Читать книгу Моя другая половина - - Страница 13

Длинный шестидесятисекундный светофор приковал меня к линии стоп красным сигналом. Восемь тридцать утра. Час пик. Я приспустила боковое стекло и закурила.

– Эй, сестричка! Угости сигареткой, – услышала я слева. Зеленый уаз-таблетка с красными крестами по дверям. Лукавое, бородатое лицо. Если бы не его «сестричка», то послала бы к известной матери. Протянула коробку через белую полосу разметки.

– Дякуэмо, – хохол вынул две. Вернул. Смеялся.

– Будь ласка, – я знаю отзыв на этот пароль. Бородатый поднял большой палец. Я кивнула.

Зеленый. Я слегка прижала педальку газа. Сорокет. Разгоняться нет смысла. Светофоры и перекрестки через каждые сто метров. Центр.

– Привет, – услышала я в телефоне.

Скорая, раздвигая криком ряды, неслась по разделительной. Я резко взяла вправо, прижавшись к желтой маршрутке. Притянула аппарат плечом к щеке.

– Как дела?

Кто? Я отвлеклась на перестроения в ряду. Машины впереди меня мигали поворотниками. Авария.

– Нормально. Ты как? – ответила нейтрально.

– Прекрасно. Как съездила? – я узнала мягкий голос в трубке и выронила аппарат от удивления. Нет. С чего бы вдруг такая забота? Ловко поймала айфон коленями. Иван. Зачем?

– Командировка как командировка. Все хорошо, – доложилась я. Почему я должна перед ним отчитываться?

– Ничего не случилось? – мой родственник по линии Вареньки явно усмехался.

– Ничего, вроде, – я вырвалась на простор Окружной дороги. Полетела.

– А мне известно, что сорок четвертый калибр заводит тебя на раз-два. Вплоть до благодарности хозяину револьвера, – он смеялся. Дышал в микрофон так близко, словно разговаривал со мной с заднего сиденья. Не поняла.

– Че тебе надо? – спросила резко. Что за новая засада? Какая благодарность? Кому? Белому мишке? Скинула скорость до ста и перестроилась.

– Почему ты так напряглась? – Иван усмехался.

Я на уровне крови чуяла, как изгибаются его губы. Я не стану говорить. Нет.

– Молчишь? – раздался его голос после хорошей паузы. Разочарованно. – Я заеду за тобой завтра в двенадцать дня. Сходим в гости и поговорим.

Я ничего не издала в ответ. Ни звука. Завтра в девять тридцать прилетает Пепе из Рима. Вот с ним я стану ходить в гости и разговаривать. Заборы по краю трассы сливались в одно серое полотно.

– Леля! Почему ты молчишь? Ты мне нужна будешь завтра. Действительно надо поговорить. Ответь! – мужской голос настаивал. Злился.

Я нажала на красную кнопку сброса. Заблокировала абонента, кинула айфон на полку торпедо любимого джимни. Я подумаю об этом завтра. Не хочу.

Как славно начался день!

– Мы не сможем вечером увидеться, прости, – Леня снял мою правую руку с руля и поцеловал. М-м-м. Мне не часто целуют руки. – Сегодня конференция…

– Да поняла я, поняла. Ты самый занятый человек в этом Городе. Беги, – я поцеловала его в губы на глазах у человека в форме. Тот шел ко мне через площадь, покачивая укоризненно полосатым жезлом. Увидел, почесал смущенно нос. И пошел в другую сторону. – До понедельника!

Что самое главное в этих самых близких отношениях? Вовремя свалить. Чтобы не сдохнуть от передоза.

– Привет, Перова! К шефу, – прозвенела детским голоском крошка Оленька. Сунула коготки в стеклянный круглый аквариум, куда я высыпала кучу разных конфет. У нас есть такая традиция: вернулся из командировки – угости общество тамошними сладостями. Или любыми, какие попадутся.

– Стоило же ехать на далекий Север, чтобы привести оттуда «Мишку на севере»! Да еще нашей городской фабрики! – рассмеялась счастливо красавица. Сунула конфетку за щеку. Человек-мозг.

– Представь себе, они там дороже в три раза, – я сделала большие глаза. Купила сладости в симпатичной лавочке на углу проспекта.

– Кошмар, как там люди живут? – испуганно-очаровано в спину.

Я стучала каблуками в сторону знакомой двери. Готова была к любому повороту.

– Рассказывайте, Ольга, – милостиво разрешил Игорь Олегович. Поглядел привычно в точку за моим ухом и переключился на монитор.

