Читать книгу Будем жить! - Алексей Сергеевич Гагарин, Алексей Гагарин - Страница 5

Виктор входил в калитку своего двора с большим плюшевым медведем уже после того, как зашло солнце. На западе в том месте, где только что спряталось солнце, багрово светилось небольшое плоское облачко. Тихо было на улице, свежо. Во дворе видны были следы от потока воды. Виктора радостно встретил пес Пушок, небольшой, пушистый, игривый, загремел цепью, размахивая хвостом, и потянулся обнюхать плюшевого Мишку.

– Это не тебе, Пушок! Это Катюше. Она давно хотела Мишку, – приветливо обратился к псу Виктор и радушно потрепал его по голове. – Как тут без меня? Всё в порядке? Не испугался ливня? Не унесло тебя водой?

Пушок ещё энергичней и радостней замахал хвостом. Виктор подошел к собачьей будке, возле которой были следы потока, но стояла она на пригорке, и вода ее не коснулась. Виктор наклонился, заглянул в будку. Сухо! Крышу Виктор сделал прочную. Не промокла! «Хорошо, хоть сообразил, поставил у забора на возвышенности, а то снесло бы водой!» – подумал он и снова приласкал собаку, говоря:

– Ладно, ладно! Понял, всё хорошо… – и вздохнул: – А мне тяжко… Пойду я…

Виктор, переобувшись в коридоре на коврике в тапки, вошел в прихожую. Услышав шум открываемой двери, из горницы ему навстречу радостно выскочила дочь Катюша, приостановилась, глядя с восторженной улыбкой на отца с большим Мишкой в руках, и с радостным визгом кинулась к нему.

– Ми-и-ишка-а-а!

Виктор подхватил её на руки, поцеловал в щеку, опустил на пол и протянул ей Мишку. Она прижала его к себе. Медведь был с нее ростом.

Из горницы на шум выглянула жена Наташа. Виктор чересчур торопливо подскочил к ней и тоже поцеловал в щеку. Наташа, глядя внимательно на него, спросила с некоторым недоумением:

– Чей-та ты Мишку купил? Зарплата вроде не скоро.

– Катюша так хотела Мишку. Видишь, как рада.

Виктор погладил по голове сияющую дочь. Она крепко, с любовью прижимала к себе медведя. К ней подошла рыжая кошка с белой мордочкой Дашка и стала обнюхивать ноги Мишки.

– Невеселый ты какой-то. Улыбаешься, а глаза грустные, – всё так же внимательно смотрела на него жена. – Случилось что?

– Всё-то ты видишь, всё чувствуешь! – Виктор обнял жену, прижал к себе на некоторое время и прошептал на ухо: – Мы завтра идем с Колькой в военкомат, записываться по контракту…

– Я так и знала! – с горечью высвободилась из его объятий Наташа.

Она догадывалась, чувствовала, что Витя рано или поздно не выдержит, отправится на СВО, страшилась этого, старалась не разговаривать на эту тяжелую для нее тему.

– Пашка пропал без вести… – глухо, уже иным тоном, сказал Виктор.

– Ой-ой… Что же это такое? – воскликнула Наташа и крикнула в сторону горницы. – Мама, мама!

Виктор с некоторой глухой ревностью невольно отметил про себя, как эмоционально вспыхнула жена при горьком известии о Паше. Он знал, что Наташа в школе была влюблена в Пашу. Из горницы спешно показалась Мария Дмитриевна с вязаньем в руке. Наташа сразу после свадьбы стала звать свекровь мамой.

– Мама, Пашка Мельников пропал без вести!

Мария Дмитриевна охнула потрясенно:

– Как? Когда?

Наташа снова эмоционально и тревожно вскрикнула:

– Мам, и Витя туда собрался! За друга мстить!

Виктор всё ещё не отпускал от себя дочку, словно она была ему защитой, быстро и решительно заговорил:

– Я не могу себя уважать, когда люди воюют с нацистами. Эти звери открыто твердят, что хотят уничтожить Россию. Уничтожить русских… А я, как баран, буду сидеть дома и ждать, когда меня, тебя, маму, доченьку нашу на бойню поведут… Так, да?

Говоря это, Виктор глядел на мать, обращался к ней.

– Мам, как поступил бы мой отец? Стал бы покорно ждать, когда кто-то решит его участь?

Мария Дмитриевна вздохнула тяжко, горестно:

– Горячий он был…

Отец Виктора умер в прошлом году от рака легких.

Виктор снова уверенно заявил:

– Значит, решено! Завтра я иду в военкомат.

Мария Дмитриевна, прижав левой рукой к животу недовязанный шерстяной носок со спицами, правой перекрестила сына.

– Благословляю!