Читать книгу Древний мир (нуб с опытом) - - Страница 6

Утро, если это слово вообще применимо к вечному полумраку подземелья, они встретили с похрустыванием суставов и взаимными стонами. Лоренц выглядел немного лучше – молодость и сон взяли своё, но его лицо было серым от боли. Нога, зафиксированная бандажом, распухла ещё сильнее.

Виктор проверил статус. Здоровье: 22/30, Стамина: 15/25. Небольшой прогресс. Эффект «Сытости» ещё работал. Он отломил ещё кусочек вчерашнего крысиного «джерки», жевал, морщась, и запил глотком воды из бутылки, которую снова наполнил конденсатом.

«Ты уверен, что знаешь путь?» – спросил Лоренц, с трудом вставая на костыль.

«У меня есть… карта, – уклончиво ответил Виктор, тыкая пальцем в свой висок. – И она говорит, что выход отсюда близко. Другое дело, что он может быть завален, охраняем или вести в центр баронова туалета.»

Они двинулись в путь. Дорога, согласно схеме в голове Виктора, вела по узкому, сырому коридору, который постепенно превращался в наклонную, скользкую от ила шахту. Воздух становился свежее, пахло мокрой землёй и чем-то горьковатым, почти как хвоя. Это обнадёживало.

Обнадёживало до тех пор, пока они не упёрлись в «выход».

Это была не дверь и не арка. Это была куча обломков, щебня и грязи, через которую сочилась вода, образуя небольшой грязный ручей. В верхней части завала виднелся просвет – узкая, извилистая щель, через которую пробивался серый, холодный свет. Свет настоящего дня.

«Вот он, выход, – произнёс Виктор, созерцая это великолепие. – Прямо как в рекламе турагентства «Экстрим-тур: 100% адреналина, 0% комфорта».»

Просвет был слишком высоко и слишком узок, чтобы пролезть даже ему, не говоря уже о Лоренце на костыле. А завал выглядел крайне неустойчивым. Видение сути подтвердило опасения: «Завал (естественный/рукотворный). Состав: камни, грунт, корни деревьев. Степень стабильности: низкая. Риск обрушения при попытке крупно-масштабного демонтажа: высокий.»

«Мы не пролезем, – констатировал Лоренц, и его голос дрогнул от отчаяния.

«Пролезем, – невозмутимо ответил Виктор, изучая завал. – Просто нужно сделать дверь. А для этого нужны инструменты, которых у нас нет. Или…»

Он посмотрел на свои руки. На маноприёмник, лежавший в кармане. В нём оставалось 2/10 маны Земли/Тьмы. Его личная мана за ночь восстановилась до 6/10. В сумме – 8. Простейшее уплотнение требовало 5. Но оно делало вещи прочнее. Ему же нужно было, наоборот, разрыхлить, ослабить связь между камнями в конкретном месте.

В его голове, тренированной на ремонте котлов и чтении тонн фэнтези, начали сталкиваться понятия. «Фракция Земли… управление плотностью… если пойти от обратного…»

Он подошёл к завалу, к месту, где два крупных камня образовывали «свод» над возможным лазом. Положил на них ладонь.

«Что ты делаешь?» – испуганно спросил Лоренц.

«Научный эксперимент с элементами шаманства, – отозвался Виктор. – Молчи, я думаю.»

Он закрыл глаза, отбросив мысль о заклинании «Уплотнение». Вместо этого он попытался представить обратный процесс. Не сжатие, а расслоение. Не укрепление связей, а их ослабление. Он концентрировался на микротрещинах в камне, на песчинках между ними, представляя, как они отдаляются друг от друга, как цементирующая их сила иссякает.

Ничего не происходило. Мана оставалась мёртвым грузом.

«Не так, – прошептал он. – Земля – это не просто камень. Это структура. Порядок. Значит, нужно не разрушать порядок, а… вносить в него хаос. Другой порядок.»

Тьма? В его понимании, тьма часто ассоциировалась с распадом, энтропией, разложением. У него была фракция Земли/Тьмы. Может, нужно использовать этот аспект?

Он снова сосредоточился. Теперь он представлял не физическое расслоение, а нечто иное. Как будто в прочный, старый камень проникает тень. Не просто отсутствие света, а активное начало разложения, усталости, забвения. Тьма, которая выедает изнутри, делает материал хрупким, безвольным. Он представлял, как эта энергия просачивается из его руки, из маноприёмника, в камень, заставляя его «уставать», терять волю к сопротивлению.

