Читать книгу Древний мир (нуб с опытом) - - Страница 11

Идея пришла внезапно, как вспышка. Он наблюдал, как «Тень» зализывает царапину на собственной лапе – обычный кошачий инстинкт. Но в его Видении сути процесс выглядел иначе: слабый, едва уловимый поток энергии, отличный от маны, струился из тела зверя к ранке, ускоряя регенерацию в десятки раз.

Биоэнергия. Жизненная сила. Не мана, которая работает с материей и энергией извне, а внутренний ресурс самого организма. Но раз это можно видеть и это – часть системы… значит, этим можно управлять.

У него не было фракции «Жизни» или «Природы». Но была Фракция Земли, пусть и слабая, в той самой трещине. Земля – основа, плодородие, рост. Не жизнь сама по себе, но её необходимая почва. Логическая цепочка выстраивалась: чтобы что-то вырастить (в том числе, плоть), нужны ресурсы (мана), основа (элемент Земли) и… шаблон. Информация.

Шаблоном было его собственное тело. Он был биологическим объектом с идеальной «инструкцией» по своему текущему состоянию. Могла ли система, способная анализировать «суть», использовать эту информацию для направленного восстановления?

Это был риск. Вмешательство в собственную жизненную систему. Но Виктор уже привык к риску. Он был, в каком-то смысле, главным инженером на своей собственной биостанции.

Он вернулся к трещине с фракцией Земли. Манонакопитель снова был пуст. Нужен был прямой канал. Он присел на корточки, положил ладони на холодный камень по обе стороны от светящейся щели, закрыл глаза. Вместо того чтобы пытаться «выкачать» энергию, он сосредоточился на другом: на связи. На том, чтобы почувствовать ритм этой медленной, древней силы. Он представлял корни, тянущиеся к воде, капиллярный эффект.

Это сработало. Не поток, а тончайшая, почти невесомая нить желтоватой энергии потянулась из трещины в его тело. Не в резервуар MP, а прямо в каналы, по которым обычно текла его личная мана. Это было непривычно – словно в вены влили не кровь, а густой, тягучий мёд. Он чувствовал тяжесть в костях, упругость в мышцах.

Получена временная связь с фракцией Земли (низкая сила). Доступно: 5 условных единиц элемента.

Теперь – эксперимент. У него была небольшая, но свежая царапина на предплечье от работы с обломками. Идеальный тестовый полигон. Он приложил палец к царапине, сосредоточившись не на боли, а на самой ткани: на разорванных капиллярах, плазме, клетках кожи, которые уже начали процесс деления. Он вызвал интерфейс и мысленно сформулировал запрос-команду, как когда-то создавал «Тихий износ»:

Использовать энергию Земли как катализатор. Ускорить естественный процесс регенерации в целевой области согласно биологическому шаблону субъекта. Минимизировать расход. Сфокусировать эффект.

Внутри что-то щёлкнуло. Тягучая энергия Земли из его каналов устремилась к предплечью. Он не видел света, не чувствовал тепла. Был лишь странный, почти зубящий зуд глубоко в ткани, как будто миллионы невидимых муравьев быстро-быстро латали повреждение. Через десять секунд зуд прекратился.

Виктор открыл глаза и убрал палец. Царапина была… не совсем зажившей. Но края сошлись, воспаление исчезло, осталась лишь тонкая розовая полоска молодой кожи, как после недели заживления. Видение подтвердило: Тканевая регенерация ускорена в 240 раз. Расход: 2 единицы фракции Земли.

Уведомление интерфейса возникло беззвучно:

На основе понимания принципов биологии, анализа жизненных процессов и практического эксперимента создано новое заклинание.

Название: Простейшая активизация регенерации (Земля).

Ранг: F (зачаточный).

Эффект: Ускоряет естественное заживление неглубоких ран, ссадин, мелких порезов у себя или другого биологического существа при прямом физическом контакте. Не лечит болезни, переломы, внутренние повреждения, не восполняет кровопотерю.

Стоимость: 2-5 MP + 2-5 единиц фракции Земли (зависит от площади и сложности повреждения).

Развитие пути: Усиление регенерации – Лечение болезней – Стимуляция роста – Биоманипуляция.

Виктор выдохнул. Это было не эпическое «исцеление ран светом», а скучная, прикладная, инженерная процедура. Именно то, что ему было нужно. Он посмотрел на свои ладони. Одна могла нести тихую смерть материи. Другая – теперь могла слегка подтолкнуть жизнь. Жутковатая симметрия.

– Ну что, – сказал он «Тени», которая наблюдала за всем процессом, пригнув уши и внимательно вглядываясь своими фосфоресцирующими глазами. – Похоже, я теперь и повар, и слесарь, и… санитар. Многопрофильный специалист, блин.

«Тень» подошла и ткнулась носом в его зажившую царапину, обнюхала. Затем издала короткое, одобрительное мурлыканье и легла, подставив ему бок. На боку, сквозь черную шерсть, проступал старый, уже заживший, но всё ещё заметный шрам – след от когтей какого-то крупного зверя.

Предлагает испытать на ней? Или просто показывает, что доверяет?

– Это пока только для царапин, пушистик, – отозвался Виктор, но всё же приложил ладонь к шраму. Он сконцентрировался, активировал новое заклинание, но с минимальным вливанием – всего 1 единицу фракции Земли и пару MP.

