Читать книгу Сердце из хрусталя и стали. Искра в тени - - Страница 5

Тишина в гостиной после исчезновения Лео была оглушительной. Слова, прозвучавшие в ее голове, продолжали эхом отдаваться в черепе: «Элирион умирает». «Ты – Хранительница». «Доверять никому нельзя». Алиса стояла, прижав ладони к вискам, пытаясь вдохнуть полной грудью, но воздух казался густым и тяжелым, словно ее грудь залили свинцом.

Она медленно подняла взгляд на темный экран телевизора. Теперь там была лишь она – испуганная девушка в пижаме, чья жизнь только что раскололась на «до» и «после». «Страж». Так он назвал себя. Не студент. Не одноклассник. Страж. Воин из мира, который должен был быть сказкой.

Ее ноги сами понесли ее на кухню. Она снова налила стакан воды, но на этот раз руки почти не дрожали. Внутри нее что-то щелкнуло. Паника не ушла, но ее оттеснила странная, холодная ясность. Возможно, это была та самая «сталь», о которой говорило название их будущей трилогии. Возможно, это было наследие матери-Хранительницы, просыпающееся в ее крови.

Она больше не сомневалась в реальности происходящего. Слишком много пазлов сложилось в одну жуткую, но безупречно логичную картину. Ее дар. Белая аура Лео. Трещины. Воспоминание о матери в зеркале. Все это были части мозаики, которую она наконец увидела целиком.

«Учиться контролировать свой дар». С чего начать? Она всегда лишь пассивно воспринимала ауры, как шум, от которого хочется спрятаться. Теперь ей предстояло превратить этот шум в инструмент.

Она закрыла глаза, попытавшись сосредоточиться на собственном дыхании. Почти сразу же ее внутреннее зрение заполнилось какофонией цветов извне – приглушенные, но все еще заметные всплески эмоций от соседей за стеной, ровное свечение спящего кота, даже слабый, едва уловимый отголосок чьего-то сна. Это было невыносимо.

«Не блокировать, – вспомнила она его слова. – Видеть суть».

Она попыталась не отталкивать эти ощущения, а рассмотреть их. Вот – теплый, сонный оранжевый поток. Ее кот, Макс, греется на батарее. А вот – резкий, нервный фиолетовый. Миссис Хендерсон из квартиры напротив, наверное, снова переживает из-за своего сына. Она попыталась мысленно «отодвинуть» эти фоновые сигналы, сфокусироваться на их качестве, а не на количестве.

Это было похоже на попытку настроить старый радиоприемник, вылавливая одну нужную частоту из моря помех. Сначала ничего не получалось. Головная боль нарастала, сжимая виски стальными тисками. Но через несколько минут отчаянных попыток она поймала нечто. Не цвет. Ощущение. Тепло от кота. Легкую, колючую тревогу от соседки. Это были не просто абстрактные цвета, это были сгустки чистой энергии.

Она открыла глаза, тяжело дыша. Прогресс был мизерным, но он был. Впервые за много лет она не просто страдала от своего дара, а пыталась им управлять.

Утром, собираясь в школу, она чувствовала себя иначе. Страх никуда не делся, но его оттеснило жгучее, почти болезненное любопытство. Сегодня она смотрела на мир не как жертва, а как… ученица. Охотница.

Лео ждал ее у входа в школу. Вернее, его проекция. Он стоял все в той же позе, уставившись в пространство перед собой, его белая аура была непроницаемой, как всегда. Но теперь, зная правду, Алиса видела в этой белизне не пустоту, а концентрацию. Щит. Он был солдатом, заморозившим все свои эмоции, чтобы выполнить миссию.

Она подошла к нему, чувствуя, как десятки глаз учеников, входящих в школу, устремляются на них. Ее собственная аура, она чувствовала это, pulsed ровным, решительным синим цветом.

– Лео, – позвала она, останавливаясь перед ним.

Он медленно перевел на нее свой безжизненный взгляд. Ни единой искры признания.

– Нам нужно поговорить. По-настоящему, – сказала она тихо, но твердо.

– У нас нет тем для разговоров, – его голос был плоским, как у робота.

– Ошибаешься, – парировала Алиса. – У нас есть как минимум одна. Элирион.

Это слово подействовало на него, как удар тока. Его веки дрогнули. Всего на долю секунды, но она это уловила. Белая аура колыхнулась, и в ее глубине, как предсказанная молния в снежной туче, блеснула та самая стальная искра.

– Не здесь, – резко сказал он, и в его голосе впервые появилась окраска. Не эмоция, а команда.

Он развернулся и пошел прочь от входа, не оглядываясь. Алиса, не колеблясь, последовала за ним. Он повел ее не в здание, а вокруг него, к старому, заброшенному теннисному корту, заросшему по краям бурьяном. Здесь никого не было.

Он остановился, повернулся к ней. Его белая аура все еще была непроницаемой, но теперь она чувствовала исходящее от него напряжение. Как будто он тратил невероятные усилия, чтобы поддерживать эту ледяную маску.

– Как ты узнала? – спросил он. Его глаза выжидающе сверлили ее.

– Ты показался мне. В отражении. Вчера вечером.