На этот раз он почувствовал отклик. Мана начала уходить. Не так быстро, как при уплотнении, а медленно, словно сочиться. 6/10… 5… 4… В месте, где его ладонь касалась камня, поверхность не изменилась визуально. Но ощущение от неё стало другим. Она казалась не монолитной, а рыхлой, почти осевшей.

В его сознании, рядом с «Простейшим уплотнением», возникла новая, серая иконка.

«Тихий износ (Тьма/Земля): Требует: фракцию Тьмы или Земли/Тьмы (1), MP (3/мин). Медленно ослабляет структурную целостность неживого материала. Эффективность зависит от размера объекта и его магической устойчивости.»

«Работает!» – воскликнул он, но сил радоваться не было. Поддерживать заклинание было похоже на удержание тяжелой гири на вытянутой руке – мышцы (воли) начинали гореть.

«Лоренц, – сдавленно сказал он. – Возьми лом. Как только я скажу, поддень тот камень слева. Аккуратно.»

Минута. Две. Пот катился по его вискам. Мана падала: 3/10… 2… 1… В ушах зашумело. Личная мана была на исходе.

Сейчас! – мысленно крикнул он себе и резко оборвал канал. Заклинание рассеялось. «Лоренц, теперь!»

Подросток, собрав все силы, упёр лом в указанное место и нажал. Раздался не грохот, а глухой, влажный хруст, будто ломали старый сухарь. Камень не откатился, а скорее осел, рассыпавшись на несколько крупных, но уже не таких монолитных кусков. Образовался проход. Узкий, грязный, но проход.

Виктор, тяжело дыша, отполз в сторону. У него кружилась голова от истощения маны (Личная MP: 0/10, Маноприёмник: 0/10), но на лице была победоносная ухмылка.

«Видишь? Выход есть. Просто иногда его нужно… уговорить.»

Пролезть пришлось по-пластунски, через ледяную жижу талой воды и грязи. Виктор полз первым, расширяя проход локтями и пихая перед собой свой рюкзак из тряпья. Потом, стиснув зубы, он вернулся, чтобы помочь Лоренцу. Тот, сломанной ногой и костылём, был похож на раненого крота, но упрямство и страх остаться в подземелье сделали своё дело.

И вот они выползли.

Сначала Виктору показалось, что он ослеп. После вечного сумрака пещер серый, затянутый тучами дневной свет резал глаза. Он зажмурился, слыша, как рядом Лоренц судорожно глотает воздух, смешанный с рыданиями облегчения.

Когда глаза привыкли, он осмотрелся. Они находились на склоне горы, в кустах у подножия скального выступа, из которого сочился тот самый грязный ручей. Вокруг – хвойный лес, плотный, угрюмый, пропитанный влагой. Воздух был холодным, пахло хвоей, сырой землёй и… дымом. Не костра. Слабый, едкий запах гари, будто что-то тлеет вдалеке.

Лоренц, опираясь на костыль, смотрел вниз, в долину. Его лицо просияло. «Деревня! Это… это наша Высечка! Видите, дымки из труб?»

Виктор увидел. В нескольких километрах ниже, у изгиба мутной речушки, кучка тёмных, приземистых строений. Деревня. Цивилизация.

«Ну что, – выдохнул он, чувствуя, как усталость накрывает его с головой. – Почти дома. Осталось только спуститься с этой горы, не сломав себе и тебе оставшиеся кости.»

Спуск был адом. Кочковатый склон, промокший мох, валежник. Лоренц падал дважды, Виктор отчаянно хватался за деревья, чтобы не полететь следом. Через полчаса такого «спуска» они вывалились на едва наезженную колею, которая, судя по направлению, вела к деревне.

Именно на этой дороге их и встретили.

Сначала это был просто стук копыт и скрип колёс. Из-за поворота выехала телега, запряжённая усталой лошадью. На облучке сидел тощий мужик в поношенной кожанке, а рядом с ним – фигура в тёмно-сером плаще с капюшоном. Телега остановилась, мужик уставился на них, округлив глаза.

