Читать книгу Джон Боу. По следу серебряной сферы - - Страница 12

Джон и Шиза переглянулись и поспешили следом за Векодубом. Шаги хранителя леса были настолько широкими, что путникам приходилось почти бежать, чтобы не отставать.

Джон достал карту и камень. Камень слабо засветился, а на пергаменте проступила новая линия – она извивалась между деревьями, точно повторяя путь, по которому шёл Векодуб.

– Карта тоже ведёт к нему, – заметил Джон. – Значит, мы на верном пути.

– Мы пришли, – резко остановившись сказал Векодуб

– Ну и где колодец? – вопросил Шиза

– Он спрятан, докажите, что вы достойны. Что бы колодец признал вас, счел достойными, нужно пройти испытание…

– Какое ещё испытание? – настороженно спросил Шиза, поправляя шляпу. – Мы и так прошли пол‑леса, убегали от теней, слушали твои истории…

Векодуб слегка наклонился к ним, и его голос зазвучал глубже, почти угрожающе:

– Испытание будет суровым. Колодец Ивовых Ветвей не примет тех, кто не готов заплатить настоящую цену. Вам предстоит войти в отражение колодца и прожить момент самого глубокого страха – не как зритель, а как участник…

Джон сглотнул. Шиза нервно поправил шляпу:

– Звучит как ловушка.

– Это и есть ловушка, – спокойно ответил Векодуб. – Для тех, кто слаб духом. Но вы уже прошли многое. Докажите, что достойны идти дальше.

– Я пойду, – сказал Джон, сделав шаг вперед, – Шиза, нам нужен только ключ, так что не стоит тебе рисковать жизнью, если я не вернусь, найди Рейгу и возвращайтесь в Ветроград.

Шиза задумался, не стоит ли ему сказать Джону, чтобы они вернулись вместе.

– Все в порядке, Шиза, я пойду. Я готов! – с решительностью сказал Джон, смотря Векодубу в глазницы, из которых исходил туман, мерцающий, словно звёздная пыль.

В тот же миг почва под его ногой задрожала, из неё начали пробиваться тонкие ростки – не обычные побеги, а крошечные ивы с ветвями, словно сделанными из прозрачного хрусталя. Каждый росток искрился, будто внутри него пульсировали тысячи далёких звёзд. Ростки стремительно тянулись вверх, переплетались между собой, сплетая изящный, почти невесомый колодец. По мере того, как форма обретала законченность, на стыках ветвей распустились большие розовые цветы с голубой сердцевинной.

– Я готов! – повторил Джон и смело пошел на встречу своему страху.

Он подошел к колодцу, тот был наполнен кристально чистой водой. Джон протянул руку и коснулся поверхности, его пронзил громкий звон колокольчика.

– Джон, – послышалось откуда-то из далека.

Боу пронзил страх, он услышал до боли знакомый голос напарника Виктора, боясь обернутся, он поднял голову. Джон все еще стоял в лесу, но вокруг ничего не сияло как прежде, лес стал мрачным и в горле резко пересохло.

– Джон! – Виктор схватил его за плечо.

– Откуда ты здесь?

– Как откуда? Ты сам меня сюда позвал!

– Это абсурд! Ты не должен быть здесь! – Джон пытался понять, неужели его страх как-то связан с его напарником? Они были как братья.

– Джооон! Обернись! —Протяжным голосом вторил Виктор, – у меня для тебя есть подарочек!

В голове Джона мелькали мысли, он вспоминал все свои поступки, которые могли навредить Виктору, но ничего не мог придумать. Собравшись с мыслями, он повернулся. Вик держал в руках мешок, на нем проступала кровь.

– Что у тебя в мешке? – с ужасом спросил Джон.

Виктор усмехнулся – улыбка вышла кривой, не такой, какой Джон помнил. Он медленно развязал верёвки, и из мешка показался двойник Джона. Израненный, с закрытыми глазами, на одежде проступали тёмные пятна крови.

– Нет… – прошептал Джон, отступая на шаг. – Это неправда. Это иллюзия.

– Правда, – холодно сказал Виктор. – Ты всегда был лучше. Быстрее. Удачливее. Ты забирал всё: лучшие заказы, признание, даже ту девчонку из «Серебряного кота». А что оставалось мне? Быть тенью лучшего вора?

