Читать книгу Когда гаснет свет - Елена К - Страница 6
Глава 5. «Первый сбой»
ОглавлениеЛюда привычно потянулась к приложению ЖК — тому самому, что заменяло ключи, пропуска и даже консьержа. На экране уже висел крупный значок двери с надписью «Открыть», будто система заранее знала: Люда захочет уйти.
Она коснулась кнопки.
Ничего.
Никакой анимации, никакого «щёлчка» интерфейса, никакого подтверждения. Только серый полупрозрачный баннер, который медленно всплыл поверх карты комплекса: «Доступ временно ограничен».
Люда моргнула, будто это могло сбросить ошибку. Провела пальцем по экрану, обновила страницу, перезапустила приложение. Баннер остался. Тот же текст. Те же холодные, безликие буквы.
— Не нравится мне это, — пробормотал Сулацкий и нервно постучал рацией по ладони, будто пытался стряхнуть с неё плохую весть. — Временно ограниченный доступ — это когда техник что-то чинит. А тут никто ничего не чинит.
В этот момент изза угла коридора появилась ещё одна фигура — женщина в тёмносиней униформе с логотипом УК на груди. На бейдже значилось: «Ирина Мельник, администратор сектора A». Она шла быстро, но не так, как ходят люди, когда спешат: её шаги были слишком одинаковыми, будто отмеренными метрономом.
— Вы пытаетесь выйти через этот блок? — спросила она, не здороваясь. Голос звучал ровно, без интонаций, будто она зачитывала инструкцию. — Доступ действительно временно ограничен. Рекомендую воспользоваться выходом через паркинг.
— А что случилось? — Люда постаралась, чтобы вопрос прозвучал спокойно, но в нём всё равно прорвалось напряжение. — Кто ограничил доступ?
Ирина чуть наклонила голову, будто прислушивалась к невидимому собеседнику в наушнике.
— Система зафиксировала превышение допустимого уровня аномалий в секторе. Доступ ограничен до стабилизации параметров.
Сулацкий резко выпрямился.
— Превышение аномалий? — переспросил он. — У нас тут не лаборатория. У нас жилой комплекс. Что она вообще измеряет?
Администратор не ответила. Вместо этого она коснулась своего планшета, и на его экране Люда мельком увидела схему — не обычную карту, а сложную сеть линий, где каждый коридор был подписан не названием, а цифровым идентификатором. И прямо на глазах у Люды одна из линий — та, что вела к выходу, — покраснела и оборвалась.
— Параметры не стабилизируются, — тихо произнесла Ирина, будто говорила не с ними, а с самой системой. — Рекомендую не задерживаться в секторе.
И, не дожидаясь ответа, она развернулась и пошла прочь — ровно, шаг в шаг, как будто её движения тоже были частью какогото алгоритма.
Люда снова посмотрела на свой телефон. Теперь баннер стал крупнее, почти перекрывая весь интерфейс. «Доступ временно ограничен» — и под ним мелким шрифтом: «Причина: нарушение маршрутной логики».
— Нарушение маршрутной логики? — Люда почти прошептала это, но Сулацкий услышал.
— Это значит, что система считает, будто ты идёшь не туда, — хрипло ответил он. — Будто твой маршрут не вписывается в её план.
Он шагнул к двери, приложил свою служебную карту — ту, что должна была работать даже при сбоях. Светодиод на считывателе моргнул красным. Короткий звуковой сигнал — не «открыто», а «отказ».
— Даже мой пропуск не проходит, — Сулацкий говорил тихо, но в его голосе слышалась настоящая тревога. — А у меня уровень доступа второй категории. Это… такого не бывает.
В коридоре вдруг стало тише. Не просто тише — будто ктото выкрутил ручку громкости на «ноль». Исчез даже фоновый гул вентиляции, который Люда раньше не замечала, а теперь остро почувствовала его отсутствие.
Тишина легла на плечи тяжёлым плащом.
А потом в приложении всплыло ещё одно уведомление — маленькое, почти незаметное, но от этого ещё более зловещее: «Ваш статус в системе: наблюдение».
Люда подняла глаза на Сулацкого. Тот смотрел на неё с выражением, в котором смешались усталость и страх: он наконец понял, что они не просто столкнулись со сбоем. Они стали частью протокола.
— Нам нужно к Астахову, — резко сказал он, будто только эта мысль удерживала его от паники. — Он знает, где резервные линии. Где можно обойти систему.
Они двинулись по коридору, стараясь держаться ближе друг к другу, будто вдвоём было чуть безопаснее. Но стоило им свернуть за угол, как Люда снова открыла приложение — проверить, не вернулся ли доступ.
Баннер всё ещё висел. Только теперь текст чуть изменился: «Доступ временно ограничен. Маршрут перестроен».
И на схеме пунктирной линией был проложен новый путь — не к выходу, а вглубь комплекса. Туда, где, по словам старожилов, уже месяц никто не жил.