Читать книгу Осторожно! Кошка на отборе - - Страница 1

Пять лет. Вы только вдумайтесь в эту цифру! Пять лет – это целая студенческая жизнь. За пять лет можно столько всего сделать. Найти работу себе по душе или хотя бы с хорошей зарплатой, посетить кучу разных стран, родить пару детишек. Я же эти пять лет потратила на Славу. И, знаете, ни капли не жалею.

Сегодня у нас была годовщина. Та самая, «деревянная», как сказала бы моя мама.

Я крутилась перед зеркалом в прихожей, критически осматривая свое отражение. Новое платье цвета ночного неба сидело идеально, подчеркивая все, что нужно, и тактично скрывая съеденный за обедом кусок торта. Я не была какой-то сногсшибательной красоткой, нет. Обычная среднестатистическая россиянка. Темно-русые волосы, которые вечно пушились, серые глаза, которые казались то синими, то зелеными в зависимости от освещения, и вечные мешки под глазами, с которыми я боролась с помощью дорогущих кремов.

Но сегодня я себе нравилась.

Сегодня был тот самый день. Я это просто чувствовала.

Последние две недели Слава вел себя… странно. Нервно. Прятал телефон, когда я входила в комнату, хотя раньше мог спокойно оставить его на столе. Дважды заговаривался о «серьезном шаге» и тут же переводил тему. Апогеем стал заказ столика в «Панораме» – самом дорогом ресторане нашего города, куда мы за все пять лет так и не выбрались.

– Лиза, оденься красиво, – сказал он вчера, и заговорщицки подмигнул.

Ну, готовься, Лиза. Кажется, сегодня ты станешь невестой.

Я хихикнула, представив его лицо. Он будет в том своем синем костюме, который ему так идет, будет теребить манжеты, потом неловко кашлянет и достанет бархатную коробочку.

В животе приятно затрепетали бабочки. Пять лет. Пора бы уже. Мы не были идеальной парой из романтических комедий. Мы ссорились из-за невымытой посуды, спорили какой фильм посмотреть вечером, и дулись друг на друга по пустякам. Но мы очень любили друг друга. А что еще нужно для брака?

Я взглянула на часы. Семь вечера. Ресторан заказан на восемь, а Слава должен был заехать за мной полчаса назад.

– Наверное, как всегда, собирается как черепаха, – привычно подумала я, набирая его номер.

«Абонент временно недоступен».

Странно. Он обещал зарядить телефон.

Я попробовала еще раз. И еще. Тишина.

Бабочки в животе сменились неприятным холодком. Я не была паникершей, но годовщина, дорогой ресторан, серьезный шаг … и выключенный телефон? Что-то не сходилось.

Может, он готовит какой-то сюрприз? А может, опять завалился спать от усталости после ночной смены и все еще не проснулся?

Мы жили в пятнадцати минутах ходьбы друг от друга. Он часто говорил, что пора бы съехаться, но я оттягивала – мне нравилась моя маленькая, но своя квартирка.

Надо бы проверить как он там. А то еще бронь пропадет, фиг потом попадем в это элитное местечко.

Решено. Сделаю ему встречный сюрприз. У меня был свой ключ от его квартиры, значит, смогу без проблем попасть внутрь, даже если он отрубился.

Схватив сумочку и накинув легкое пальто – май в этом году выдался прохладным, – я выскочила на улицу.

Пятнадцать минут ходьбы превратились в семь минут почти бегом на каблуках. Я неслась, подгоняемая предвкушением, и улыбалась как дурочка. Вот она, его дверь. Я тихонько, чтобы не разбудить раньше времени, вставила ключ в замок и провернула.

В квартире было тихо. Но в прихожей пахло… чужими духами. Сладкими, приторными, такими, которые я терпеть не могла.

И на полу, рядом с его кроссовками, стояли… чужие женские туфли. Ярко-красные, на шпильке, которой можно было бы убить при желании. А оно у меня уже появилось.

Не мог же он?

Холодок в животе превратился в ледяной ком. Ноги стали ватными.

– Слава? – мой голос прозвучал хрипло и неуверенно.

Из спальни донесся приглушенный смешок и какой-то писк.

Нет. Нет, нет, нет. Этого не может быть. Не сегодня. Не с ним.

Я, как в тумане, сделала шаг, потом второй. Дверь в спальню была приоткрыта. Я легонько толкнула ее ладонью и заглянула внутрь.

Знаете, в фильмах в такой момент всегда играет трагическая музыка, героиня картинно хватается за сердце или начинает бить посуду. В реальности все было… иначе.

Он был там. На нашей кровати, которую мы вместе выбирали в Икее. И он был не один. Какая-то блондинка с силиконовыми губами оседлала его и активно двигала бедрами, издавая тихие стоны.

