Читать книгу Избранные стихи - Лазарь Соколовский, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 31

Как все забывается быстро: и мир

вчерашний, как сон, на фантазии падкий,

выносится вместе с хламьем из квартир

кубизмом разломанной детской кроватки,

рисунком, нечаянно всплывшим, где дом

стоит набекрень, в чем рука не повинна,

где тоже себя ощущаю с трудом

в далеком подобье трехлетнего сына.

И раз, разгребая с чего-то костер

жилой суеты, уж подернутой тленом,

привиделся старый диван из тех пор

наивных и нищенских – послевоенных,

где дней вереница терялась в трудах,

и ночи стекали задушенным криком —

как узкий диванчик вписался в размах,

объявленный гордо злодеем великим?

Укутавшись чем-то в сплошной темноте

там двое сплетались в объятиях тел, и

время, стекая в своей наготе

в провалы изломанных судеб, не смело

остаться безликим. И кто виноват

что это система считала порочным,

когда вдруг на этом диване зачат

я был не случайно июльскою ночью?

Чтоб всем циркулярам и судьям назло

несло меня к жизни мальцом несмышленым,

два валика рыхлых легли на крыло

в тогдашнем спитом коммунальном загоне.

Где жизней немало истает и дней,

покуда прострация слепится в образ,

обивка с годами пятнилась сильней,

пружины все злее впивались под ребра…

Костром пионерским, как бурной рекой,

картинка мелькнет в перевернутой раме,

замылится, как было нам нелегко,

в инерции быта источится память,

изгладится, но, пронырнув океан

деталей иных, похиляет вразвалку

в прапамять потомков, где старый диван

всплывет, отходя, как то время, на свалку.