Читать книгу Влесова книга: что дальше? Феномен, текст, миф - Дмитрий Герасимов, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 21

Первые сведения о существовании «Влесовой книги» проникли в Советский Союз еще в конце 1950-х годов, но тогда они стали достоянием лишь узкого круга специалистов. Эмигрантские издания, в которых публиковались материалы о дощечках, поступали в библиотеки Академии наук, где их изучали единицы — преимущественно те, кто профессионально занимался историей русского зарубежья или древнеславянской письменностью.

Реакция этих немногих специалистов была, мягко говоря, сдержанной. Слишком многое в истории находки вызывало вопросы: отсутствие самих дощечек, непрофессионализм публикаторов, фантастичность содержания. Однако до поры до времени все это оставалось внутренним делом академической среды — никаких публичных дискуссий не возникало, статьи в научных журналах не появлялись.

Ситуация изменилась в начале 1960-х годов, когда Сергей Лесной предпринял решительную попытку пробить стену молчания и вынести «Влесову книгу» на суд советской академической науки. Этот шаг имел далеко идущие последствия, хотя и совсем не те, на которые рассчитывал энтузиаст из Австралии.

В 1960 году Лесной направил в Комитет славистов АН СССР фотографию одной из дощечек — той самой, которая впоследствии получила условный номер 16. Это был, по-видимому, единственный имевшийся в его распоряжении фотоснимок, да и тот, как вскоре выяснилось, представлял собой не фотографию подлинной дощечки, а снимок с прориси — то есть с рисунка, выполненного Миролюбовым. Вместе с фотографией Лесной прислал и свои комментарии, в которых излагал историю находки и обосновывал ее подлинность.

Материалы попали к академику Виктору Владимировичу Виноградову — крупнейшему советскому филологу, председателю Комитета славистов, человеку, чье имя было синонимом высочайшего научного авторитета. Виноградов отнесся к обращению со всей серьезностью: он поручил провести тщательную экспертизу снимка двум специалистам — палеографу и языковеду Лидии Павловне Жуковской.