Читать книгу Дневник 1389. Убежище - Николай Медведев - Страница 16

Сидя в кресле в зимней одежде, Евгений обнаруживает себя изрядно вспотевшим. Отложив дневник на журнальный столик, Евгений задумался.

– Сумбур, Никита. Местами действительно полный бред, – звучит краткое заключение заведующего отделением пограничных состояний. – А ведь я помню эти несколько дней, когда я чуть не отдал тебя в другое отделение. Прекрасно помню… Почему ты тогда все это не рассказал? Хотя что изменилось бы?

Евгений поднимается из кресла и, небрежно снимая верхнюю одежду, проходит в прихожую, где наконец-то находит свое место зимний пуховик. Постояв неподвижно около минуты в тусклом свете люстры, Евгений обращает внимание на терзающее его довольно ощутимое чувство голода. Обед был в первой половине дня, а сейчас уже поздний вечер, поэтому немудрено. И вот на кухне уже громко кипит чайник, выпуская густые клубы пара, а место на белоснежной тарелке занимают приготовленные на скорую руку бутерброды. Едва присев на стул, Вампилов понимает, что сидеть и ужинать здесь, на кухне – это непозволительная роскошь, когда там, в соседней комнате, на журнальном столике лежит то, что когда-то стало причиной целой череды событий, по большому счету изменивших жизненный уклад заведующего отделением пограничных состояний. Поэтому, не теряя ни минуты, Евгений берет в одну руку чашку с крепким горячим чаем, в другую – тарелку с бутербродами и осторожно, стараясь ничего не расплескать, идет короткими шагами в гостиную, где незамедлительно занимает все то же кресло.

Невозможно не обратить внимание на то, что каждый новый сон начинается с чистого листа и заканчивается двумя почтовыми марками. Внимательно присмотревшись, Евгений пытается разглядеть следы оттисков и штампов, которые, возможно, укажут на происхождение почтовых марок.

– Хм, – коротко резюмирует Вампилов, продолжая разглядывать квадратные клочки бумаги с волнистыми краями. – Ничего.

Оглядев со всех сторон марки, Евгений возвращается к дневнику.

«Евгений, то, что вы держите в руках, – это лишь малая часть моих записей. Я знаю, как сложилась ваша карьера в клинике, и понимаю, что отчасти это моя вина. Поэтому я считаю своим долгом поделиться с вами именно той частью записей, которая касается вас и людей, с которыми вы имели честь познакомиться в попытках помочь мне. Вы наверняка уже заметили, что сны пронумерованы, это всего лишь порядковые номера, не более. Почему я не привязывался к конкретным датам (кроме года), как это обычно делают в дневниках? Поверьте, даты там вообще никого не интересуют и в целом вообще не имеют значения. Календарь актуален лишь здесь. Вернемся ко снам.

В скором времени я разделил сновидения на девять больших групп.

Осознанные. Мои любимые сновидения. Я думаю, вам уже не стоит объяснять, что это за сны, но все же я не могу не сказать о них пару слов. Сновидения, находясь в которых я понимаю, что все происходящее вокруг является сном. Поэтому я могу делать все, что захочу. Абсолютно все! Как правило, желания мои связаны с полетами и поиском неких истин.

Кошмары. Сознание отказывается верить в то, что происходит вокруг. Глаза не хотят видеть демонические образы, скрывающиеся в густой тьме. Воздух вокруг словно вибрирует, заставляя нас забиться в угол, онеметь от ужаса и дышать через раз, дабы производить как можно меньше шума. Очевидно, если хочешь примерить шкуру душевнобольного человека, смотри кошмары. Ты всеми правдами и неправдами хочешь выбраться оттуда, но не можешь…

Судьбоносные. Проснувшись, ты понимаешь, что жизнь словно разделилась на до и после. Ты понимаешь, что там, во сне, случилось то, что повлияло на твою реальность, возможно, даже на твое мировосприятие в целом. Эпохальные события, немыслимые по силе своего влияния и выходящие за грани сновидений. Эти сны уникальны тем, что они имеют огромное значение как по ту сторону реальности, так и по эту. Они могут изменить все.

Нейтральные. Сны ни о чем, не оставляют никаких шлейфов. Как правило, забываются сразу после пробуждения. Но не стоит путать их с мусором.

Мусор. Откровенный бред, над которым мы либо громко смеемся после пробуждения, либо пытаемся понять, каким образом и зачем мы это вообще посмотрели.

За живое. Тяжелые сны, связанные со всеми, кто нам дорог. Родственники, возлюбленные и т. д. Все то, что оставляет длинный и не всегда благоприятный шлейф. Все то, что заставляет нас испытывать это ненавистное мною чувство ностальгии, будь оно неладно. Разбитые мечты, упущенные возможности, не сказанные вовремя, когда это было просто необходимо, слова. Все это будет влачиться за тобой тенью еще несколько дней. Эти сны в совершенстве умеют дергать за особые ниточки, о которых мы порой даже не подозреваем.

Сбой. Там что-то пошло не так. Нет, это вовсе не кошмар и не мусор. Происходящее действительно очень похоже на сбой. Там случается то, чего быть не должно. Очень часто такие сны возникают внутри осознанных. Ты понимаешь, как реагирует твое подсознание на осознание, простите за тавтологию, и вдруг происходят события, выходящие за грань обыденности. Появляются своеобразные знаки, предметы, люди, которых здесь быть не должно. Эти сны крайне специфичны, их тяжело уловить неподготовленному человеку.

Мечты. Название группы красноречиво говорит само за себя. Тяжело описать, насколько приятны и реалистичны эти сны, ведь там сбываются наши мечты. Кто-то видит золотые пески, изумрудную воду и чувствует теплый ветер, приятно обдувающий плечи. Кто-то гуляет по бескрайним просторам лугов и полей под ярким солнцем поздней весны. Одним словом – мечты. Обычно, проснувшись, ты даже слегка пожалеешь о том, что проснулся.

Белый шум. Сны этой группы являются источниками дежавю. Ты их не помнишь. Но в реальности при определенном стечении обстоятельств ты застываешь на месте как столб и пытаешься уловить это до сих пор никем не объяснимое чувство – дежавю. Совершенно ясно, что эти сны каким-то образом связаны с реальностью. Каким? Да кто бы знал! Может, это и к лучшему, что мы не помним эти сны…

Вот они – девять китов».

– Итак, две тысячи двадцатый год… – вслух продолжает Евгений.