Читать книгу Титул феникса. Крик королевы - - Страница 7

Скакать первые полчаса было достаточно легко. Но немного позже меня так сильно стало клонить в сон, что я невольно закрывала глаза на несколько минут. В страхе свалиться, я остановила коня и подала знак ликанам. На берегу озера царила оглушительная тишина. Луну затянули облака, и вдалеке виднелись лишь крохотные огоньки от Анд.

 Подложив под голову рюкзак, я попросила у ребят всего пять минут отдыха. Глаза тут же закрылись, и я погрузилась в глубокий сон.

Яркий, обжигающий огонь охватил всю землю. Я шла босиком, не чувствуя ни боли, ни страха. На мне была лишь тонкая белая рубаха до щиколоток, пропитанная густой, почти черной кровью.

 Услышав пронзительный крик о помощи, я бросилась вперед. Он был отчетливым, громким и душераздирающим, словно человек кричал на пределе своих возможностей. Добежав до руин полуразрушенного каменного дома, я увидела, как из-под развалин торчат руки, хаотично двигающиеся из стороны в сторону. Там, где должны находится их тела, бушевало пламя.

 Я не могла сдержать слез, осознавая, что они горят заживо. Но принять факт погибели не смогла. Я стала хватать камни один за другим, отбрасывала их в сторону, ранила руки об острые грани, но не останавливалась. Крик терзал мою душу, лишая остатков самообладания. Казалось, я горела вместе с ними.

 Наконец добравшись до огромного булыжника, который и прижимал толстую неразрушенную стену, придавившую их, я изо всех сил потянула его на себя. Руки не слушались, были беспомощными, ватными. Казалось, камень не сдвинулся ни на миллиметр.

– Простите меня, простите! – кричала я в отчаянии. – Я не могу его сдвинуть!

 Слезы заливали лицо, я не могла остановить их, не могла больше выносить крики. Закрыв глаза ладонями, большими пальцами я заткнула уши и закричала. Закричала от невыносимой боли и собственной беспомощности.

 Когда я открыла глаза, ни огня, ни придавившей людей стены уже не было. Кто-то осторожно похлопал меня по плечу, и я резко обернулась. Парень, девушка и ребенок стояли за моей спиной. От их кожи остались лишь кровавые лоскутки, которые отслаивались и падали на землю. Они смотрели на меня безмолвно и с ненавистью.

– Мне не хватило сил, простите, – прошептала я, вытирая слезы.

 Парень протянул ко мне руку с распахнутой ладонью. Я взглянула в его зеленые глаза и вдруг заметила уцелевший кусочек кожи над губой. Там был шрам. Это был Киеран. Как только я это осознала, он схватил меня за руку и сжал так сильно, что я почувствовала хруст ломающейся кости. Их обгоревшие волосы обнажили изуродованные черепа, но я узнала и девушку – это была Видалия.

– Ты во всем виновата! – зашептали они в унисон, окружая меня. – Мы погибли из-за тебя!

 Они повторяли эти слова без остановки. А затем передо мной встала девочка. Я не знала, кто это, даже не представляла. Она подошла вплотную к лицу и вцепилась руками в мою голову.

– Все погибнут от твоих рук, – произнесла она. – А я каждый день умираю снова и снова, и все это – по твоей вине.

 Она опустила взгляд, и я увидела, как из трех глубоких ран на ее боку хлынула кровь. Это была я… маленькая я.

Вокруг появилось еще больше людей, парней. Это оказались все, кто погиб по моей вине: те два парня, что помогали Бэну, тот мужчина в Андах, которому Кенаи оторвал голову. Все они одновременно зашептали:

– Холодно. Холод… Хол…

Я резко проснулась, жадно хватая ртом воздух, и вцепилась в того, кто сидел рядом.

– Тебя всю трясло, я подумал, что тебе холодно, – сказал Кенаи, обнимая меня и прижимая к груди.

Слезы покатились по щекам, и я сильнее вжалась в его теплое тело.

– Дурной сон? – прошептал он, утыкаясь подбородком в мою макушку.

– Как думаешь, то, что сказал шаман, правда?

– Принцесса, ты самый справедливый человек на свете. Если ты и убьешь кого-то, значит они этого заслуживают, – с легкой усмешкой ответил он.

Я слегка отстранилась и удивленно посмотрела на него.

– Я думала, ты скажешь, что я никогда никого не убью, что я слишком добрая и ценю жизнь.

