Читать книгу Рэн – Дом звёзд. Книга 1 - Таисия Тихая - Страница 8

К полуночи всё было готово для спектакля. Свечи расставлены вдоль стен, склянки с туманным зельем здесь же по соседству, а ровно по центру подобие алтаря, сооружённого из двух тумб. На него Илан водрузил распахнутый гримуар с загадочными символами (на деле всего лишь справочник по кулинарии, прикупленный в одну из командировок в Доме Мартэ и написанный на местном диалекте, который вполне мог сойти для непосвящённых за язык демонов и колдунов). Графиня никак не приходила и потому Шэд, запрокинув голову, с интересом созерцала через стеклянную крышу россыпь звёзд. Отсюда оно казалось бархатным полотном, всего лишь одной из декораций в предстоящем спектакле двух магов.

– Интересно, как Предикторам удаётся что-то понять всего лишь по расположению этих точек? – спросила девушка, всё силясь разглядеть там наверху хоть парочку знакомых созвездий. Без толку!

– Возможно, что и не удаётся, – кисло отозвался мужчина. Опершись о стену, он склонил голову, будто придрёмывая в ожидании главного зрителя.

– Ты относишься к тем, кто считает их шарлатанами?

– Я вообще не приверженец Стохас-тео4.

– Атеист?

– Вроде того. Я не понимаю этой концепции, что Боги вечно норовят делегировать свои обязанности. Вначале правил Единый Бог, затем с чего-то вдруг решил отправиться на какой-то загадочный божественный курорт и оставил наместников. Пусть так, по крайней мере он наделил их достаточной силой для этого. Но затем Стохас, как и его братья и сёстры, тоже решил свалить, на сей раз не удосужившись даже поделиться толикой своей силы. Написал какой-то Трактат с размытыми сводами правил, да ещё и поделил людей на «хороших» и «плохих», основываясь лишь на дне их рождения! Как по мне, всё это выдумки Предикторов. В какой-то момент бесплодных попыток перевода они просто решили: «эй, а что нам мешает под видом божественных наставлений написать самим, что вздумается?».

Шэд не нашлась с ответом, а может просто не считала нужным что-то говорить. Илану же тема явно пришлась по вкусу, а может затронула какие-то старые раны. Помолчав, он возобновил разговор:

– Если бы Предикторы правда были бы так всемогущи, как поют об этом, то не случилось бы той войны три года назад. Живут во дворце Правителя, едят на наши налоги и ни в чём не знают отказа, а всё из-за того, что раз в месяц они подкидывают гадальные кости и делают вид, что что-то там видят!

– Войны?

– Хочешь сказать, что ты о ней не знаешь?

– На тот момент я жила в другом Доме, да и политикой не сильно интересовалась, знаю лишь в общих чертах, – спокойно пожала плечами Шэд. – С удовольствием послушаю историю из первых уст.

Илан презрительно фыркнул, но девушка лишь улыбнулась на его привычную ершистость. Она чувствовала, что парень только рад возможности блеснуть своими знаниями.

– Война развязалась между Домом Винз и Домом Эрли. От последнего в итоге остались рожки да ножки… Ты же знаешь про Дом Эрли, надеюсь?

– Да, я читала про «Кровную смуту». Много лет назад между Правителем – кажется, в то время у власти был Клариус Рэн, – и его братом возникло какое-то недопонимание, и они начали делить территорию. Так от Дома Рэн отделилось маленькое государство и провозгласило себя Домом Эрли.

– Да, а Дом Винз, как всегда, решил «откусить» себе ломоть чужих земель и избрал в качестве лёгкой мишени Эрли. Проблема в том, что к тому времени семьи помирились и наш Правитель, Вальдрэн, решил, что просто обязан заступиться за драгоценных родственничков. Как выяснилось, действовал он на голом энтузиазме, потому как регулярная армия полегла в первый же месяц. Если бы Предиктор в самом деле что-то знал, разве допустил бы эту войну? Они же, вроде как, прорицают на годы вперёд! А даже если это было так необходимо, не нужно ли было предупредить Правителя о наращивании армии загодя? Вместо этого в расход пустили обычных граждан Дома Рэн, а что могут люди, которые никогда прежде не держали в руках оружия? Вальдрэн решил взять противника числом и нас просто закидывали в топку пачками!..

– «Нас»?

Илан осёкся, но уже слишком поздно. Не получив ответа, Шэд задала новый вопрос:

– Так ты там лишился глаз?

Мужчина рефлекторно потянулся к повязке, но отдёрнул руку. Его досада и раздражение градом иголок прокатились вдоль позвоночника девушки.

– Да.

Продолжать колдун явно был не намерен, потому не смог даже сдержать облегчённого вздоха, когда на пороге комнаты наконец возникла припозднившаяся графиня. Обменявшись взаимными извинениями и любезностями, каждый занял своё место: Шэд в центре, Илан сбоку от неё, у стены, а графиня встала напротив, положив на алтарь личную вещь, якобы необходимую для связи с духами – брошь.

Девушка размяла пальцы, пытаясь скрыть за этим жестом предвкушение. Схожее чувство, должно быть, испытывают художники, когда становятся у мольберта, вдыхают запах масляных красок и берут в руки кисть. Для сотворения иллюзии хватило бы и одной мысли, но Шэд помнила о напутствии Илана: «больше драматизма, больше игры по публику». Запрокинув голову, начинающая колдунья резко вскинула руки вверх, словно артист, призывающий зал к овациям. Пламя свечей взметнулось ввысь, а вместе с ним и тени. Графиня сдавленно охнула, пошатнулась, но с места не сдвинулась. Шэд прикрыла глаза и склонила голову, шепча одними губами бессвязный набор слов. Медленно опустила руки, а затем описала в воздухе плавную дугу. Тени, переняв ту же плавность движения, заколыхались, обретая новые, зловещие очертания. Комната наполнилась шёпотом и отголосками плача. Не открывая глаз, Шэд вытянула перед собой руки, сложив ладони лодочкой. Псевдо-гримуар завибрировал, страницы с шелестом начали перелистываться. Отпечатанные буквы, словно крысы с тонущего корабля, уползли с бумаги, зазмеившись по импровизированному алтарю. Девушка резко развела руки в стороны и шёпот теней вспорол новый, резкий звук – брошь лопнула, практически расколовшись на две части.

