля.

– Скорее! – крикнула Ирина, и ее голос сорвался от напряжения.

Она резко свернула в узкий проход между двумя длинными складами, почти щель, заваленную пустыми ящиками. Алексей, спотыкаясь, последовал за ней. В конце прохода виднелся ржавый забор, а за ним – черная гладь залива и огни противоположного берега.

– Туда не выйдем, – коротко бросила Ирина, останавливаясь и оглядываясь. Ее глаза в полумраке казались огромными. – Оцепят берег. Идут по трекеру.

– По какому трекеру? – растерянно спросил Алексей.

– В твоем телефоне. В часах. В чем угодно. Выброси! Все!

Он послушно, автоматически, вытащил из кармана smartphone, дорогой, точный инструмент, бывший еще недавно продолжением его руки, и швырнул его в темноту. Услышал, как он со звоном ударился о бетон. Потом снял умные часы и тоже отправил их вслед. Ирина тем временем вытащила свой, старый, потрепанный кнопочный телефон, извлекла из него батарею и швырнула все в разные стороны.

– Теперь куда? – в голосе Алексея слышалась паника.

Шум моторов приблизился, осветив вход в их укрытие длинными лучами фар. Их нашли.

Ирина посмотрела на забор, потом под ноги. У самого основания забора, почти скрытый кучей мусора, зиял пролом, затянутый ржавой, порванной сеткой.

– Вниз, – приказала она. – В ливневку.

Она первая, не раздумывая, юркнула в черный провал. Алексей, содрогаясь от отвращения, пополз за ней. Пахло стоячей водой, ржавчиной и чем-то кислым, сладковатым. Он упал в ледяную воду по щиколотку, едва удержавшись на ногах. Над головой с грохотом пронеслись машины, свет фар на мгновение пробился сквозь решетку, осветив низкий, закопченный свод туннеля и бледное, испуганное лицо Ирины.

– Идем, – прошептала она, и ее шепот отразился эхом в сырой темноте.

Они шли, согнувшись, по колено в воде, на ощупь. Алексей, программист, гений, создавший цифровую вселенную, теперь пробирался по канализационному коллектору, цепляясь за скользкие стены, и думал о том, что это, наверное, и есть та самая реальность, которую он так легкомысленно пытался исправить своими алгоритмами. Грубая, неприглядная, пахнущая тленом.

Ирина шла впереди, уверенно, словно знала дорогу.

– Ты… ты часто здесь бываешь? – не удержался он, чтобы разрядить леденящий душу ужас.

– У меня была карта городских коммуникаций, – сухо ответила она. – Пригодилась.

Через несколько сот метров она остановилась и приложила палец к губам. Сверху, сквозь решетку, доносились голоса. Неровный свет фонарей выхватывал из мрака капли воды, стекающие по стенам.

– …теплый след обрывается здесь. Возможно, в коллектор.

– Спускайтесь. Прочешите туннели.

Алексей замер, чувствуя, как ноги подкашиваются от страха. Они в ловушке.

Но Ирина не дрогнула. Она тронула его за рукав и указала вбок, где в стене зиял еще один, более узкий проход, от которого веяло затхлым холодом.

– Запасной выход. Старая ветка. На картах ее нет.

Они вползли в новое ответвление. Здесь было суше, но теснее, приходилось двигаться почти ползком. Воздух был густым и спертым. Алексей, с его страхом перед замкнутыми пространствами, чувствовал, как паника сжимает горло. Он полз, не видя ничего впереди, слыша лишь учащенное дыхание Ирины и шорох ее куртки о стенки туннеля.

Наконец, через несколько минут, показался свет. Не электрический, а бледный, лунный. Они выбрались в полуразрушенный кирпичный колодец, заросший сорной травой. Над головой сияло небо, усеянное звездами. Тишина. Ни машин, ни голосов. Только ветер в ветвях старых тополей и далекий гул города.

Они были в каком-то заброшенном парке на окраине Нереиды.

Алексей прислонился к мокрой кирпичной стене и зарыдал. Тихо, беззвучно, сотрясаясь всем телом. Это были слезы ужаса, унижения и потери. Он потерял все: свой дом, свое творение, свое представление о себе.

Ирина стояла рядом, молча, давая ему выплакаться. Потом сказала мягче, чем прежде:

– Ты жив. Это пока главное. Дальше будет сложнее. Они теперь знают твое лицо. Твой цифровой след. Ты стал человеком без имени.

Алексей поднял на нее заплаканные глаза.

– Зачем? Зачем ты мне помогаешь?

Она посмотрела на звезды, на темные очертания деревьев.

– Потому что ты – ключ. И если «Плерома» получит тебя и твой «Геосинтез», они не будут играть в благодетелей, как ты. Они просто возьмут и вырежут все, что сочтут лишним. А лишним они считают очень многое. Целые народы. Социальные классы. Идеи. Я не могу этому позволить. Я, в отличие от них и от тебя, все еще верю в случайность. В хаос. В свободу выбора. Даже если это выбор ошибаться.

Она вытащила из внутреннего кармана куртки смятый бумажный пакет, развернула его. Там лежали два бутерброда.

– Ешь, – сказала она, протягивая один ему. – Нам еще идти.

Алексей взял бутерброд дрожащей рукой. Он был самым вкусным, что он ел в жизни. Грубая, реальная пища. Первое, что он сделал сам, без помощи алгоритмов, за последние несколько дней. Он отломил кусок и почувствовал, как к нему понемногу возвращаются силы. Не цифровые, а живые, человеческие.

– Куда идти? – спросил он, и в голосе его уже была не паника, а усталая решимость.

– Найти Вагина, – сказала Ирина, доедая свой бутерброд. – Твоего профессора. Если кто и сможет понять, что ты там наколдовал, так это он. Если он, конечно, еще жив. И если «Плерома» не нашла его раньше нас.

Она встала, отряхнула руки.

– Вставай, картограф. Пришла пора наносить на карту собственное бегство.