– Я мог бы, но я же сказал, что не вру тебе. Иногда, может, не договариваю. – Он покачал головой. – Я видел, как ты дралась, спасая меня из конюшни. Это было настолько дико и безжалостно, что я думал: если ты потеряешь оружие, то разорвешь их глотки зубами, – ликан засмеялся. – Ты не причинишь никому зла просто так. Но если придется защищать того, кто тебе дорог, ты сотрешь в порошок каждого, кто встанет на твоем пути.

– Неужели весь мир встанет у меня на пути? – пробормотала я.

– Этого я не могу знать. Но одно я знаю наверняка: я буду стоять рядом и сражаться вместе с тобой, держа твою руку.

 Я не стала вырываться из его объятий – сейчас это было именно то, что мне нужно. Я старалась не смыкать глаз, страшась еще раз увидеть тот кошмар, но усталость взяла свое. Спустя пару часов начало светать, и я проснулась от резкого всплеска воды вдалеке.

 Я лежала на рюкзаке, а Кенаи рядом уже не было. Я поднялась, протерла глаза и потянулась, подняв руки вверх. Озеро окутывал нежный розоватый оттенок, смешиваясь с голубоватым свечением со стороны Форретии.

 Ривен отплыл от берега метров на двадцать, а Кенаи стоял по пояс в воде. Когда солнце поднялось чуть выше, золотые лучи очертили все рельефы его безупречного тела. Гладкого и без единого шрама. Он походил на идеального бога, что снизошел сюда с царства Энсейт. Заметив, что я проснулась, он улыбнулся и направился ко мне.

 Я смущенно отвернулась, когда увидела очертания косых мышц живота, проступивших из-под воды. Надев одежду, что лежала на берегу, Кенаи широкими шагами преодолел расстояние между нами и присел рядом.

– У вас не остаются шрамы на теле? – спросила я с любопытством.

– Снова пялилась, – ехидно улыбнулся Кенаи, – те, что мы получили до превращения – да, те что после – бесследно исчезают.

 Эта мысль заставила меня задуматься: Все мои уродливые шрамы, оставленные Бэном, навсегда останутся со мной, напоминая о прошлом каждый раз, когда я буду раздеваться.

– Шрамы – это признак победы, над чем-то или кем-то. Они не могут быть ужасными, – сказал он, словно прочитав мои мысли.

– Как думаешь, я превращусь в ликана? – спросила я, переводя неприятную мне тему.

– По всем признакам – должна. Но мы не можем отрицать того, что ты одним криком уложила четверых бладгромов.

Он задумчиво почесал подбородок и, поджав губы, устремил взгляд вдаль.

– Невозможно представить, что я могу быть как вы. Но еще невероятнее верить в то, что я какой-то нокбрид, – пробормотала я.

– Не переживай, мы поднимем все библиотечные записи в Форретии и найдем ответы.

Ликан положил свою ладонь рядом с моей, едва коснувшись ребром ладони. Однако, я все еще терзала себя противоречивыми чувствами и поэтому отпрянула.

 Пока Ривен был далеко, я попросила Кенаи отвернуться и зашла обмыться в озере.

Кто знает, когда еще появится такая возможность. Тем более, что Форретия отрезана от озера, и я сомневаюсь, что у них есть достаточно пресной воды, чтобы мыться.

Я переоделась в чистую свободную рубаху и черные штаны, что захватил для меня Ривен. На плечи накинула теплую тканевую рубашку Киерана.

Перекусив украденным пирогом – который чуть не встал у меня комом в горле, после воспоминаний о словах того мужчины – мы отправились в путь. К сожалению, мы не можем проплыть через озеро напрямую. Совпост охраняет все побережье с той стороны, поэтому придется идти через крепость Тус. Путь до ближайшего леса предстоял долгий. При свете дня ликаны не могли рисковать и превращаться, а единственный конь троих не выдержит. Поэтому я ехала верхом, а братья быстрым шагом двигались следом, беседуя о чем-то своем.

– Книгу про «Создателя» вы подложили в библиотеку? – спросила я, желая включиться в разговор.

Как только я оставалась один на один со своими мыслями, они медленно съедали меня, вызывая тревожную дрожь в теле.

– Да, а также вынудили генерала потребовать книгу про Антарию, – лукаво улыбаясь, ответил Ривен. – Мы отправили ему письмо, в котором намекнули, что знаем про секретный архив и откроем академии правду про стертую богиню. – пояснил он, заметив мой вопросительный взгляд.

– А вы… – я отчаянно хотела задать главный для меня вопрос, но боялась, что правда окончательно уничтожит остатки моего к ним доверия.

