Читать книгу Под восьмым солнцем - - Страница 10

Есть на свете люди, которым что ни дай – всё не так. И пиво-то им слишком горькое и золото недостаточно жёлтое. Даже жизнью, как таковой, недовольны, дескать, всё одно помирать придётся. Хадда была не такая. Уяснив ещё в детстве, что жизнь слишком коротка, сколько ни проживи, она твёрдо решила не тратить её на нытьё или ожидание счастья. Хозяйка постоялого двора вообще не верила, что оно бывает большим и цельным. Так случается разве что в сказках, да и то не во всех. Ну, дескать, живёшь себе, живёшь, терпишь лишения во славу какой-нибудь идеи, а потом бац! – счастье свалилось в награду, да такое, что можно уже и не терпеть ничего и послать всё подальше. В настоящей жизни дела обстояли иначе, поэтому Хадда собирала своё собственное счастье по маленьким кусочкам.

Утром проснулась – уже благодать. Не всем так везёт. Манула погладила – ещё одна радость. Поди-ка, погладь манула. То-то. Вкусного вина выпила – наслаждение. На закат полюбовалась – снова хорошо. Ну и так далее. Хадда любила практически всё, что есть в жизни. Ну, кроме неприятностей, конечно. Но и страдать из-за них девушка не собиралась, считая это непозволительной роскошью, которая лишь ворует время жизни, а взамен не даёт ничего. Хадда однажды решила воспринимать невзгоды в качестве бесплатных уроков. Сплошная выгода, как ни крути.

Ещё она старалась не привязываться к вещам и людям. Ведь человеком владеть невозможно, а предметы и вовсе склонны менять хозяев время от времени. Таков уж их путь, что поделать? Обладая взрывным характером, Хадда, тем не менее, старалась искать золотую середину всюду, где это было возможно. Непреклонность – штука опасная, и норовит тебя ограбить при каждом удобном случае. Существовало, конечно, большое исключение из её правил счастливой жизни – Арвэль. Им девушка увлеклась ещё девять лет назад, причём, всерьёз.

«В конце концов, я не идеальна и могу себе позволить хотя бы одну слабость», – думала она, заедая грусть медовой булкой. Впрочем, Арвэль и не старался никуда сбегать, довольно часто проводя с ней время и делясь радостями, горестями и даже некоторыми из своих секретов. Просто он не был её собственностью, он принадлежал самому себе, и Хадда получала от совместно проведённых с ним часов и минут самые большие из её кусочков счастья. Кто знает, наступит ли для кого-то из них завтрашний день? И девушка всегда жила здесь и сейчас.

В данный момент Арвэля с ней не было, и Хадда получала удовольствие, сводя числа доходов и расходов гостевого двора, доставшегося ей от отца. Нужно закупить ещё вина для постояльцев, ведь не все гости города решались отправиться вечером в какое-нибудь питейное заведение. Мало ли, что может произойти, когда ты сам навеселе, а вокруг – незнакомые тебе нетрезвые люди? Также иссякали запасы сушёного мяса и вяленой рыбы.

– Могу я видеть хозяина? – этот голос принадлежал высокому мужчине лет сорока на вид. Одет он был просто, но твёрдый тон выдавал того, кто привык командовать.

– Это я, – поднялась Хадда. – Нужна комната?

– Я ищу человека, способного улаживать некоторого рода противоречия, – приблизился мужчина.

Гладко выбритое лицо. Нет запаха изо рта. Чистые ногти. Уверенность и спокойствие. Не пялится на её грудь. Высокородный, не иначе. Но пришёл сам вместо того, чтобы прислать кого-нибудь. Стало быть, дело деликатное. Едва уловимый не определяющийся акцент мешал понять, откуда он родом.

– Я знаю такого человека. В чём суть дела? – спросила Хадда.

Вместо ответа незнакомец положил на стойку запечатанный бумажный конверт.

– Когда зайти за ответом?

Арвэль был в городе. В противном случае он сказал бы.

– После захода солнца удобно?

– Вполне, – ответил мужчина без кивка и вышел за дверь.