Эффект был почти незаметен. Шрам не исчез, но кожа под его ладонью стала чуть мягче, чуть эластичнее. Старая ткань слегка «ожила». «Тень» вздохнула глубже, выражение её морды стало более расслабленным. Очевидно, даже такой мизерный эффект принёс облегчение от старой, ноющей боли.

Навык «Простейшая активизация регенерации» повысил понимание до 12%. Установлена эмоциональная связь с объектом «Тень».

Эмоциональная связь. Отлично. Теперь у меня в системе есть котик, с которым у меня «эмоциональная связь». Мысль была окрашена привычным чёрным юмором, но где-то глубоко внутри шевельнулось что-то тёплое, почти забытое. Не ответственность, как за Лоренца, а что-то более простое. Товарищество.

Этот успех дал новый импульс. Если он смог вывести простейшее «исцеление» из понимания биологии и фракции Земли, что ещё можно сделать? Он посмотрел на керамические трубки, найденные ранее. Проводники? Изоляторы?

Он взял одну трубку и короткую пластину сплава. Приложил их к трещине с фракцией. Ничего. Тогда он попробовал направить в трубку через свои руки крошечный поток энергии Земли. Трубка слабо засветилась изнутри, а когда он убрал руку, свет медленно угас, как в светлячке.

Накопитель? Но очень неэффективный. Скорее… индикатор. Или стабилизатор.

Ещё один эксперимент. Он попробовал провести через трубку свою личную, чистую ману. Эффект был иным. Трубка не светилась, но… направляла. Энергия выходила с другого конца более сфокусированным, узким пучком. Как линза для света.

Оружие? Мысль была очевидной. Но он отбросил её. Слишком шумно, слишком заметно. Нет, это инструмент. Может, для тонкой работы. Для «пайки» тех же каменных схем? Или… для передачи сигнала?

Он оглядел комнату с новым интересом. Теперь это была не просто пещера, а лаборатория. У него были:

Источник энергии (слабый, но стабильный).

Инструменты (трубки, сплавы, его собственные навыки).

Подопытный объект (он сам, с осторожностью).

И… ассистент. Четырёхлапый, с когтями.

– Ладно, Тень, – сказал он, почесав зверя за ухом (тот блаженно прикрыл глаза). – Пора систематизировать знания. У нас есть цели:

Найти больше источников энергии в развалинах.

Изучить эти трубки – могут ли они помочь собрать что-то вроде… концентратора или усилителя для доступа к тому архиву.

Тренироваться. Тебе – охотиться, маскироваться. Мне – разобраться с этой магией Природы и понять, как не дать Тьме съесть мозг. И, возможно, – он взглянул на карту, спроецированную в его сознании навигационным маркером, – разведать окрестности на предмет других «маяков».

«Тень» встала, потянулась, её поза выражала готовность к действию. Она явно соскучилась по делу.

Первую задачу они начали решать вместе. «Тень» своим острым нюхом искала места, где «пахнет силой» – не обязательно маной, но аномалиями. Виктор шёл за ней, сканируя всё Видением.

Так они нашли ещё два места. Одно – заваленный проход, ведущий, судя по схеме в интерфейсе Виктора (которая теперь немного дополнилась данными из узла), к энергораспределителю. Разбирать завал вручную – дело на несколько дней. Второе место было интереснее: небольшой, нетронутый комнатушка, очевидно, склад расходников. Там, в герметичных керамических капсулах, лежали высохшие, но сохранившие слабый энергетический след порошки. Видение определяло их как «остатки фракционных реагентов (смешанные, инертные)». Бесполезный мусор. Почти.

Но для человека с поварским складом ума и опытом химика (пусть и на уровне тюменской ТЭЦ) даже мусор мог стать ингредиентом. Он аккуратно собрал несколько капсул. Может, при смешивании с чем-то дадут реакцию. Или смогут абсорбировать энергию из трещины иначе.

Вечером, сидя у костра (теперь разведённого в специально очищенном от мусора углублении), Виктор чинил лук, укрепляя тетиву, и думал. Он чувствовал, как медленно, но верно перестаёт быть жертвой обстоятельств. Он становился исследователем. Экспериментатором. Пусть в подпольной, полуразрушенной лаборатории. Пусть с единственным союзником в виде большой кошки.

Система была не игрой, а сложным, плохо изученным механизмом. Магия – не волшебство, а прикладная энергетика. А он… он был тем, кто привык разбираться в механизмах. Даже если механизм этот был вшит в реальность и в его собственную душу.

Он посмотрел на свои ладони. Левая – чуть теплее после экспериментов с Землёй. Правая – всегда прохладная, будто в ней дремала вечная осень. Баланс. Контроль. Понимание.

– Завтра, – тихо пообещал он себе и мурлыкающей «Тени», – займёмся инженерией. Попробуем собрать из этих трубок что-то, что сможет сфокусировать энергию и пробить ту панель. Ну, или хотя бы получить от неё больше данных, чем несчастный домашний кинотеатр про чужое горе.

Он потушил костер, устроился на своей подстилке. «Тень» легла у входа, превратившись в чёрную, почти невидимую тень, сливающуюся с камнем. Ночная стража была на посту.

Впервые за долгое время Виктор Бобырёв заснул не со страхом, а с планом. И это было куда лучше.