Читать книгу Странник Ветра - Группа авторов - Страница 14

Едва он вышел на улицу, как в уши ему ударили крики толпы, что собралась с другой стороны дома. «Боги» – подумал Истредд – «Значит, не одному Дагену, Левый как кость в горле стоял». Отчего-то путник не сомневался, что жители за милую душу осудят Карсона. Выйдя из-за угла дома, он замер, на площади буквально некуда было ступить, казалось, тут собралась вся деревня, от мала до велика. И вся эта толпа гудела, словно потревоженный улей. Вокруг велись десятки разговоров, в которых припоминались поступки Карсона. По большей части те, что не красили его в глазах людей, которые волей случая не были с ним знакомы лично.

Пробравшись через толпу к помосту, на котором еще вчера стоял сам, он встретился глазами с Дагеном. Заметив Странника, он кивнул и вышел вперед. Объявив всем причину судилища, он попросил Истредда и Олва подняться на помост, так как именно их слова легли в основу обвинения. Сначала высказался Олва, который повторил свой рассказ о темном силуэте. Мальчик дал четко понять, что не рассмотрел ни лица, ни одежды человека, что стоял в загоне. Это немного охладило пыл толпы, которая уже готова была вынести единогласный вердикт. Дальше настала очередь Странника. Тот, в свою очередь, рассказал о найденных следах и клочке шерсти, что так сильно была похожа на ту, из которой сшит кафтан Карсона, в котором он стоял на помосте, слегка пошатываясь. В момент, когда путник уже хотел закончить, свою речь, он обратил внимание, на рукав Левого, что стоял справа от него. Тот был порван. Несмотря на всю неприязнь, которую он испытывал к Карсону, путник до последнего момента надеялся, что он ошибся, ведь своими словами он обрекал человека на наказание. Не раз за свои долгие странствия он сомневался в своих словах, однако еще ни разу Ветер не отворачивался от него, а значит, и Странник принимал верные решения. Попросив Карсона показать свой левый рукав ярлу и люду, Истредд закончил свое выступление под вой толпы, в которой исчезли последние из тех, кто все еще верил, что Левый не виновен. Сойдя с помоста, он отошел сторону и принялся наблюдать за тем, как целая площадь единогласно начала скандировать: «Виновен! Виновен!». Подобные случаи были редкостью, когда у виняемого не находилось видетеля, что может постоять за его честь. Тем временем, убедившись, что люд единодушен, ярл поднял правую руку вверх, призывая к тишине. Прошла целая минута, прежде чем народ успокоился. Поднявшись с кресла, он сказал:

– Карсон. Именем ярла этой деревни, и от лица народа, собравшегося здесь, перед Богами, что взирали на это судилище, ты объявляешься виновным.

Карсон поднял затравленный, полный разочарования и обиды взгляд на ярла.

– Есть ли тебе что сказать?

– Есть. – ответил Левый, внезапно твердым голосом.

– В таком случае говори. – вернулся на свое место Йокит.

– Я признаю́ свою вину. – начал Карсон, – И раз нечего мне больше скрывать, должен я поведать всю историю, что привела меня в ту ночь в загон.

– Должен ли? – нахмурился Йок.

– Должен. – твердо ответил Левый. – Коли мое имя опорочено, не могу я допустить, чтобы лишь я оказался на судилище. Истина моя следующая. Я должен был увести жеребца за деревню, где ждали люди, готовые купить его.

В толпе послышались выкрики о богохульстве, ведь этот конь предназначался в дар богам. За ними последовал свист, и в Карсона полетели камни.

– Порядок! – воззвал к толпе Даген, выходя вперед. – Пусть говорит.

– Но был я лишь гонцом, которому было доверено отвести коня и принести обратно деньги. – продолжил Левый.

– И кто же поручил тебе это дело? – не смог сдержаться Правый.

– Йокит. Ярл нашей деревни. – подняв голову, ответил Карсон.

– Ложь! – воскликнул Йокит, привстав с кресла.