Хадда вскрыла конверт. Это их с Арвэлем общее дело, поэтому щепетильность тут ни к чему. Но текст записки был написан не общеупотребительным письмом, а древним руническим. Хмыкнув, девушка оставила за себя помощницу и спустилась в подвал, чтобы воспользоваться скрытым подземным проходом, длиной в добрую сотню ольнов. Тоннель был сооружён дедом её отца в пору, когда он изготавливал фальшивую монету, и вёл в полуподвальное жилое помещение в здании кукольного театра – новой забавы, родом из Криддрика. Там было полно народу, поскольку представления всегда пользовались успехом. Переодевшись, Хадда набросила на голову широкий шарф, частично скрывавший лицо, и направилась к Арвэлю. Она прошла сквозь бани, поскольку они имели два выхода для удобства гостей. Уже вблизи нужного дома девушка воспользовалась парой переулков, чтобы выйти на ту же улицу, но в спину возможным преследователям. Обычная предосторожность – мало ли, что. Слежки не было, и Хадда постучалась условным стуком.

Дверь открыл Хольти – давнишний приятель Арвэля. Немного простофиля, но парень неплохой.

– Хадда, свет моих очей! Как же я рад тебя видеть! – просиял он, заключив её в объятья настолько внезапно, что она даже не успела двинуть ему коленом.

«Что это с ним?» – хотела она спросить Арвэля, растянувшегося на кровати, словно сытый кот, но отвлеклась на второго его приятеля. Тот внезапно пронёсся мимо, громко жужжа и маша руками, словно крыльями. Так она пропустила поцелуй от восторженного Хольти.

– Эй! – возмутилась Хадда и оттолкнула его. – Что тут у вас вообще творится?

– Ж-ж-ж! – ответил Гильс, делая круг.

– Не обращай внимания, Хадда, – подал, наконец, голос Арвэль. – Ворчун у нас сегодня как будто заново родился, а Непоседа под действием дурмана. Я тоже рад тебя видеть, если что, просто я несколько обессилен. Но я не буду против твоего поцелуя, если, конечно, Хольти тебе не приглянулся больше.

Хадда фыркнула, но, польщённая, подошла к кровати и с удовольствием поцеловала возлюбленного.

– Смотри, – она вручила ему конверт.

Арвэль вскинул брови, читая руны.

– Ну и что там? Не томи.

– Спроси, какова оплата, но меньше, чем на четыре пуна серебра, не соглашайся. По-видимому, дело не из простых, – Арвэль едва сдерживал зевоту.

– Кстати, Хадда, – вмешался Хольти, – давно хотел тебя спросить. Твой манул ведь мальчик? Какой стужи тогда его зовут Пика?

– Потому что не твоё дело, – коротко улыбнулась она, после чего снова повернулась к Арвэлю:

– Зайди ближе к ночи за результатом. Кстати, я принесла тебе тресковых щёк на случай, если ты голоден, – Хадда достала из сумки холщовый свёрток.

– Ты чудо, Хадда. Что бы я без тебя делал? – улыбнулся Арвэль.

– Ну, не знаю, наверное, ухлёстывал бы за девками из ремесленного квартала, – с деланным безразличием пожала плечами девушка.

– Не беспокойся, о каждой из них давно уже позаботился Гильс, – хрюкнул Арвэль.

– Ж-ж-ж! – подтвердил тот, делая очередной заход.

– Не дом, а улей какой-то! – снова фыркнула Хадда и отправилась по своим делам. Нужно ещё было успеть сделать закупки.

Вскоре она заметила слежку. Их оказалось двое: худосочный парень, почти мальчишка и уже взрослый мужчина блеклой внешности. Пройдя сквозь бани, Хадда убедилась, что ей не показалось. Готовая ко всему, она остановилась напротив швейной лавки, делая вид, что разглядывает товар. Мальчишка неуклюже натолкнулся на неё, словно заглядевшись в небо, и Хадда едва успела перехватить его руку, ловко развязавшую её кошель.

– Скорострел! Давно не виделись! – приветливо защебетала она, становясь спиной к стене и одновременно выворачивая запястье юнца.

Мужчина подался, было, вперёд, но Хадда уже держала в другой руке нож, обращённый лезвием к нему.

– А я как раз твой нож несу точить, вечером будет готово, – продолжала она, пристально глядя в глаза второму вору. Мужчина тут же заскучал и удалился. Парнишка был ещё неопытен, и не знал, как вести себя в такие моменты, но силился не подать виду, что ему больно.

– Смотри, малец, – понизила голос Хадда, – твой дружок бросил тебя при первой же опасности. Я запросто могу сдать тебя будочникам и договориться с ними, чтобы тебя быстро отпустили после допроса, причём, без единого синяка. А после этого никто не поверит, что ты не сдал своих с потрохами. Как тебе?

