Читать книгу Лети на свет - - Страница 1

Светало. Заканчивалась ещё одна бессмысленная ночь, чтобы дать начало ещё одному бессмысленному дню. Рая сегодня ночью так и не сомкнула глаз, провалявшись на жёсткой койке и перекатываясь с боку на бок до самого рассвета. Предрассветные часы всегда были для неё самыми тяжёлыми. Опухоль давала о себе знать с каждым днём всё сильнее. Под вечер боль обычно стихала, чтобы утром дать о себе знать с новой силой, как бы напоминая, что время выйдет совсем скоро. Ведь у каждого человека есть свой таймер жизни, только мы не думаем о нём, когда всё хорошо, а замечаем его лишь тогда, когда обратный отсчёт начитает быстро и неумолимо приближаться к нулю. Сидеть Рае оставалось ещё двенадцать с половиной лет. А жить… а жить не больше двух месяцев.

Это промозглое осеннее утро ничем не отличалось от остальных. На зоне вообще дни мало чем отличаются друг от друга. Уже почти рассвело, но солнце и не собиралось показываться из-за тёмно-серых облаков. Косой дождь тяжёлыми каплями стучал в зарешёченное окно тюремного лазарета.

Сколько ещё раз она увидит дождь? А солнце? Успеет ли она увидеть первый снег в этом году? Впрочем, какое это вообще имеет значение.

Её волновало сейчас только одно. За то время, которое оставалось у неё, она хотела успеть рассказать всем о своих переживаниях, о своей жизни, о людях, которые повстречались ей и которые сделали её такой. Возможно, её история сможет оградить кого-нибудь от тех ошибок, которые совершила она в своё время. А может быть, никто не захочет читать откровения умирающей зечки, и, когда её вынесут отсюда вперёд ногами, все её мемуары, так ни разу и непрочитанные, полетят в помойное ведро и будут сожжены с остальным мусором. Но это уже не важно. Она этого всё равно не увидит.

Просто ей хотелось хоть что-то оставить после себя. Наверно, это нормальное желание для умирающего человека.

Ей предстояло работать над своей книгой днями и ночами, чтобы успеть завершить её, пока кладбище, прилегавшее к их лагерю, не пополнится очередной безымянной могилой с порядковым номером на покосившемся деревянном кресте.

Ведь забрать её тело отсюда и захоронить её по-человечески с венками, отпеваниями, поминками и прочими принятыми в обществе традициями будет некому. Совсем. У неё не было ни одного близкого человека, никого, кто будет оплакивать её смерть. Никого, кто хотя бы раз в несколько лет принёс бы на её могилку пару самых дешёвых вшивеньких гвоздичек.

Разве что одна единственная подруга, но и та сейчас находилась за несколько тысяч километров от неё.

Медленно умирать на больничной койке в колонии это совсем не завидный конец. Хотя, не она первая и не она последняя. Если бы только эти серые бетонные стены могли говорить. Они рассказали бы нам, сколько смертей они повидали. Быстрых и медленных, мучительных и лёгких, насильственных и вполне естественных. А ведь каждая из них, это конец чьей-то жизни, завершение трудного земного пути, а не просто штамп в медицинской карточке о том, что пациент скончался, и запись точного времени и даты.

Хотя осознание скорой неминуемой смерти давало Рае ощущение свободы. Или, может, облегчения. В общем, странное такое чувство. Как будто уже не несёшь никакой ответственности, ничего не решаешь в собственной жизни. Всё уже решено за тебя. Просто плывёшь по течению, зная, что плыть остаётся недолго. Всё, что можно было потерять, уже потеряно.

Единственное, что не давало ей покоя, это желание высказаться. Она хотела разложить по полочкам всю свою жизнь. Конечно, вспомнить всё невозможно, но основные события, самые важные, самые значительные, она помнит, как будто это было вчера. Ведь обычно лучше всего запоминается то, что больше всего хотелось бы забыть. Ей было просто необходимо излить на бумагу всё, что она пережила, всё, что она чувствовала. Что терзало её сердце на протяжении всей жизни. Душа, которой вскоре предстояло освободиться, кричала о своей боли и хотела быть услышанной.

И Рая начала писать…