Читать книгу Рэн – Дом звёзд. Книга 1 - Таисия Тихая - Страница 9

Оказавшись у кромки леса, девушка слезает с коня – за время дозора такое ей приходится делать не часто. Как правило, мерное покачивание сопровождает её весь день и потом его фантом мерещится даже ночью. Перекатившись с пяток на носочки и растопырив пальцы, она прислушивается к новым ощущениям: теплу мягких травинок и холоду капель росы. Наконец, потрепав на прощанье своего коня по холке, девушка ступает вперёд, сначала осторожно и не смело, но с каждым новым шагом набираясь уверенности. Покидать свой пост нельзя, но, если уж решаться на подобный шаг, то только оставляя коня тут, в лесу. Тогда хватятся не сразу. Густота леса сменяется простором опушки. Недавно постриженная трава неприятно покалывает босые ступни. Пусть совсем рядом с лесом, воздух здесь всё равно неуловимо меняется: меньше запаха земли и нагретой солнцем листвы, больше тяжеловесных паров бензина от пролегающей где-то там, за подлеском, трассы. Завидев издали дом, дощатый и покосившийся под грузом прожитых лет, девушка непроизвольно ускоряет шаг. Забор, также накренившийся в сторону, ощеривается острыми кольями. Касаясь ладонью одной из досок, девушка прикрывает глаза, ощущая, как древесина отдаёт ей впитанное солнечное тепло. Её губы трогает лёгкая улыбка и она склоняет голову, словно стыдясь появления этой эмоции, такой чуждой для неё.

Садик у дома под влиянием времени превратился в непролазный бурьян, разделённый будто на прямой пробор узкой дорожкой, выстланной камнем. Впрочем, он едва виден: и тут и там меж камней пробивается зелень с тем упорством и жизненной стойкостью, какая бывает свойственна только дикорастущим травам. Арка из прутьев также отдана во власть времени и её тонкий каркас густо оплетён вьюнком, чьи белые цветы венчают вход в дом, словно свадебный венок голову невесты. Девушка поднимается на крыльцо и её ступни немедленно холодит камень, обречённый всё время прозябать в тени из-за нависающего над ним козырька. Согнув пальцы, она деликатно стучит костяшками по двери, и та слегка подрагивает от каждого прикосновения, словно сам дом, подобно дикому зверю, напуган появлением чужака. Очень скоро на пороге появляется согбенный старик и его лицо прорезают новые морщинки, когда он растягивает губы в улыбке.

– Пришла!.. Ну проходи же, доча, проходи. – От звука его голоса девушка вздрагивает. Не из-за громкости, скорее от неожиданности. Переступает порог, но доски не прогибаются и не скрипят под её весом. Старик суетливо обегает её, хватает засаленное полотенце со стола и обматывает им ручку чайника, чтобы снять с плиты.

– Я вот уж как раз чаёк решил заварить, как знал, что ты решишь проведать старика! Да что ты там стоишь, как неродная, проходи, садись.

Девушка послушно опускается на табурет, и старик тут же выставляет для неё вазочку с конфетами и поделённый на ломтики шоколад. Их сладкий запах смешивается с запахом мяты и бергамота из чашек. Есть и ещё один запах, тяжёлый и затхлый. Девушка не может его описать или найти источник, но каждый раз он вызывает внутри неё смутную тревогу.

– Ну что же ты опять ни к чему не прикасаешься? Худенькая такая, не ешь совсем ничего! – сокрушается старик. Гостья слабо улыбается, осторожно перехватывая из его трясущихся рук доверху наполненную чашку. На придвинутую к ней вазочку она отрицательно качает головой.

– А я вот недавно доделал последнюю работу, – хвастается хозяин дома и его обесцвеченные старостью глаза вдруг загораются фанатичным огоньком. – Руки уже не те, но дело своё всё равно помнят. Вот, посмотри, похожа на тебя, как сестричка.

Старик, кряхтя, поднимается с табурета, с усилием упираясь руками в столешницу, а затем скрывается за занавеской, чисто символически отделяющей кухню от комнаты. Девушка касается губами кромки чашки, осторожно делая глоток. Горячий чай прокатывается по глотке и разливается теплом внутри. Она прикрывает глаза, расчленяя вкус на составляющие: горечь, свежесть, что-то слегка вяжущее…

Старик возвращается на кухню и демонстрирует куклу величиной с локоть, так бережно, будто держит в руках ребёнка.

– Ну как, доча, нравится? Ну же, не бойся, бери. Вот мой тебе подарок за то, что навещаешь старика и не бросаешь.

Бережно взяв из его рук куклу, девушка с уважением склоняет голову. Словно волной, прозрачной и упругой, от её тела исходит признательность – редкое чувство, в котором нет никакой надобности большую часть жизни в лесу. У куклы такие же длинные, светлые, шелковистые волосы, тёмно-зелёные глаза с поволокой, будто после сна и лицо в форме сердечка, по-детски мягкое, но вместе с тем по-взрослому серьёзное.

– Ну что, нравится «сестрёнка»? – посмеивается старик и от уголков его глаз до висков расползаются «лучики».

Девушка поднимает голову, но не улыбается в ответ. Прижав к себе подарок, она молча кивает и пальцы непроизвольно сжимаются на кружевном воротничке кукольного платья.