Он закрыл глаза на мгновение, и по его лицу скользнула тень чего-то, что можно было принять за усталость.

– Это было безрассудно. Связь нестабильна. Они могли выйти на тебя.

– «Они» – это Пустотники? – спросила Алиса, вспоминая его вчерашние слова.

Кивок был едва заметен. – Да. И их слуги в этом мире. Те, кто позволил темной энергии Элириона поразить их сердца. Они повсюду. И они ищут как тебя, так и Источник.

– Почему ты не сказал мне всего сразу? – в ее голосе прозвучал упрек.

Его губы сжались в тонкую белую ниточку. – Не было времени для подготовки. Мне нужно было оценить тебя. Твою силу. Твою… устойчивость. Многие Хранители сходили с ума от такого знания. Ты же была всего лишь ребенком двух миров, живущим в неведении.

– А теперь? – бросила она вызов. – Я готова?

– Нет, – ответил он без обиняков, и его пряность обожгла ее. – Но выбора у нас нет. Трещины учащаются. Шпиль не выдержит и месяца. Тебе придется учиться на ходу.

Он сделал шаг к ней. Впервые она почувствовала исходящую от него физическую ауру – не холод, а плотное, сгущенное пространство вокруг него, словно воздух сжимался под давлением его воли.

– Первый урок. Твоя аура. Ты видишь чужие, но не видишь свою. Это твоя главная уязвимость. Противник всегда будет знать, что ты чувствуешь.

– А как ее увидеть?

– Не увидеть. Ощутить. И контролировать, – он скрестил руки на груди. – Сейчас твоя аура выдает твой страх, любопытство и решимость. Это смертельный коктейль для любого охотника. Страх притягивает Пустотников, как кровь акул. Решимость делает тебя мишенью. Ты должна научиться гасить ее. Делать себя серой, невзрачной. Невидимой.

Алиса смотрела на него, на этого стража ледяного сердца, который говорил с ней о сокрытии эмоций, как о самом базовом навыке выживания. В его глазах не было ни капли тепла, ни тени сочувствия. Только холодная, неумолимая практичность солдата, видящего в ней инструмент для спасения мира.

И в этот миг ее охватила не злость, а странное понимание. Его ледяное сердце не было врожденным. Оно было выковано в огне войны, под грузом ответственности за целый мир. Он заморозил себя, потому что любая эмоция могла стоить им всего.

– Хорошо, – просто сказала она. – Учи.

Его брови чуть приподнялись. Возможно, он ожидал слез, истерики, отрицания. Но не этой спокойной готовности.

– Закрой глаза, – скомандовал он. – Дыши ровно. Представь, что твои эмоции – это свет. Яркий, кричащий. А теперь… затуши его. Опусти над ним колпак. Сделай его тихим. Едва теплящимся.

Алиса закрыла глаза. Она снова попыталась настроиться на свое внутреннее состояние. Она чувствовала вихрь страха, жгучую нить решимости, холодок любопытства. Она представила их как три разноцветных пламени внутри нее. И затем, мысленным усилием, начала опускать над ними тяжелую, свинцовую крышку. Сначала ничего не выходило. Пламена бушевали с прежней силой. Она стиснула зубы, сосредоточив всю свою волю. Она представляла, как становится серой, как пыль, как тень. Ничем не примечательной. Невидимой.

И вдруг – получилось. Вихрь внутри нее стих. Эмоции никуда не делись, но они словно ушли вглубь, за толстую стену. Она открыла глаза.

Лео смотрел на нее с безмолвным, но безошибочным одобрением. Его белая аура оставалась непроницаемой, но напряжение вокруг него слегка спало.

– Неплохо, – произнес он. – Для первого раза. Но этого недостаточно. Ты должна уметь сохранять это состояние постоянно. На улице. В школе. Дома. Пока не найдешь Источник.

– А как он выглядит? Этот Источник? – спросила Алиса, все еще чувствуя себя странно спокойной и отстраненной.

– Я не знаю, – признался он, и в его голосе впервые прозвучала неуверенность. – Никто не знает. Легенды гласят, что его аура не будет похожа ни на что из того, что ты видела раньше. Она будет… чистой. Абсолютной. В ней не будет ни страха, ни лжи, ни злобы. Только свет.

Чистый свет. В мире, залитом грязными, смешанными эмоциями, это звучало как сказка.

– Я найду его, – тихо сказала Алиса.

Лео смотрел на нее, и в его серых, как пепел, глазах на мгновение мелькнуло нечто, что можно было принять за уважение.

– Я знаю, – ответил он. – Потому что иначе все это бессмысленно.

Он повернулся, чтобы уйти, его белая аура снова стала идеальным, безэмоциональным щитом. Страж ледяного сердца возвращался на свой пост.

А Алиса осталась стоять на заброшенном корте, чувствуя, как тяжелый свинцовый колпак внутри нее по-прежнему сдерживает бурю. Она больше не была просто девочкой. Она была Хранительницей. И ее первым уроком стало не умение видеть, а умение прятаться. Прятать свое сердце, свое «хрустальное» начало, под прочной, непробиваемой сталью.