Люд молчал. Такого, на их памяти еще не случалось, чтобы сам ярл, да продавал дары! Истредд же, не обращал уже внимания ни на Карсона, ни на людей, что находились в смятении. Все его внимание было приковано к Йокиту. С момента, как Левый начал свою речь, он был мрачнее тучи, но не это привлекло взгляд Странника, а его тень, что расползалась за ним темным, ореолом, поглощающим свет солнца. Люди не могли этого заметить, однако Истредд все понял. Словно сложная мозаика, кусочек за кусочком картина складывалась у него в голове, поражая своей простотой и оставляя за собой вопрос: «Как ты этого раньше не понял?». Йокита больше не было. Не было его ни вчера, ни позавчера, не было его и до прихода путника. Вместо него был Йеппе. Злой и мстительный дух, что рождается от первородного страха, боли и обиды. Таких, на которые способны лишь дети. Место Йокита занял Йеппе Бродера, что зародился вместе с ним в озере под толщей воды в темноте и холоде, куда погрузилось тело утонувшего мальчика. Долгие годы он копил силы, и вот когда их оказалось достаточно, он вышел на охоту. Истредд готов был отдать все, что у него было, за то, что именно во время ритуального погружения в озеро, Йеппе захватил власть над ярлом.

Ситуация на помосте продолжала разворачиваться непредвиденным образом. Поняв, что ложь начала выползать наружу, Йокит поднялся в кресле и громко, надрывно произнес.

– Я Йокит, ярл этой деревни, объявляю слова Карсона Конокрада ложью, что порочит Истину. И вызываю его на поединок Богов, чтобы доказать свою Истину.

В толпе довольно заулюлюкали – поединок Богов. Такого последнюю сотню лет не бывало. Казалось, были рады все. И люди, которые предвкушали зрелище, и Йокит с Карсоном, что были уверены в своей ловкости, силе и истине. Лишь Истредду это пришлось не по душе. Злой дух недопустим к поединку Богов. Боги не станут судить такой поединок, а оттого, не направят руку истины в верный момент, дабы поразить лжеца. Лишь грубая сила и воинский опыт решат исход этого поединка. А у Йеппе первого было за глаза. Нечеловеческая мощь скрывалась за духом, что рожден был ненавистью, и не в силах человека было одержать верх в таком неравном поединке. Но это было под силу тому, кто посвятил свою жизнь защите людей от тьмы. Странник почувствовал знакомое теплое касание в волосах, Ветер подсказывал ему: «Ты здесь ради этого».

– Я принимаю твой вызов, Йокит. – тем временем ответил Карсон.

– Да будет так, – подвел итог Даген. – Будете биться сейчас, или завтра на рассвете, если не готовы ныне.

– Я готов, – твердо ответил Йок.

– Я тоже. – подтвердил Карсон.

– Нет! – взлетел на помост Странник.

– Что значит нет? – воскликнул ярл. – Поди прочь, не мешай Богам судить нас!

– Мне знакомы ваши обычаи, винитель, как и виняемый, могут просить защитника, если не способны предстать в бою.

– Мне не нужен защитник, я сам докажу свою Истину! – ответил Йокит.

– Докажешь. Именно поэтому я буду защитником Карсона, – громко объявил Истредд.

– Я сам в состоянии сражаться! – прокричал Карсон.

– Ты пьян! – в последней надежде воскликнул Истредд, – Где же это видано, чтобы Боги направляли руку пьянице? – обратился он к толпе.

– Ты ответишь за свои слова, – воскликнул Левый.

Выхватив меч, он, не раздумывая, бросился вперед, намереваясь одним ударом покончить с защитником, что так не вовремя встал на его пути. Однако меч, стремившийся впиться в плечо Странника, вонзился в помост острием вниз. А Левый, не встретив сопротивления, потерял равновесие и рухнул на пол. Истредд же остался стоять, как стоял, только на один шаг левее.

– И как вы считаете, люди! – вновь воскликнул Истредд, не обращая внимания на барахтающегося внизу Карсона, – Направят ли Боги руку пьяницы? Даже если Истина с ним?

– Нет! – было ответом толпы.

– Тишина! – поднял руку Даген. – Карсон, принимаешь ли ты своего защитника Истредда?

– Принимаю, – послышался сдавленный голос Левого.

– Итак, Йокит и защитник Карсона, биться будете сейчас или завтра на рассвете?

– Сейчас. – повторил свой ответ Йок.

– На рассвете. – ответил Истредд.

– Значит, на рассвете. Жду вас с первыми лучами солнца на этом месте. Судилище окончено. – огласил итог сбора Даген.

