Читать книгу Атраменты: Кровь Земли - Группа авторов - Страница 9

Торбен

Мыслящий враг – мёртвый враг.

Эта истина, вбитая в меня годами тренировок, сейчас оглушающе стучала в висках, заглушая даже свист ветра в обветренных ушах.

Зачем я бросился за ней? Рефлексы твердили – она убегала, а значит виновна. Но что делать дальше? Как поступить? Мозг, отточенный как клинок, лихорадочно проигрывал сценарии, один безнадёжнее другого.

Каждое решение вело в тупик, каждое «верно» тут же оборачивалось своим проклятым «но».

Вариант первый: прикончить её. Быстро, беззвучно. Короткий тычок между рёбер, под углом, чтобы не задеть кость. Чистейший с точки зрения тактики выход. Никаких свидетелей, никакого лишнего груза. Но… она не враг.

Она – пленница. Загнанная дичь в сильфанировую клетку, чья вина мне неведома. Убить её означало бы убить в себе последние остатки чего-то человеческого, что я в себе так яростно отрицал, но что всё ещё теплилось где-то в глубине.

Вариант второй: бросить её. Самый логичный. Я – посол, и никто не вправе задерживать меня на чужой земле. Дипломатический иммунитет, пропуск в безопасность. Самый правильный путь. И самый подлый. Я скользнул взглядом по её фигуре, по тонкой, почти хрупкой линии плеч, вздрагивавших от каждого отдалённого крика, от каждого звона падающего камня.

Нет.

Этого я не мог сделать.

Не сейчас.

Пока сознание металось в этом внутреннем урагане, тело, выдрессированное до автоматизма, действовало само. Грохот стих, сменившись звенящей тишиной, что была почти страшнее самого взрыва.

Мы стояли, прижавшись спиной к холодной стене в каком-то служебном помещении. Её плечи больше не тряслись, слёз не было. Лишь абсолютная, леденящая пустота во взгляде, окрашенная тихой, беспощадной ненавистью. Ко мне.

Снаружи донёсся чёткий стук шагов. Я резко, но без жестокости, втянул её в глубокую нишу между шкафом с зельями и стеной, в густую, почти осязаемую тень. Прижал к себе спиной к груди, чувствуя спиной каждое ребро. Ладонь плотно легла на её рот, и я чувствовал под кожей горячее, прерывистое дыхание, биение её сердца, отчаянную дрожь. Другой рукой я приставил лезвие к её горлу – не чтобы резать, а чтобы говорить на универсальном языке силы, который все понимали без перевода.

– Тише, – прошипел я прямо в ухо, чувствуя, как каждое её мышечное волокно налилось стальным напряжением. – Ещё один звук, одно движение – и твоя кровь окрасит этот пол. Поняла?

Она кивнула, едва заметно. Её затылок, едва достигавший моей груди, был мокрым от холодного пота. Чтобы не дать ей опомниться, не позволить привыкнуть к одной угрозе, я переместил остриё. Теперь холодная сталь впивалась в бок, сквозь тонкую ткань туники, на уровне почки. Угроза должна быть живой, разнообразной, всеобъемлющей.

– Они уже близко, – выдохнул я, и мои губы снова коснулись её раковины уха. – Твои «спасители». Хочешь узнать, что они сделают, когда вновь доберутся до тебя? В какую теперь клетку посадят?

Она затрясла головой, и в этом движении был такой чистый, детский, но оттого ещё более пронзительный ужас, что последние колебания во мне обратились в пепел. Я не мог оставить её. Особенно теперь. Особенно после того, что увидел.

Того стражника в конце коридора. Того, кто целился в нее через круглую полуразрушенную комнату. В чье горло я швырнул кинжал, чтобы прорваться к ней. Он упал с криком и я увидел его лицо, когда подошел ближе. Лицо, которое я видел на плацу Заоблачного Шпиля, в строю почётного караула.

Аэромант. Страж Воздушной Федерации.

Мой товарищ. Мой земляк.

И он был здесь. Среди дыма, огня и обрушающихся сводов, он не охранял порядок. Он был частью хаоса. Он искал её.

