Читать книгу Академия вечных стихий - - Страница 4

Рассвет едва окрасил небо в бледно-розовые тона, когда Элина подошла к западному фонтану. Лира уже ждала ее – сидела на краю мраморного бортика, рассеянно проводя пальцами по водной глади. При виде Элины она улыбнулась:

– Ты пришла.

– Конечно, – Элина неловко поправила плащ. – Ты сказала… попробовать по-новому.

Лира кивнула, поднялась и жестом пригласила Элину встать напротив.

– Закрой глаза. Дыши медленно. Представь, что внутри тебя – не пустота, а теплый свет. Не пламя, нет. Просто свет. Он твой. Он никуда не спешит.

Элина послушно закрыла глаза. В тишине слышалось лишь журчание фонтана и далекие крики птиц. Она попыталась представить этот свет – и вдруг ощутила легкое тепло в груди. Совсем слабое, но настоящее.

– Чувствуешь? – голос Лиры звучал мягко, как шелест листьев. – Теперь попробуй направить его в ладони. Не силой. Просто позволь ему выйти.

Элина сжала пальцы, сосредоточилась… И в этот момент воздух разорвал резкий голос:

– Ну конечно, вы уже тут!

Они обернулись. У арки, ведущей в сад, стояла Тина. Ее обычно веселое лицо исказилось от злости, рыжие кудри казались почти огненными в утреннем свете.

– Я приходила к тебе, Элина, – она шагнула ближе, голос дрожал. – Хотела поддержать. А ты уже с ней? После всего, что я для тебя сделала? Ты вообще знаешь, что Лира одиночка?!

– Тина, это не то, что ты думаешь… – начала Элина, но та уже не слушала.

– Ты всегда так! – выкрикнула Тина, смотря в глаза Лиры. – Я столько раз пыталась быть твоей опорой, а ты с той, в ком еще пока не проснулась магия!

В ее руках вспыхнул яркий огненный шар.

– Все забираешь! Даже тех, кто мог бы быть моим другом!

– Остановись! – Лира шагнула вперед, выставив ладонь. – Ты не контролируешь силу!

Но Тина уже швырнула пламя. Оно летело прямо в Элину – не тренировочное, не осторожное, а яростное, готовое сжечь.

В тот же миг Лира вскинула руки. Между ней и Элиной вспыхнул прозрачный щит – не из огня, а из чего-то мягкого, переливающегося, как перламутр. Пламя Тины разбилось о него, рассыпавшись безвредными искрами.

Тина замерла, широко раскрыв глаза. Огненный шар в ее руках погас.

– Что… что это было? – прошептала она.

Лира медленно опустила руки. Ее лицо было бледным, но спокойным.

– Это называется «щит понимания», – тихо сказала она. – Магия, рожденная не гневом, а желанием защитить.

Элина стояла, не в силах пошевелиться. Только сейчас она осознала – если бы не Лира, она могла бы серьезно пострадать.

– Прости, – вдруг всхлипнула Тина. Она опустилась на колени, плечи ее задрожали. – Я не хотела… Просто… я так устала быть одной…

Лира подошла к ней, присела рядом и мягко взяла за руку.

– Мы все одиноки, пока не позволяем другим быть рядом. Но дружба – это не соревнование. И уж тем более навязывание себя.

Тина подняла на нее заплаканные глаза:

– Ты… ты не злишься?

– Злиться – значит повторять твою ошибку, – улыбнулась Лира. – Давай лучше попробуем снова. Вместе.

Она обернулась к Элине, и в этот момент между ними словно пробежала невидимая нить – теплая, прочная, как первый луч солнца.

Элина шагнула вперед и взяла Тину за другую руку.

– Давай, – сказала она тихо. – Мы попробуем вместе.

Три ладони сомкнулись. И где-то глубоко внутри Элины, там, где раньше был лишь робкий свет, впервые запылал настоящий огонь – не яростный, не разрушительный, а живой, теплый, как дружба, которая только начинала разгораться.

Солнце уже поднялось выше, заливая сад золотистым светом, когда трое девушек – Элина, Лира и Тина – вышли из-за ажурной арки. Они только что завершили первую совместную тренировку: неловкую, но полную робкой надежды. Воздух еще хранил свежесть утра, а в душе Элины теплилось непривычное ощущение – связи.

– Может, заглянем в столовую? – предложила Тина, чуть смущенно поправляя рыжие кудри. – Я знаю, где прячут самые сочные яблоки…

Элина улыбнулась, но не успела ответить. Из-за поворота появилась Кассия. Ее мантия дома Воды переливалась холодными оттенками, а взгляд – пронзительный, как льдинки – мгновенно нашел Элину.

– Ну что, «Холодный пепел», – протянула она, скрестив руки. – Уже обзавелась свитой? Не думала, что тебе хватит наглости дружить с теми, кто хоть что-то может. Особенно с Лирой!

Тина резко шагнула вперед:

– Кассия, оставь ее в покое!

– А ты, «Вечный оптимизм», – Кассия скривила губы, – всегда готова прикрыть того, кто слабее. Это не дружба, это… жалость.

Лира мягко положила руку на плечо Тины, останавливая ее. Ее голос прозвучал ровно, но в нем чувствовалась сталь:

– Ты ошибаешься. Это не жалость. Это выбор. Элина не просит снисхождения – она учится. И мы учимся. Вместе.

Кассия рассмеялась, но смех вышел резким, почти болезненным.

– Учитесь? И чему же? Как прятаться за чужими спинами? – Она перевела взгляд на Элину. – Ты все еще не показала ни искры. Через неделю испытание. Что ты скажешь, когда тебя вышвырнут?

Внутри Элины что-то дрогнуло. Не страх – гнев. Но прежде чем она успела ответить, Тина шагнула ближе к Кассии:

– А что скажешь ты, когда поймешь, что сила – не в том, чтобы унижать? Ты думаешь, мы не видим, как ты дрожишь перед каждым экзаменом? Как боишься не оправдать ожиданий семьи?

Кассия побледнела. Ее пальцы сжались в кулаки, но она не нашлась с ответом.

Лира сделала шаг вперед, встав между ними. Ее голос стал тише, но от этого звучал еще весомее:

– Мы все боимся. Но страх – не повод ранить других. Если хочешь доказать свою силу, докажи ее делом. Не словами. И предупреждаю один раз, Кассия. – Она посмотрела на нее таким пронзительным взглядом, что Кассия отступила на шаг. – Не смей трогать моих друзей.

Наступила тишина. Даже птицы примолкли.

Кассия медленно опустила глаза. Потом резко развернулась и ушла, не сказав ни слова. Только край ее мантии мелькнул за поворотом.

Элина выдохнула. Она чувствовала, как дрожат колени, но внутри разгоралось что-то новое – не огонь, нет. Уверенность.

– Спасибо, – прошептала она, глядя на подруг.

Тина взяла ее за руку:

– Мы не дадим тебя в обиду.

Лира кивнула:

– И не только потому, что ты «слабая». А потому, что ты – наша.

Они стояли в лучах утреннего солнца, три силуэта, три судьбы, переплетенные теперь крепче, чем нити в магическом узоре. И где-то глубоко внутри Элины, там, где раньше был лишь робкий свет, впервые запылал настоящий огонь – не яростный, не разрушительный, а живой, теплый, как дружба, которая только начинала разгораться.