Пока толпа возбужденно обсуждала произошедшее, Правый подошел к Истредду и попросил его переговорить наедине. Когда они отошли на достаточное расстояние, он повернулся к Истредду и спросил:

– Зачем ты это сделал? Карсон не тот человек, за которого сто́ит сражаться Страннику.

– Он хотя бы человек, – глухо ответил путник.

– Что ты имеешь в виду?

– Йокита, который приютил тебя и возвысил уже давно нет. Осталась лишь его личина, под которой скрывается тьма.

– Что это значит? – вновь переспросил ошарашенный Правый.

– То и значит. Ты сам рассказывал, как изменился он в последние лета. Поверь мне, Йокита, что был любим тобой, больше нет с нами.

– Я верю тебе, но не понимаю…

– Злой дух поглотил разум и душу Йока. Имя ему Йеппе. Не знаю, под каким именем он знаком вашему племени, но знаю, что появляется он, от невинно убиенного дитя. И не под силу простому человеку одолеть его. Оттого я и вступился за Карсона.

– Йеппе… Но откуда? Не бывало у нас детоубийств, – нахмурившись, задумался Даген.

– Было. Ты знал, что у Йока был брат погодка?

– Брат?

– Да, он утонул еще в детстве на Брунсторме. Люди судачили, что это Йок утопил его из зависти, но не смогли найти ни тела, ни доказательств.

– Но почему он раньше не объявился?

– Йеппе долго копят свои силы. Их питают людские страсти, что недоступны ему были на дне озера. Но спустя десятки лет он накопил достаточно сил и напал на Йока, когда тот возвращался вплавь.

– Откуда ты все это знаешь?

– Я знаю кому задавать вопросы. И какие вопросы задавать.

– Если все, что ты говоришь, правда, то как ты можешь это доказать?

– А не прибавилось ли бед в последние лета у вашей деревни? Не стало ли тягостнее жить?

– Тут ты прав, но это не доказательство.

– Вот тебе доказательство, – запустив руку под рубашку, Истредд показал Дагену перстень Ярлов.

– Откуда он у тебя?

– Мне вверил его Бродер, вернее, часть Бродера, что не держала злобы на брата, и осталась на дне озера, ожидать освобождения.

– Но откуда…

– Скорее всего, дух забрал этот перстень, чтобы связать себя с душой Йокита. – ответил на незаданный вопрос путник.

– Этого все еще мало, – опустил голову Даг, – Люду так просто не объяснишь, не поверят чужаку. Будь ты хоть трижды Странником.

– Доказательства будут завтра. Сегодня же, позаботься о Карсоне, боюсь, он может не пережить эту ночь. Йеппе знает кто я, ему потребуется много сил. Убийство вполне подойдет для того, чтобы восполнить их.

– Он заберет и его душу тоже?

– Нет, он питается страхом, стыдом, той самой дрожью в ногах, что случается у человека, когда он идет против воли Богов. Карсон открылся Богам и признал свои преступления, ему нечего бояться, кроме как суда праведного, поэтому Йеппе будет питаться чувствами убийцы, что попробует убить Карсона. Не допусти даже попытки.

– Я понял тебя, Истредд. Сделаю все, что в моих силах.

– Передай ему это. – путник достал из кармана один из амулетов и передал Дагену. – Пусть носит с собой, пока все не закончится. Это поможет.

– Благодарю, – принял оберег Правый.

– Должно ли Страннику защищать бесчестного? – подала голос, взявшаяся из ниоткуда Идде.

– Должно защищать людей. – спокойно ответил ей Странник. – А то, насколько он честен – Боги решат.

– Твоя жизнь не стоит его жизни! – воскликнула девушка.

– Может и не стоит, однако такова моя судьба.

– Защищать подонков? – вновь повысила голос Идде, – Пусть этот… Йеппе убьет его. Нам же проще станет.

– Может и станет, да только злой дух жизни вам не даст. А лучше случая избавиться от него, вряд ли представится.

– Перед рассветной битвой тебе предстоит битва не менее сложная, до завтра. – ухмыльнулся Даген, уходя прочь.

– Что правда, то правда, – ответил ему путник, разворачиваясь к девушке. – Олва и Борге ушли к дому?

– Да, я осталась, чтобы найти тебя.

– Что же, ты нашла меня. Пойдем домой. – ответил ей странник и повел в сторону дома, отбиваясь от расспросов и упреков в свою сторону.