– Спрашивай, принцесса, – подначивал меня Кенаи.

– Вы… – я глубоко вдохнула, собираясь с духом, – вы были там, когда бладгромы убили Киерана? – протараторила я на выдохе.

– Ви, я потерял тебя во время праздника, – опустив глаза, признался Ривен. – Спустя время только узнал, что несколько пьяных кадетов видели, как тебя и Киерана, без сознания, тащили в повозку двое солдат. Они думали это розыгрыш и не стали поднимать тревогу. – Он остановил коня за поводья и заглянул мне в лицо. – К тому времени, как я нашел Кенаи, и мы добрались до вас, было уже слишком поздно…

 Слезы покатились по моим щекам. Я смотрела в полные боли глаза Ривена и понимала, как сильно это гложет его. Я понимала, что даже вчетвером, вряд ли бы мы одолели бладгромов. Но для меня было важно знать, что они не наблюдали за смертью моего друга, как жалкие крысы, со стороны.

 Ривен потянулся утешить меня и поднял руку к моей ноге, видимо хотел положить ее сверху. Однако его ладонь зависла в воздухе, а затем он опустил ее, взял коня за поводья и пошел вперед.

– Это ведь были солдаты Дерека? Или же сам генерал узнал о тебе? – спросил Кенаи.

– И то, и другое – да, – ответила я, смахивая слезы с глаз.

– Зачем тогда они вывезли вместе с тобой Киерана? – не унимался Кенаи, задев за живое.

– Из-за меня, – коротко бросила я, резко забрала у Ривена поводья и устремилась вперед, давая ясно понять, что разговор закончен.

 Весь день мы двигались практически без остановок. Лишь раз сделали привал, чтобы напоить коня, доесть остатки пирога и дать мне немного размять затекшие ноги. Ликаны, казалось, совсем не чувствовали усталости.

 К вечеру мы достигли леса возле крепости Тус. Ночевать здесь было опасно, поэтому мы решили устроить привал и глубоко в ночи стремительно преодолеть расстояние до золотой долины. Пока Кенаи разводил костер, Ривен отправился на охоту.

– Разве дым от костра не заметят? – поинтересовалась я. – Здесь же пару часов ходьбы до крепости.

– Солдаты и жители Тус обходят этот лес стороной. Поговаривают, тут водятся вендиго. – Кенаи протянул последнее слово и пугающе подразнил меня пальцами.

– Вендиго? – с опаской переспросила я.

– Один из неудачных экспериментов Антарии, – пояснил он, подбрасывая дрова в огонь. – Не переживай, их давно никто не встречал.

 Ривен вернулся, и я невольно вздрогнула от его резкого появления. Жуткий лес, жуткая история и не менее жуткая компания. Я хотела спросить, как выглядят вендиго, но решила сделать это при свете дня и когда мы покинем  лес.

 Мы приготовили на костре только что пойманного Ривеном зайца и забили животы еще на какое-то время. Мясо было отвратительным, но я упорно жевала и представляла вкус того прекрасного пирога с капустой.

 Я уселась на землю, подложив под себя рюкзак, и грелась, обдуваемая жаром костра. Мы просидели так около часа. Как бы того не хотели правители, но ночная охрана всегда была менее бдительной, чем дневная. Даже при смене караула их эффективность снижалась из-за неспособности хорошо видеть в темноте. Поэтому ночь была идеальным временем для того, чтобы мы быстро прошмыгнули с двумя ликанами мимо крепости Тус и остались незамеченными.

 Потушив костер, мы направились к выходу из леса. Поскольку народ избегал этих мест, тропинок не было, поэтому пришлось вести коня пешком, пробираясь сквозь густые заросли. Я прислушивалась к каждому шороху, страшась нечисти, что якобы больше не обитает здесь. А Кенаи за это подтрунивал надо мной, издавая позади рокочущие звуки. Наконец, ему надоело это, и мы с Ривеном с облегчением показательно выдохнули. Поэтому, как только я услышала рычание, то тут же крикнула со злости:

– Может хватит уже?

– А вот это уже не я, – сказал Кенаи и, нахмурив брови, развернулся в сторону звука.

 Мы напряженно всматривались в то место, откуда, как нам показалось, был звук. Никакого движения.

Внезапно Кенаи схватил меня за руку и, не говоря ни слова, потащил вперед вместе с конем.

– Я тебе что, вещь какая-то? Захотел – взял? – вскрикнула я, вырывая руку. – Почему вы все считаете, что можете трогать меня без разрешения?