Джон почувствовал, как внутри всё холодеет. Он вспомнил: да, он действительно часто оставлял Виктора «на подхвате». «Ты пока отвлеки стражу, а я заберу главное», «Ты знаешь этот район лучше – разведай путь», «Посиди в трактире, я скоро». Он никогда не задумывался, что это ранит друга.

– Вик… я не хотел, чтобы так было, – тихо произнёс Джон. – Ты же мой напарник. Мой брат.

– Брат? – Виктор сделал шаг вперёд, и его фигура начала меняться. Черты лица исказились, голос стал глубже, холоднее. – Ты использовал меня. И теперь ты используешь других – Шизу, Рейгу. Ты думаешь, ты герой? Нет. Ты всё тот же вор, который бежит от ответственности. Даже ввязавшись в это путешествие, ты думаешь, что оно принесет тебе славу и богатство. Твои намерения не чисты.

Видение начало пульсировать. Деревья вокруг почернели, их ветви протянулись к Джону, словно когти.

– Ты боишься не меня, – прошипел Виктор. – Ты боишься, что они узнают правду. Что ты не спасаешь никого в этом мире – ты втягиваешь их в свои игры. Что Рейга пропала из‑за твоей жажды приключений. Что Шиза рискует жизнью из‑за твоих амбиций. Что все тебе должны.

Джон полез в карман, чтобы достать камень, в надежде, что тот отпугнет Виктора как тени. Вместо этого камень вспыхнул, образовывая щупальца. Эти огненно-красные ветви окутывали руку Джона, словная поглощая его.

Джон почувствовал, как щупальца камня обжигают кожу, поднимаясь выше по руке. Боль была острой, но не физической – она вскрывала то, что он так долго прятал даже от себя.

– Ты думаешь, магия решит всё? – прошипел двойник Виктора. – Что камень спасёт тебя от правды? Нет. Он лишь показывает то, что уже есть внутри.

Джон сжал зубы. Щупальца пульсировали, впиваясь в кожу, но он не отдёрнул руку. Вместо этого он посмотрел на них – не как на угрозу, а как на отражение.

– Ты прав, – вдруг сказал Джон. – Я действительно думал, что смогу всё исправить с помощью силы. Что если я найду ключ, спасу Люсию, избавлюсь от теней – то стану героем. И никто не вспомнит, кем я был раньше. Но это ложь.

Он поднял взгляд на Виктора:

– Я использовал тебя. Использовал доверие Шизы. Я убедил себя, что это ради «большего блага», но на самом деле просто хотел доказать, что я – лучший. Что я чего‑то стою.

Видение дрогнуло. Щупальца на руке Джона замерли, а затем начали растворяться, превращаясь в золотистые искры. Они не исчезали – они перетекали в камень, меняя его цвет: из огненно‑красного он становился тёплым янтарным.

– Но теперь я понимаю, – продолжил Джон, и голос его звучал твёрже. – Я не стану героем, если буду цепляться за старые привычки. Я не исправлю прошлое, бросаясь в новые авантюры. Я исправлю его, отвечая за свои поступки.

Он сделал шаг к двойнику:

– Да, я вор. Да, я ошибался. Но сейчас я иду не за славой. Я иду, чтобы спасти Люсию – потому что это правильно. Чтобы помочь Шизе – потому что он стал мне другом. Чтобы искупить вину перед тобой… даже если ты больше не со мной, – Джон подошел почти впритык к Виктору.

– Ты не искренен… – прошипел Виктор, его лицо и тело начали искажаться, превращаясь жуткую смесь знакомых черт и чего‑то чужеродного. Кожа посерела, глаза ввалились, став чёрными провалами, а голос зазвучал сразу несколькими интонациями – то Вика, то Люсии, то Шизы.

– Ты всё ещё ищешь оправдания, – прошипели губы двойника. – «Я исправлюсь», «я отвечу за поступки»… Но в глубине души ты надеешься, что подвиг сотрёт все грехи. Что спасение Люсии сделает тебя святым.

Джон отшатнулся, но тут же заставил себя остаться на месте. Щупальца камня на руке пульсировали, но уже не жгли – они словно ждали его решения.

– Может, и так, – признал Джон, сжимая кулаки. – Может, где‑то в глубине я и надеялся на это. Но знаешь что? – он ловким движением выхватил клинок из ремня и вонзил его прямо в существо, стоящее перед ним. – Ты просто иллюзия, ты не можешь решать за меня.