Но внимание Виктора привлёк человек в плаще. Капюшон откинулся, и он увидел молодое, уставшее лицо с острыми скулами и внимательными, холодными глазами. Взгляд того скользнул по Лоренцу, задержался на его ноге в самодельной шине, затем перешёл на Виктора – рваного, грязного, с дубинкой и ржавым клинком за поясом.

Незнакомец спрыгнул с телеги. Движения были плавными, точными. Его плащ распахнулся, и Виктор увидел на груди вышитый серебряной нитью символ – стилизованное око с молнией внутри.

«Человек. Состояние: усталость, легкое обезвоживание. Уровень угрозы: средний. Примечание: Обнаружены следы магического образования (аура). Звание: Младший Следователь Магической Канцелярии Астарского Королевства.»

Магическая полиция. Или что-то вроде того. Виктор почувствовал, как у него похолодело внутри.

«Старики из Высечки говорили, что парнишка пропал в старых штольнях, – произнёс следователь. Голос был ровным, без эмоций. – А ты, сударь, кто будешь? И отчего столь… живописного вида?»

Виктор быстро соображал. Выдавать себя за полоумного или потерянного дворянина? Слишком рискованно. Правда (или её часть) часто звучит убедительнее.

«Меня зовут Виктор, – ответил он, стараясь говорить чётко и устало, что не составляло труда. – Я… путешественник. На меня напали на дороге, ограбили, сбросили в ущелье. Чудом выжил, нашёл пещеры и там встретил этого парня. Вытащил, как мог.»

Следователь молча слушал, его взгляд изучал Виктора с ног до головы, будто пытаясь прочитать что-то невидимое. Он сделал шаг ближе.

«Путешественник, – повторил он. – Без поклажи, с необычным… акцентом. И, что любопытно, – он слегка прищурился, – с очень слабым, но весьма странным шлейфом магии. Не обученным. Диким. И чем-то ещё… старым.»

Он поднял руку, и на его ладони вспыхнул слабый, мерцающий свет, похожий на свет светлячка. Свет завис в воздухе и потянулся в сторону Виктора, слегка пульсируя.

Виктор понял. Это детектор. Детектор магии. И он реагирует на него. На клеймо «Носителя». На остатки маны в приёмнике. На всё.

«Лоренц, – тихо сказал следователь, не отводя глаз от Виктора. – Это правда, что он тебе помог?»

«Да, господин следователь! – выпалил подросток. – Он спас меня! Он и огонь разжёг, и еды добыл, и выход нашёл!»

Следователь кивнул, но выражение его лица не смягчилось. Светящаяся точка на его ладони погасла.

«Обстоятельства странные. Крайне странные. Виктор, да? Тебе, как и мальчишке, нужен целитель. И тебе обоим нужно дать показания. В деревне. А потом, возможно, тебе придётся пройти со мной в Удел. Для более подробной… беседы.»

Он не говорил «под арест», но это висело в воздухе. Мужик на телеге беспокойно переминался.

Виктор сглотнул. Деревня, целитель – это хорошо. «Удел» (видимо, местная администрация) и «беседа» со следователем-магом – это уже тревожно. Но вариантов не было.

«Я согласен, – сказал он. – Только помогите парню дотащиться. Он еле стоит.»

Следователь кивнул и жестом велел вознице помочь Лоренцу забраться в телегу. Потом снова взглянул на Виктора.

«Садись. И… совет. Пока мы едем, постарайся придумать более убедительную историю. Магическая Канцелярия не любит загадки. Особенно те, что пахнут старыми штольнями и Дарами Ушедших.»

Он произнёс последние слова почти беззвучно, но Виктор услышал. И понял, что его приключение «выживание» закончилось. Начиналось приключение под названием «Объяснись, или тебя сочтут угрозой».

Он вскарабкался в телегу рядом с Лоренцем, который уже начинал бредить от усталости и боли. Телега тронулась, подскакивая на колдобинах. Виктор смотрел на удаляющийся лес, на скалу, из которой они выползли. В кармане у него позвякивали семь серебряных марок и лежал тёплый рубин. В другой – пустой маноприёмник и ржавый клинок.

У него не было почти ничего. Но было клеймо на душе, которое уже заметили. И первая, очень опасная проверка впереди. Нужно было быстро учиться. Не просто выживать, а играть по правилам этого мира. Или, на худой конец, научиться незаметно эти правила обходить.