Читать книгу Влесова книга: что дальше? Феномен, текст, миф - Дмитрий Герасимов, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 3

Эта книга посвящена феномену, который вот уже более семи десятилетий будоражит умы и разделяет исследовательское сообщество на непримиримые лагеря. «Влесова книга» (в позднейшей, более благозвучной транскрипции Александра Асова — «Велесова книга») — текст, претендующий на звание древнейшей славянской летописи, вырезанной на деревянных дощечках жрецами дохристианской Руси. Обстоятельства его появления, драматическая судьба, ожесточенные споры о подлинности и, главное, удивительная трансформация из маргинальной гипотезы в сакральное писание современного неоязычества — все это делает «Влесову книгу» не просто историческим курьезом или лингвистической головоломкой, но полноправным и значимым явлением русской культуры XX—XXI веков.

Предметом настоящего исследования является «Влесова книга» как целостный феномен — в единстве ее текстологической природы, историографической судьбы и социокультурной рецепции. Мы сознательно выносим за скобки извечный спор о подлинности или поддельности памятника, не потому что считаем этот вопрос неважным, а потому что он уже получил исчерпывающую разработку в трудах нескольких поколений ученых. Лингвистический анализ Л. П. Жуковской и А. А. Зализняка, текстологические разыскания О. В. Творогова, историко-культурные исследования В. П. Козлова и И. Н. Данилевского, наконец, фундаментальная монография Д. С. Логинова 2022 года — все это с высокой степенью достоверности доказывает, что язык «Влесовой книги» представляет собой искусственный конструкт, созданный в середине XX века из разнородных славянских элементов, а ее содержание отражает не столько реалии древности, сколько интеллектуальные споры и идеологические установки русской эмиграции первой волны.

Однако научный консенсус о поддельности текста никак не повлиял на его популярность и, более того, не уменьшил его влияния. Напротив, с крушением СССР и началом постсоветской эпохи «Влесова книга» пережила второе рождение. В переложениях и комментариях Александра Асова она разошлась миллионными тиражами, стала настольной книгой для тысяч людей, ищущих свои «славянские корни», и превратилась в краеугольный камень новой религиозной традиции — русского неоязычества (родноверия).

Именно этот парадокс — несоответствие между научной оценкой текста и его реальным культурным весом — и определяет актуальность нашего исследования. Мы наблюдаем уникальный случай, когда текст, не имеющий отношения к древности, обретает сакральный статус в современности; когда научная критика не только не разрушает веру, но, напротив, укрепляет ее, воспринимаясь как доказательство «заговора официальной науки» против «подлинной истории славян». Этот феномен требует осмысления не в категориях «истина/ложь», а в категориях «функция/смысл». Нам важно понять, как, почему и для кого «Влесова книга» становится священной, какие потребности она удовлетворяет, какую картину мира предлагает и как эта картина мира соотносится с реальностью.

Актуальность исследования усиливается и тем, что в последние годы наблюдается новый всплеск интереса к «Влесовой книге» как в академической среде (монография Д. С. Логинова, сборники статей, защищенные диссертации), так и в общественном пространстве (многочисленные переиздания, дискуссии в интернете, использование текста в неоязыческих обрядах). Кроме того, сам феномен неоязычества, для которого «Влесова книга» является ключевым источником, привлекает все большее внимание религиоведов, социологов и политологов. Понимание природы и функций этого текста необходимо для адекватной оценки процессов, происходящих в современном религиозном ландшафте России.

Наконец, «Влесова книга» представляет собой замечательный материал для изучения механизмов мифотворчества в XX—XXI веках. Мы видим, как на наших глазах создается миф — не в древности, а сейчас, с использованием всех доступных средств коммуникации, и как этот миф обретает власть над умами. Исследование этого процесса проливает свет на более общие закономерности функционирования культуры, на природу исторического сознания и на то, как общество конструирует свое прошлое.

Таким образом, предмет нашего исследования — не древний текст, каковым «Влесова книга», по всей вероятности, не является, и не современная подделка, каковой она, скорее всего, является, а культурный и религиозный феномен во всей его полноте и противоречивости.