Все двадцать восемь минут своего отчета я ждала. Вот-вот взорвется. Он скажет: «Стоп! А теперь расскажи-ка мне, девочка, как застрелить медведя в глаз». Ничего не случилось. Наоборот.

Впервые за три месяца шеф на пару секунд зафиксировался на моем лице. Сморгнул. Кивнул. Сказал:

– Евгений Олегович отзывается о вас положительно. Я вижу, что работу вы проделали…

Я опустила голову ниже, спрятала удивление он начальственных глаз. Ого! Премия. Сколько интересно? Робко выглянула сквозь волнистые пряди на шефа. Он улыбался! О господи! Я надеюсь, что искренне.

– Я очень рад, Ольга, что мы нашли, наконец, с вами общий язык и непонимание ушло в прошлое. Мне нравится в вас эта реальная эклектичность. Сочетание несочетаемого. Редкий профессионализм в редких сферах сегодняшней жизни. Это, – пластиковая карта приплыла мне в пальцы левой руки по глади столешницы. – Это от меня. Небольшое поощрение за прекрасно выполненную работу. Отдохните, как следует, в выходные. На следующей неделе у меня будет к вам ответственное поручение.

Я едва удержалась, чтобы не сделать книксен в стиле британского премьер-министра. Отползла за дверь. Игорь Олегович следил за моими маневрами с легкой полуулыбкой. Не прятался больше. Рыбьи все-таки у него глаза. Круглые и холодные. Но губы раздвигает широко и честно.

Небольшое, но ответственное поручение? Что это? У меня завелся новый работодатель?

– Перова! Я косметику принесла на продажу, налетай, – секретарша Оленька вольготно расположилась на моем рабочем столе. Девчонки из бухгалтерии запахнули за мной плотно дверь. Толку-то. Камеры в каждом углу.

– Кофе-брейк. Имеем право! – заявила потолку моя тезка.

Потрясающее имела свойство жить на халяву эта хрупкая брюнетка. Косметика – только «две по цене одной». Второй экземпляр на продажу. Чемпион по части скидок и клубных карт. «Акция часа» или «приведи друга-идиота» – тут не было Оле равных. И не то, чтобы у нее совсем отсутствовали зачатки разума или совести. Совсем нет. Она искренне считала, что помогает окружающим делать жизнь выгоднее. Дешевле, комфортнее. Продуманнее. Сама попадалась на развод и рекламную брехню регулярно. «Она всех вечно удивляла. Такая уж она была!». Цитата.

– Расскажи нам Перова, за что ты такую премию отхватила? – спросила громко девушка, раскладывая на моей столешнице кисти и щеточки. Белка. Я понюхала пластик расчески для ресниц. Неплохо. Коробка белой рисовой пудры. Выглядит прилично. Поднесла к лицу.

– Я видела приказ. Чуть с ума не сошла! – не унималась девушка Оля. – Расскажи, за что платят некоторым такие деньги, пока мы с девчатами утюжим задницами стулья в офисе.

Глядела на меня, не отрываясь, тщательно подведенными глазами. Брови широковаты. Тренд. Ротик глянцевый приоткрыла в ожидании секрета. Качнула силикона в верхнюю губу. Точно. Неплохо смотрится.

– Это военная тайна! Как ты не понимаешь, ей-богу! Ее нельзя разглашать. Я подписку давала! – я выдала все, что слышала хоть когда-нибудь про разные секреты.

Оля и две подружки из бухгалтерии кивнули понимающе.

– Слушай! Раз ты теперь такая богатая, поехали с нами, брови сделаем. Они у тебя похожи на черте-что! Брови, дорогая моя, имеют колоссальное значение! У меня есть купон в салон. Одну бровь рисуют, вторая – в подарок, – поделилась предложением Оля.

– А если приведешь подругу, то обе брови даром? – посмеялась я.

– Ну да, – не тратясь на смущение, призналась моя тезка. – Там ресницы в полцены. Поехали! Свет отключат в конторе в час дня. Профилактика. Шеф разрешил. Сегодня же пятница. В туалет, за мной, срочно!

Я удивилась. Но подчинилась. Что за тема? Возле белой раковины под звуки старого приятеля Шопена мы оперативно, молча, как лекарство, выпили бутылку шампанского. Из начальственных презентов затерялась.

Поехали все четверо. Купон в салон обнаружился в бездонной сумке красотки Оленьки не один. Через полтора часа, горя иссиня-черным татуажем на лбах, мы сидели в хинкальной. Потому что нашелся флайер заведения со скидкой в сорок процентов. Мы хлопали одинаковыми ресницами и черноброво вписывались в тамошнюю публику. Хинкали оказались вполне удовлетворительными. Особенно аджика.