 Огонь вспыхнул внутри меня, стало невыносимо жарко, а дыхание участилось. Кенаи вытаращил глаза, не ожидая подобной реакции. Ривен же выглянул из-за спины брата, и в смятении нахмурил брови.

– Что произошло в тот вечер? – Ривен напугано сделал пару шагов в мою сторону, словно боялся услышать то, о чем он начал догадываться.

– О чем ты?

Мы стояли друг напротив друга, сверля глазами.

– Ты прекрасно поняла меня! – рявкнул Ривен. Его глаза почернели, а грудь вздымалась с бешеной скоростью. – Ванесса, что произошло? – повторил он сквозь зубы.

– Да о чем вы? – недоуменно вклинился Кенаи.

– Дерек пообещал показать мне книгу об «Антарии», – начала я, мысленно проклиная себя за то, что попалась на эту уловку. – Когда я вошла в его комнату, он ударил меня чем-то по голове. – Ривен сжимал кулаки так сильно, что даже в темноте я видела, как белеют его костяшки. – Позже я очнулась привязанной к его кровати.

Слезы побежали по моим щекам от воспоминания. Ком встал в горле, и я не могла продолжать.

– Он… – хрипло выдавил Кенаи.

– Нет, он не успел. Он разорвал одежду, и в комнату ворвался Киеран. Дерек вылетел оттуда с кровавыми гематомами на лице, а затем мы оказались в лесу. – Я словно скинула с себя огромный камень, проговорив это.

– Я лично отрежу его член и заставлю сожрать! Ублюдок! – прорычал Кенаи.

Ривен же отошел от нас вглубь леса, и я слышала лишь глухие удары по дереву.

 Внезапно лес снова наполнился жутким рыком. Он словно отражался от одного дерева до другого, заполняя все пространство. Мы оглядывались в разные стороны, ища источник. Я слышала, как это чудовище кружит вокруг нас и надеялась, что оно одно. Приготовившись драться, я встала спиной к Кенаи и выставила руки вперед.

 С пронзительным ревом из леса на нас выпрыгнуло существо. Тело черное пушистое, как у волка, но сквозь плоть по бокам виднелись ребра, а вместо головы – череп крупного рогатого скота.

– Это и есть вендиго? – прошептала я, высматривая его слабые места.

 Существо рычало и медленной походкой приближалось к нам. Сердце ушло в пятки – без оружия я уже не такая смелая. Но желание выжить оказалось сильнее страха. Поэтому я подбежала к нему первой и, схватив за рога, ударила ногой в бок. Нечисть взвыла и попятилась назад. А затем, вскочив на задние лапы, превратилась в человека.

 Кенаи смеялся, пока парень, что стоял передо мной совершенно голый, возмущался, держась за бок.

– Что за фигня, дружище? – произнес парень с короткими под ежик темными волосами, квадратной челюстью и ехидными черными глазами.

– Прости, – заливаясь смехом проговорил Кенаи. – Я забыл предупредить, что она умеет драться.

 Из леса вышел Ривен с лицом красного цвета и кивнул парню в знак приветствия.

– Это что еще за фигня? – вскрикнула я. – Может вы уже объясните.

– Это наш друг – Эмрис, – объяснил Кенаи.

Парень протянул мне одну руку, пока второй держал череп, прикрываясь им.

– Он что-то вроде стража этого леса. Вендиго здесь давно не водятся и если бы люди поняли это, то зачастили сюда. А так как это хорошее место для привала, пока мы ведем войну, то решили не отдавать его.

– А кости? Они же торчали из его бока! – не унималась я.

– Всего лишь краска, – добавил Кенаи.

– Так вот она какая, девушка из-за которой подняли всю Форретию на уши! Многие пытались привести тебя, но все потерпели неудачу. Я знал, что ты сможешь! – похлопал он по плечу Кенаи. – Не даром сам генерал обучал тебя.

– Генерал? – повторила я, но Кенаи лишь отмахнулся: «Потом объясню».

– На границе леса все чисто! Можете спокойно идти, – сказал Эмрис, показывая нам кратчайший путь к выходу и параллельно расспрашивая о том, как же им удалось добровольно привести меня.

 Я залезла на коня, а Эмрис вручил мне мой рюкзак, куда сложил вещи, оставленные после превращения Кенаи и Ривена. Пожелав нам хорошей дороги, он превратился, схватил череп в зубы и убежал в лес. Сломя ноги мы промчались мимо крепости Тус.