В тот же миг ощущение чужого страха ударило прямо в грудь, так неожиданно и болезненно, что Шэд, позабыв о своей роли, схватилась за сердце. Это был не просто маленький зябкий страх от разыгранного спектакля. Нет, он был заботливо взращенным и откормленным долгими месяцами. Казалось, никакой поток воды не может смыть с кожи это ледяное и липкое чувство.

– Что происходит? – всполошилась графиня. Без магической подпитки пламя свечей выровнялось, а брошь больше не совершала немыслимые кульбиты на алтаре, даже трещина пропала. Только туман из склянок всё расползался по полу, словно клубок ленивых змей.

– Почему ты остановилась? – Илан приблизился к девушке, даже забыв для проформы постучать перед собой тростью.

– Я не могу продолжить. Я…

Раздражение пробежало по лицу мужчины короткой судорогой. Он обратился к графине тем официально-вежливым тоном, каким всегда говорил в её присутствии:

– Она только учится, пока ей трудно справиться. Иди и отдохни, я продолжу. – Последнее, разумеется, было уже адресовано Шэд.

Девушка заспорила:

– Мы не должны…

Мужчина оборвал её, дружески приобняв за плечи. Его дыхание обожгло Шэд ухо, когда он процедил:

– Проваливай!

Заколебавшись на миг, Шэд нехотя поклонилась на прощание и вышла. Очевидно, что сейчас Илан точно не настроен её слушать.

Оказавшись в комнате, она уселась на кровать и принялась ждать, обхватив колени руками. Похоже, что графиня не врала насчёт явления к ней призраков. По крайней мере страх был подлинным. Но Илан говорил, что замок проверили со всех сторон и ничего не нашли. С другой стороны, может просто не то искали? Или не там? Хотя тогда не помогали бы мнимые ритуалы. Возможно, конечно, что у графини с возрастом повредился разум и она начала видеть то, что никто кроме неё не видит… Но правильно ли это – просто отмахиваться от проблемы, разбрасываясь диагнозами? Нет, однозначно нужно провести ещё одно расследование. Собственное.

Шэд не заметила, что уснула, пока не раздался хлопок закрывшейся двери и она не вскочила на ноги. Илан всё ещё был не в духе. Не дав девушке раскрыть рта, он с порога прорычал:

– Как это понимать?!

– Графиня не врёт.

Эффект от слов получился примерно таким, как если бы она с размаху ударила его по лицу мокрой тряпкой. Пользуясь временным нокаутом противника, Шэд продолжила:

– Графиня действительно боится кого-то в этих стенах. Мы должны провести расследование. Не показное, а настоящее!

– И как же, позволь спросить, ты узнала об этом?

– Я… – Шэд запнулась, понимая, что следующие слова точно не убедят Илана. И всё же за неимением убедительной лжи, ей пришлось озвучить неубедительную правду: – я чувствую это.

Колдун рассмеялся. Обычно таким коротким, бархатистым смешком разражаются в театре злодеи, когда наивный главный герой пытается разубедить их делать очередную пакость.

– То есть ты предлагаешь бросить всё и искать неведомо что просто потому, что ты возомнила себя знатоком человеческих душ?! Ты сомневаешься, что люди, приезжавшие сюда до этого, – с опытом и дипломами, а не какими-то невнятными курсами, – просто не разбирались, а ты сейчас поплюёшь на ладошки и всё расследуешь?!

Шэд не дрогнула, хотя каждое слово и вонзалось в неё точно дротик в пробковую доску.

– Я предлагаю сделать всё, что в наших силах. Тебя ведь это гложет. Ты не можешь простить себе предательство против собственной совести.

– Убери руки от моей совести и следи за своей!

«Упрямец. Хочет ведь согласиться, но упорствует уже из принципа. Что ж, оставим лазейку и посмотрим».

– Может я и ошибаюсь, не спорю, но разве не все новички через это проходят? Позволь мне сделать эту ошибку и получить опыт. Я многого не знаю и не смогу как следует завтра всё проверить без твоей помощи. Просто покажи, как это сделать, а потом можешь всем рассказывать, какой невыносимый стажёр тебе попался.

Мысленно повертев в пальцах последний козырь, девушка выложила его на стол:

– К тому же, из-за этой раны мне труднее даётся колдовать.

Шэд украдкой, будто нехотя, показала правую руку и в особенности тот участок, где кровь пропитала все слои бинта.

Блеф сработал на «ура». Укол вины растворил, словно вода щёлочь, примесь злости и яда. Если Илан и просёк лазейку, ему хватило ума этого не показать.

– Хорошо, раз так хочешь, завтра покажу тебе несколько уроков практической магии. Но придётся встать пораньше, в шесть, например, чтобы не попасться никому на глаза.

– Спасибо! – сердечно отозвалась Шэд, будто бродить по стылым замковым коридорам в несусветную рань было её заветной мечтой.

Улегшись в постель, девушка укуталась в одеяло, как гусеница в кокон и, отвернувшись, к стенке, очень скоро сонно засопела. Потому она не могла ни видеть, ни слышать, как Илан, тихонько отодвинув ящик тумбы, спрятал на его дне якобы треснувшую брошь.