– Надо купить еще вина, сегодня же пятница, – сказала Оля. – у меня скидка накопилась в «Красном и белом».

– Лучше водки, – глянув на леденеющие небеса, резонно заметила барышня из бухгалтерии по имени Нелли. Ей как-то особенно повезло с бровями. Любой, кто замечал эту часть ее тела, долго потом не мог оторвать зачарованный взгляд. Я похлопала нейтрально двухсантиметровыми ресницами. Мы стройно отправились в лавку на углу.

– Да, – согласилась на все вторая девушка, подруга Нелли. – У меня есть три билета на Дискотеку-не помню-чего.

– А четвертый? – резонно поинтересовалась Оля, запихивая в сумку литровую бутылку водки ценою в десять металлических рублей. Я заметила на дне ридикюля cвоих медведей на севере.

– Четвертый даром. Акция «Моя семья»! – объяснила вторая девушка.

– У тебя есть семья? – мне стало интересно. Брови горели неприятно-навязчиво.

– Не-а. Мне эти билеты достались в беспроигрышной лотерее. Мой бывший машину покупал на прошлой неделе, я ему цвет выбирала.

Мы сели рядком на холодной лавочке за кустом голого боярышника. Нелли достала из кармана слегка помятые пластиковые стаканчики.

– Ты сперла их в магазине! – возмутилась ее подруга. Раздала.

– Они мятые. И без скидки. Спишут полюбасу. Не покупать же этот мусор за деньги, – рассудила Нелли. Дождалась, пока Оля разольет всем поровну.

– За сбычу мечт! Ты за рулем? – она ткнула в меня острым акриловым ногтем. Насупила сурово серьезные брови.

– Да, – я призналась. Вылетело из головы напрочь.

– Тогда закусывай! – и я получила две конфеты вместо одной.

Крошка моя, я по тебе скучаю! Тум-тум-тум…

– Вставай!

– Нет. Я не могу.

– Вставай, детка, надо! – голос Марека то приближался, то удалялся.

Мир закачался. Потом полилась горячая вода. Я хотела сложиться, как кукла-марионетка на пол. Но нет. Меня держали строго вертикально под водной благодатью. Я сунулась носом в голое плечо. Скоро почувствовала лишнее между нами.

– Что это? – я законно возмутилась. Глаз открыть не могла.

– Это эрекция, детка. Не думал, что ты не в курсе, – рассмеялся Марек. Не отодвинулся. Мыл аккуратно мои волосы шампунем.

– Все. Иди. Я сама, – я расшиперила веки. Горячая вода спасла меня.

– Никакого дружеского секса? – поинтересовался Марек, потерся собой о мое бедро. Он не надеялся особо. Так спросил, контрольный выстрел.

– Иди, иди. Спасибо, что поднял, – я смывала пену с себя вполне бодро.

– Спасибо тебе, что подняла! – заржал парень, ущипнул меня дерзко за попу и удрал.

– Вот это ты красавица! – смеялся он. Я села на табурет возле кухонного стола. Поставил передо мной тарелку с обжигающим томатным супом. Коснулся легко левой брови. – Больно?

Я медленно, подозревая худшее, подошла к большому зеркалу в коридоре. Длинная фигура в белой мужской футболке глядела оттуда на меня испуганно. Ну черновато, ну красновато. Ну ресниц многовато. А в остальном, вполне узнаваемо. Сняла полотенце с головы, растрясла волосы. Пряди челки слегка потушили черный ужас на моем лице. Вернулась к столу.

Мой приятель приготовил завтрак. В белой глубокой тарелке дымилось что-то ярко-красное. Там заживо сгорали мидии и зерна желтые кукурузы. Я обреченно зачерпнула.

– Как суп? – душка Марек шею вытянул, так хотел знать.

– Очень горячо, – сказала я и задохнулась.

Марек быстро сунул мне в руки стакан холодной воды. Я открывала и закрывала рот, как рыба.

– Это похмельный суп португальских моряков. Ешь. Ты привыкнешь. Чили серрано. Немного жгуче, но не опасно, – кулинарный маньяк просвещал меня с упоением.

Я послушно хлебала его огненное варево. В голове становилось светлей.