Лезвие вошло в плоть с глухим хрустом, но вместо крови из раны хлынули серебристые искры. Они не рассеялись – они вцепились в клинок, оплели его, потянулись к руке Джона, обжигая холодом. Двойник не закричал – он расхохотался.

– Глупец, – прошипел он, и голос его теперь звучал не из одного рта, а отовсюду, будто сам воздух стал ядовитым. – Ты думаешь, победить меня клинком – значит победить свой страх? Нет. Ты лишь подтверждаешь, что всё ещё полагаешься на силу, а не на понимание. Ты всё ещё тот же вор.

Джон отпрянул, но искры уже оплели его запястье, тянули к двойнику. Щупальца камня на руке вспыхнули алым, пульсируя в такт бешеному ритму сердца. Он почувствовал, как страх вгрызается в нутро – тот самый страх, который он так долго прятал: страх оказаться пустым, никчёмным, тем, кто ничего не стоит без своих трюков и клинка.

– Нет… – прошептал Джон, но на этот раз не отступая. Он сжал рукоять клинка крепче, впиваясь пальцами в холодную сталь.

Он поднял взгляд – прямо в чёрные провалы глаз двойника. В груди пылала ярость, но не на иллюзию, а на себя: на того, кем он был, на то, как легко прятался за маской удачливого вора, как убеждал себя, что все его поступки – лишь часть большой игры.

– Ты прав, – произнёс он глухо, почти рыча. – Я использовал Виктора. Использовал доверие Шизы.

Щупальца на руке обожгли новой волной боли, но Джон не дёрнулся. Он позволил ей быть – острой, настоящей, выжигающей ложь изнутри.

– Но сейчас я не убегу, – голос его окреп, стал жёстче, лишившись всякой бравады. – Не спрячусь за ударом клинка. Не стану делать вид, что мои ошибки – это просто «цена игры». Я признаю их. Все до единой. И если для того, чтобы исправить хоть что‑то, мне придётся пройти через ад – я пройду. До конца.

Фигура дрогнула. Чёрные провалы глаз на мгновение вспыхнули – и в них проступил настоящий Виктор: усталый, но с той самой усмешкой, которую Джон знал с детства.

– Наконец‑то, – тихо сказал он. – Ты перестал врать самому себе.

Иллюзия начала рассыпаться. Искры взметнулись вихрем, окутав Джона на миг, а затем развеялись. Щупальца втянулись обратно в камень.

– Довольно игр, – произнёс он вслух, скорее для себя, чем для кого‑либо ещё. – Пора платить по счетам.

Он обернулся. Перед ним снова стоял колодец. На поверхности воды плавало маленькое гнездышко, в котором лежал ключ, переплетённый из тонких веток, с вкраплениями полупрозрачных камней, мерцающих, как утренняя роса.

—Джон! – прокричал Шиза и бросился в объятья, – Думал, ты… застрянешь там. Навсегда.

Джон неловко похлопал койота по спине, чувствуя, как напряжение последних минут понемногу отпускает.

– Я тоже не был уверен, – признался он. – Но кое‑что понял: если я не вернусь – кто поможет спасти Люсию? Кто поможет нам?

Шиза отстранился, внимательно вгляделся в лицо Джона и медленно улыбнулся:

– Ты изменился. Глаза другие. Решимость какая‑то… другая.

– А где Векодуб?

– Он словно растворился, ушел в землю.

– У нас теперь есть ключ, надо найти Рейгу и искать выход – с серьезным лицом сказал Джон, – я думаю, что она нам пригодиться в нашем путешествии. Да и… – он запнулся, подбирая слова, – я больше не хочу идти один. Не хочу, чтобы кто‑то из‑за меня рисковал жизнью вслепую.

Шиза кивнул, поправил шляпу и усмехнулся:

– Ну наконец‑то! А то всё «я сам», «я справлюсь», «не лезь, опасно». Рад слышать, что ты это понял.

– Да, – Джон сжал ключ крепче. – Я слишком долго полагался только на себя. И слишком часто из‑за этого страдали другие. Теперь всё будет иначе.

– Как же мы собираемся искать Рейгу?

– Надо подумать, давай пока устроим привал. Слишком долго мы в пути