Читать книгу Фейковая реальность: как мы выдумали этот мир - - Страница 8

Но таскать с собой мешки, полные даже «порченого» металла, было все еще неудобно и чертовски опасно. Любой Робин Гуд в темном лесу мог в одночасье обнулить ваш капитал метким ударом дубины. Миру нужен был новый уровень абстракции. И тут, как это часто бывало, первыми додумались китайцы. Еще в славные времена династии Тан (VII-X века н.э.), а затем и Сун, они изобрели гениальную штуку под названием «фэйцянь» («летающие деньги»), а позже «цзяоцзы».

Это были, по сути, бумажные сертификаты, расписки, выданные купцам или государству, подтверждающие, что где-то там, в надежном месте, лежит соответствующее количество металла или товаров. Вместо того чтобы тащить тяжелые связки монет, купец мог расплатиться легкой бумажкой, а получатель потом мог обменять ее обратно на металл. Просто гениально! Это была всего лишь квитанция, обещание. Но удобство перевесило – кто откажется от возможности не тащить на себе килограммы серебра?

Европа, как обычно, зависла в раздумьях: «А что, так можно было?». Идея бумажных денег пришла туда через торговые связи, сначала в виде векселей – долговых расписок между купцами. «Я, Пьер Дюбуа, обязуюсь выплатить Жану Леграну сто ливров серебром через три месяца в городе Лионе». Эти бумажки начали ходить из рук в руки, превращаясь в своего рода частные деньги.

Ключевую роль здесь сыграли ювелиры и золотых дел мастера. У них были надежные хранилища, и люди стали отдавать им свое золото и серебро на хранение, получая взамен расписки. Ювелир превращался в банкира. И вот тут-то и произошел сам фокус, величайший трюк, который лежит в основе всей современной банковской системы. Сидя на горе чужого золота, какой-то особо сообразительный (или нечистый на руку) банкир-ювелир заметил: «А ведь вкладчики редко приходят забирать все свое золото одновременно. Большинство довольствуется расписками, которые и так ходят как деньги. Так почему бы… не выдать расписок больше, чем у меня реально лежит золота?»

Бинго! Это и есть принцип частичного резервирования. Банкир понял, что может одолжить кому-нибудь (под проценты, разумеется) бумажные обещания на золото, которого у него на самом деле нет, рассчитывая, что все вкладчики разом за своим добром не прибегут. Он начал создавать деньги буквально из воздуха, из чистого доверия и математического расчета вероятности. Расписка перестала быть просто квитанцией на золото – она стала самими деньгами, оторванными от своего металлического якоря.

Это открытие имело последствия сравнимые с изобретением пороха. Родилась современная банковская система и кредит в его нынешнем виде. Банки стали не просто хранителями ценностей, а фабриками по производству денег-обещаний и называли это «финансовой инженерией». Они могли «создавать» покупательную способность, выдавая кредиты предприятиям и частным лицам, стимулируя торговлю и производство (а заодно и загоняя всех в долги). Деньги окончательно превратились в абстракцию – в записи в бухгалтерских книгах, в долговые обязательства, в обещания вернуть то, чего, возможно, никогда и не существовало в физической форме.