В глазах мальчишки зарождалась паника, и он не знал, что ответить.

– Как тебя зовут?

– Э-э-э, Лодин.

– А если без дураков? – сильнее сжала его руку Хадда.

Мальчишка сдулся и как-то обмяк.

– Снорри.

– Есть хочешь, Снорри?

– А-а-а, ну…

– Ты отработаешь свою еду, парень. Попытаешься сбежать – сильно об этом пожалеешь. Уж поверь.

Отпустив руку мальчишки, Хадда уверенно зашагала по мостовой. Снорри, сгорбившись, послушно последовал за ней. Совершив нужные покупки, она сгрузила мясо на парня, который теперь пыхтел под тяжестью объёмного мешка, а сама несла более лёгкую рыбу. Вино прикатят ближе к вечеру.

– Ты сирота, Снорри? – обернулась девушка.

Тот кивнул, отдуваясь. Вот и гостиница.

– Заноси внутрь и жди на кухне, – скомандовала Хадда.

Спустя некоторое время она наблюдала, как Снорри жадно проглатывает давленый картофель с зеленью, заедая квашеным тюленьим плавником из Селирика.

– Да не торопись ты так, – смягчилась она. – Вкусно?

Тот молча закивал с набитым ртом.

– Если хочешь, я найду для тебя занятие. Будешь так питаться всегда, да и меди подзаработаешь. Что скажешь?

Снорри перестал жевать. В затравленных глазах промелькнула буря чувств.

– Я так понимаю, жить тебе негде. Ну разве, что в какой-нибудь пещере с собачьими порядками. Если будешь работать у меня, получишь свою собственную каморку тут, при постоялом дворе. А вопрос твоего выхода из шайки решат мои друзья. Думай, Снорри, пока ешь. Найдёшь меня у стойки – скажешь, что надумал.

Хадда наполнила кружку сладким вином, поставила её перед обомлевшим мальчишкой и отправилась пересчитывать запасы. Спустя четверть часа тихо, словно тень, перед ней нарисовался незадачливый воришка. Девушка подняла на него глаза и молча ждала. Помявшись, тот прокашлялся и робко спросил:

– А где та каморка, про которую, ну…

Распорядившись принести соломенный матрац и одеяло, Хадда показала юнцу его новое жилище и уже на выходе предупредила:

– Смотри, Снорри, только не разочаруй меня или моих постояльцев.

Мальчишка выразительно замотал головой. Ох, не пожалеть бы! Сзади скрипнула дверь – это был утренний заказчик, и Хадда вернулась к стойке.

– Противоречия можно уладить, – сообщила она к сдержанному удовлетворению незнакомца.

– Хорошо, – кивнул он. – Будет ли достаточно пяти золотых?

К такой сумме девушка была не готова. Вот, дерьмо! Что же это за люди? Во что ты ввязалась, Хадда?

Секундное колебание мужчина принял за несогласие с размером оплаты.

– Я имел в виду, пять – когда дело будет сделано. А вот задаток, – и он отсчитал три полновесные королевские монеты.

Может, ещё не поздно отказаться? Но её рука уже смела золото со стойки – ещё увидит кто-нибудь.

– Я буду заходить ежедневно в течение пяти дней, – сообщил незнакомец. – По истечении срока дело утратит смысл, но неустойка составит двойной размер от суммы договора.

Не дожидаясь ответа, он развернулся и вышел на улицу.

Волчий курдюк! Похоже, дело приобрело скверный оборот…

Когда появился Арвэль, Хадда передала ему весь разговор.

– Жучий шип! Восемь золотых! Да это же целое состояние! – обрадовался он.

– Болван ты! Подумай, кто платит такие деньги за голову человека, если он, конечно, не украл королевскую казну? – вскинулась Хадда. – Вот только таких ищет целое войско, разнося полгорода, а тут такая таинственность! Провалиться мне в стужу, если эта затея не тухлая, как совесть сборщика подати!

– Э-э-э, госпожа? – раздался сзади нерешительный голос.

– Китовый хрящ, Снорри, ты что – подслушиваешь? – взъярилась Хадда.

– Прости, госпожа, но я знаю того человека, который только что приходил.

Девушка бросила беспокойный взгляд на Арвэля.

– Это ещё кто? – недовольно оглядел он парнишку.

– Новый работник, – ответила Хадда, решив не упоминать об обстоятельствах его найма.

– Госпожа…

– Зови меня Хаддой. Ну, выкладывай.