Зачем? Какой приказ он получил от Верховного? Или… может, приказ был не от него?

Лёд тронулся в моей груди, сковывая всё внутри смертельным холодом. Если они здесь, значит, это не мирные переговоры. Это – официальная операция. Значит, Федерация Воздуха причастно к этому аду. Значит, я не могу им доверять. Не могу вести её туда, прямо в пасть к волку, притворяющемуся овчаркой.

План, отчаянный и единственный, сложился в голове сам собой, рождённый инстинктом и яростью.

Лезвие ножа отстранилось от её тела.

Я не отпустил её, но хватка моя стала иной – не враждебной, а твёрдой и решительной.

– Слушай, – тихо сказал я, всё так же прижимаясь губами к её уху, но теперь в моём шёпоте не было угрозы, а была лишь жгучая, неотложная необходимость. – Мы уйдем. Вместе.

Она замерла, не веря, затаив дыхание.

Я сделал паузу, давая ей осознать, втянуть этот новый, пахнущий серой и пеплом воздух.

– Мы отправимся в Царство Огня.

План был безумием, но иного выбора не оставалось. Дворец, обычно сияющий перламутром и спокойствием, сейчас гудел, как растревоженный улей. Отголоски тревоги, крики, быстрые шаги – всё это доносилось сквозь стены, заставляя сердце колотиться в унисон.

– Держись рядом, – бросил я ей, сжимая её предплечье. – И повторяй за мной каждый шаг.

Мы стали тенями, скользящими по краям реальности. Я вёл её по разбитым коридорам, где воздух был густым от пыли и запаха старого камня. Прижимался к холодным стенам, замирая, когда за поворотом слышались голоса или мерный шаг стражи. Один раз мы едва не столкнулись нос к носу с двумя членами Лиги – их надменные, озабоченные лица мелькнули в арке, и я успел отдернуть её в глубокую нишу, за тяжёлый бархатный занавес. Мы стояли, почти не дыша, пока их размеренная, полная самодовольства беседа не затихла вдали. Каждая секунда была иглой в легких.

Кухни оказались нашим следующим пунктом. Здесь, в царстве пара и ароматов, царила предпраздничная суета, и двое лишних теней в рабочей одежде, которую мне удалось выкрасть из шкафа, не вызвали подозрений. Пока повара суетлись вокруг гигантских котлов, я быстрыми движениями набил холщовый мешок тем, что подвернулось под руку: плотный хлеб, несколько головок копчёного сыра, сушёное мясо и, самое главное, полную флягу воды. Добыча, которой должно было хватить на несколько дней пути.

Конюшни встретили нас знакомым запахом навоза, сена и кожи. Лошади беспокойно переступали копытами, чувствуя напряжение, витавшее в воздухе. Я выбрал рослого, крепкого гнедого жеребца с умными глазами – не самого быстрого, но выносливого, способного нести двоих.

– Садись, – коротко приказал я, подводя её к стремени.

Она отпрянула, её глаза расширились от ужаса.

– Нет… Я не поеду с тобой!

В её голосе зазвучали панические нотки, грозящие перерасти в крик. Времени на уговоры не было. Каждая потерянная секунда приближала нас к провалу.

– Прости, – хрипло выдохнул я.

Движениями, отточенными до автоматизма, я скрутил ей руки за спиной прочным кожаным ремнём. Её протестующий возглас я заглушил, засунув ей в рот кусок мягкой ткани. Она пыталась вырваться, её тело выгибалось в немой борьбе, голубые глаза метали молнии. Сжимая сердце в каменный кулак, я перебросил её через седло, как тюк с поклажей, и сам быстро вскочил в седло, прижав её своим телом, чтобы та не упала.

– Тпру! – Резко дёрнув за поводья и вонзив пятки в бока лошади, я вывел её из стойла галопом.

Мы вынеслись со двора в ночь, оставив позади огни и крики Города-государства. Холодный ветер бил в лицо, а под копытами коня уже звенел камень мостовой, уводящей прочь от лживого рая – в сторону дымных равнин и багрового зарева Царства Огня.