Руки все же неожиданно и неприятно подрагивали, когда вела «кворис» в аэропорт. Никогда больше я не стану пить с этими ненормальными. Мешать все подряд – это верный путь к смерти. Португальский суп помог наполовину. Мозг звенел хрустальной чистотой. Тело безумно мечтало вернуться в горизонт. Накрыться одеялом с головой и уснуть.

– Давай поедем сразу в отель, – сказал Пьетро, обнимая меня. – Я соскучился.

Аллилуйя! Лучшего подарка от судьбы я не могла желать.

Мелкий дождик перестал пачкать лобовое стекло. Выглянуло солнышко. Впервые за последние недели. Весна на календаре.

Мне снилось море. Теплое, синее, до горизонта. Солнце слепило глаза. Запах я не могла уловить. Казалось, вот-вот…

– Леля, проснись. Тебя к телефону, – нежно, касаясь мочки уха губами. Пепе.

– Я не хочу, – пробормотала я, переворачиваясь на спину. Стянула одеяло на бедра. Хотела его губ на коже.

– Он настаивает. Говорит, что он твой брат и это срочно. Открой глазки, – Пепе сунул мне смартфон под ухо и провел языком по левому соску. Нежно.

– Да, – призналась вслух. Подалась навстречу поцелуям.

– Ну что, открыла глазки?

Я в ужасе уставилась в потолок. Иван?

– Да, – повторила обалдело.

– Одевайся и выходи, я жду тебя на стоянке отеля, – приказал он. Зло.

– С какого перепуга? – я резко села, стряхнув Пепе с живота.

– У меня в машине Варенька. Мы тебя ждем, – он отрубил связь.

Варенька? Моя Бусинка? Я выскочила из постели и помчалась в душ.

– Мадонна! Что случилось? – итальянец возник в дверях огромного помещения. Голый. Возбужденный. Не скрывался.

– Это звонил мой старший брат. Что-то случилось. Он не говорит. Я ему нужна, он ждет внизу, – я врала. Отвернулась от любовника. Размазывала пену по себе.

– В любом случае, это ведь не пожар бежать тушить, – я почувствовала его горячее тело плотно. – Расставь ножки, милая. Пятнадцать минут ничего не решат.

Клубнично-сладкий запах лубриканта. Липкие похлопывания по спине. Оба больших пальца растягивают меня широко и больно. Я попыталась сбежать на инстинкте. Мужчина крепко ухватил за волосы на затылке, перегнул пополам и надел резко на себя. Без томных прелюдий и игр в «люблю». Я уперлась руками в глянцевую стену. Чтобы не войти головой. Зажмурилась от тупых ударов внутри себя, закусила губу, задыхаясь криком. Он точно хотел сотворить этот ужас со мной. И у него получилось.

– Ори! Давай! Я хочу, шлюха, – прохрипел Пьетро мне в шею. Толкался жадно. Дышал прерывисто.

– Мне больно! Отпусти! Ты грубая скотина! Сволочь итальянская! Я не могу…– я разрыдалась в голос. Он застонал громко и кончил. Навалился всем весом. Я поползла вниз.

Собрался через пару секунд. Выпрямился. Я удрала за стекло душа. Пришел. Целовал в шею сзади. Гладил. Я отворачивалась. Не ожидала от него такого свинства. Расслабилась наивно. Слишком походил на порядочного человека он с самого начала.

– Вечером мы идем на прием. Ты мне будешь нужна в восемь. Не опаздывай. Помни, ты на работе. Я оплатил время до понедельника, – проговорил итальянец спокойно.

Я одевалась быстро и четко. Как пожарный по тревоге. Белье, колготки, платье, сапоги, шуба. Видела в отражении зеркальной стены, как следит за мной золотистый взгляд. Что там с лицом – не понятно, но кулаки сжаты. Надо подойти к нему. Расслабленно и весело. Поблагодарить, чирикая как дурочка, за то, что отпускает меня без вопросов на целых семь часов. Нет. Я не могла себя заставить приблизиться. Я не вернусь. Пусть Кира штрафует меня. Я не хочу.

Итальянец протянул мне таблетку на открытой ладони. Я уже взялась за ручку входной двери.

– Это хорошее обезболивающее. Возьми, – поддал он в голос виноватых нот.

Я с силой ударила по его руке снизу. Зеленая таблетка подскочила и улетела в пол.

Открыла дверь и застучала каблуками вниз, забыв про лифт. Слава богу, это историческое здание. Здесь всего четыре этажа.

*************************************************************************************

Предлагаю для ознакомления Цикл: Девушка18+ (книг в цикле: 6шт.).

К вниманию – Девушка18+

*************************************************************************************