Читать книгу Звон. Навь - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 8

Утро после разговора с тётушкой выдалось серым и ветреным. Низкие облака ползли над озером, вода казалась мёртвенно-белёсой. Арина сидела на крыльце, закутавшись в тулуп. Ночь она почти не спала — проваливалась в тревожную дремоту.

Тётушка Марья ушла ещё затемно — к Дмитрию. Арина осталась одна, и это одиночество, ещё недавно казавшееся ей благословенным, теперь давило.

Она уже подумывала вернуться в дом, когда увидела его.

Дмитрий шёл по тропинке от леса, не со стороны деревни, а с той самой опушки, где прошлой ночью стояла тьма. Шёл он медленно, спокойно, и в руке нёс плетёную корзинку с травами.

Заметив её, Дмитрий прибавил шагу и через минуту уже стоял у калитки.

— Доброе утро, Арина Григорьевна, — сказал он, приподнимая картуз. — Тётушка Марья заходила, рассказывала. Я вот решил проведать, заодно трав свежих принёс. От тревоги, от бессонницы.

Он говорил спокойно, буднично, и это спокойствие подействовало на Арину лучше всяких утешений. Она даже улыбнулась.

— Спасибо, Дмитрий Сергеевич, — сказала она, отворяя калитку. — Проходите. Тётушки нет, но я, кажется, могу предложить вам чаю.

— От чаю не откажусь, — кивнул он.

Они прошли в дом. Арина зажгла лампу, поставила чайник. Дмитрий сел за стол и начал перебирать травы.

— Вот это зверобой, — говорил он, показывая на жёлтые соцветия. — От тоски хорошо помогает. Это пустырник — от тревоги. А это, — он взял в руки пучок невзрачной серо-зелёной травы, — это особенная трава. Я её в самых глухих местах собираю, где болота. Она от дурных снов помогает и… ну, скажем так, от незваных гостей.

Он поднял на Арину глаза, и в них мелькнуло что-то, от чего ей стало не по себе. Он знал. Он всё знал — и про тьму, и про её страхи.

— Тётушка рассказала? — спросила она, ставя перед ним кружку с дымящимся чаем.

— Рассказала, — кивнул Дмитрий. — Но я и без неё догадывался. Помните, я говорил вам, что сам слышал звон и видел ту тень? Так вот, с тех пор я многое узнал. И про это место, и про то, что там живёт. И про таких, как вы.

— Каких — как я? — Арина села напротив.

— Чутких, — ответил он просто. — Открытых. Тех, кто может слышать то, что другие не слышат, и видеть то, что другие не видят. Такие люди редко рождаются, но они есть. И они всегда притягивают к себе… это.

Он замолчал, помешивая чай. Арина ждала.

— Я с детства такой, — продолжил он после паузы. — Бабка моя, царствие ей небесное, тоже была. Она меня и учила. И травам, и заговорам, и тому, как с этим миром… ну, с тем, который рядом, но невидим, — как с ним общаться, чтобы себе во вред не было. Она говорила: есть места, где грань между мирами тонкая. Валдай — одно из таких мест. А колокольня та — самое гиблое место. Там, где грань почти стёрта.

— А что там? — спросила Арина шёпотом.

Дмитрий долго молчал, глядя на неё своими серыми, глубокими глазами. Потом ответил:

— Никто не знает наверняка. Легенды говорят — княжич, которого убили и душу его заточили в колокол, чтобы не мог уйти. Но легенды легендами, а я, когда видел ту тень… это было не человеческое. Оно было… пустое. Как прорва, как бездонная яма. И при этом голодное.

Арина похолодела. Она вспомнила ту девушку в светлом платье, её мёртвую улыбку.

— Вы думаете, я уже… стала его добычей? — спросила она.

— Нет, — твёрдо сказал Дмитрий. — Если бы стали, вы бы не сидели здесь со мной. Вы бы уже были там. Но вы пока просто… отмечены. Оно вас заметило. И теперь будет приходить. Во снах, в видениях. Будет звать, манить. А вы должны не поддаваться.

— Но как? — вырвалось у Арины. — Я чувствую, как оно тянет меня. Даже сейчас, когда говорю с вами, мне хочется пойти туда. Не могу объяснить почему, но хочется.

Дмитрий накрыл её руку своей. Ладонь у него была тёплая, шершавая, надёжная.

— Потому что оно питается вашим страхом и вашим одиночеством, — сказал он. — Вы одна, вы напуганы, вы ищете утешения. А оно предлагает иллюзию. Не верьте.

«Но почему эта иллюзия так сладка? — подумала Арина, глядя на его руку, накрывшую её ладонь. — Почему, когда я думаю о той тьме, меня не только страх охватывает, но и… что-то ещё?»

— Что мне делать? — спросила она.

— Во-первых, пить травы, которые я принёс, — улыбнулся он. — Во-вторых, постараться не оставаться одной. Особенно по ночам. Я буду приходить каждый вечер, если позволите.

— А если вы не успеете? — прошептала Арина.

— Успею, — твёрдо сказал он. — Я быстро бегаю. И лес знаю как свои пять пальцев.

Он улыбнулся, и от этой улыбки — простой, человеческой, тёплой — у Арины защипало в глазах.

— Спасибо вам, Дмитрий Сергеевич, — сказала она. — Вы даже не представляете, как мне сейчас важно слышать эти слова.

— Представляю, — ответил он серьёзно. — Потому что сам через то же прошёл. И меня тоже спасли — словом и делом. Теперь мой черёд.

Он допил чай и поднялся.

— Мне пора. А вы, Арина Григорьевна, постарайтесь сегодня днём отдохнуть. Не думайте о плохом. А вечером я приду. Обещаю.

Он ушёл, а Арина осталась сидеть за столом, глядя на пучки трав. В доме было тихо, но теперь эта тишина не пугала её.

Она взяла пучок пустырника, поднесла к лицу, вдохнула горьковатый запах. И вдруг поняла: она не одна.

Весь день она провела в хлопотах. К вечеру даже почувствовала голод. Когда солнце начало клониться к закату, она вышла на крыльцо и увидела Дмитрия. Он шёл по тропинке от своей усадьбы, и в руках у него была старая гитара.

— Решил, что музыка тоже помогает, — сказал он, подходя. — Если вы не против, конечно.

— Я не против, — улыбнулась Арина. — Напротив, очень рада.

Они сидели на крыльце, пока совсем не стемнело. Дмитрий играл старинные русские романсы и пел негромким голосом. Арина слушала, и ей казалось, что вместе с этими песнями из её души уходит что-то тяжёлое.

Когда он уходил, она вдруг окликнула его:

— Дмитрий Сергеевич!

Он обернулся.

— Спасибо вам. За всё.

— Не за что, — ответил он. — Завтра приду снова.

Она вошла в дом, заварила на ночь трав, как велел Дмитрий, выпила горьковатый настой и закрыла глаза. Долго лежала, прислушиваясь к себе. Но звон не приходил. И тьма за окном была просто тьмой.

Впервые за много ночей Арина уснула спокойно.