Они даже не сразу меня заметили.

Я просто стояла и смотрела на это представление. Мир сузился до этой сцены. Вот его рука, та самая, на которую я мысленно примеряла обручальное кольцо, сжимает ее явно не от природы большую грудь. Вот она смеется, запрокинув голову.

Какая мерзость.

Первой меня увидела она. Ее смех внезапно оборвался визгом.

– Ой!

Слава обернулся. Его глаза стали размером с пятирублевые монеты.

– Лиза?!

Он попытался спихнуть с себя блондинку, путаясь в одеяле. Это было бы даже смешно, если бы не было так мерзко.

– Лиза, это… это не то, что ты думаешь!

Самая тупая фраза, которую можно было произнести после произошедшего. Вот серьезно. А что я, по-твоему, думаю? Что вы тут в шахматы играете?

Я молчала. Я просто смотрела на него, и во мне что-то постепенно ломалось. Хрустело, как тонкий лед под ногами.

Но это чувство быстро сменилось бушующей неукротимой яростью.

Пять лет. Пять. Лет. Моей. Жизни.

Я молча развернулась и пошла на кухню. Он что-то кричал мне вслед. «Лиза, постой! Давай поговорим! Ты все не так поняла!»

Его фраза все еще стучала у меня в висках. Не так поняла. Боже, он в добавок ко всему считает меня клинической идиоткой?

Руки сами потянулись к подставке с ножами. Я схватила самый большой. Тяжелый, с широким лезвием. Шеф-нож, как он его называл.

Я не собиралась его убивать. Честно. Я не маньячка. Я просто хотела… Хотела, чтобы они испугались. Чтобы ему стало так же больно и страшно, как и мне.

Я вернулась в коридор. Они как раз вывалились из спальни – он, кое-как натянувший боксеры, она, завернутая в белоснежную простыню.

Когда они увидели нож в моей руке, тут же замерли. Блондинка взвизгнула и прижалась к Славику.

– А ну, пошла вон отсюда, – прорычала я, указывая ножом на дверь. Голос был не мой. Низкий, больше похожий на звериный рык. – Вон, живо!

– Лиза, положи нож, – Слава выставил руку, пытаясь казаться спокойным, хотя у самого дрожала каждая частичка тела. – Лиз, прошу, успокойся. Давай поговорим.

– Я сказала – ВОН! – я сделала шаг вперед, взмахнув ножом.

Блондинка, пятясь, наткнулась на свои туфли в прихожей, схватила их и, придерживая простыню, бросилась к двери.

– Лиля, стой! – заорал Слава ей вслед.

А меня перемкнуло. Он сейчас попытался ее остановить? Вот серьёзно? В такой момент он больше беспокоится о ней, а не о своей девушке, с которой был пять долгих лет?

– Ты подонок, Слава, – прошептала я, чувствуя, как по щекам текут слезы. – Убирайся отсюда! Вали к своей шлюхе!

– Лиз, это мой дом! Успокойся и мы поговорим! – он вдруг решил, что я блефую, и сделал шаг ко мне. – Дай сюда нож!

Он бросился на меня. Я такого не ожидала. Думала, он испугается. Думала, он будет умолять о прощении. Но он решил, что он тут самый умный.

Слава схватил меня за руку, в которой был нож.

– Пусти! – закричала я, пытаясь вырваться.

Началась какая-то нелепая, унизительная борьба. Мы толкались в узком коридоре. Я мотала головой, пытаясь его укусить, он пытался выкрутить мне руку.

– Ты сумасшедшая! – шипел он мне в лицо. – Совсем рехнулась!

– Это ты… ты… – я задыхалась.

Конечно, этот придурок был сильнее. Он резко дернул мою руку и одновременно толкнул меня от себя.

Я потеряла равновесие. Моя спина ударилась о вешалку в прихожей.

А потом я почувствовала холод.

Резкий, пронзительный холод, сама не понимаю отчего вдруг.

Борьба прекратилась. Слава отшатнулся, его глаза снова стали огромными. Он смотрел куда-то в район моего живота, обливаясь холодным потом.

Я опустила взгляд.

На моем красивом платье, цвета ночного неба, расплывалось темное, мокрое пятно от воткнутого в район печени ножа.

Я нелепо держала рукоятку. В пылу борьбы, когда он толкнул меня, я сама… или он? Я так и не поняла, что именно произошло. Но разве это так уж и важно?

Боли почти не было. Только дикий холод, разливающийся по венам.

Я медленно сползла по стенке.

– Лиза… – прошептал Слава. В его голосе слышался животный ужас.

Блондинка Лиля, которая все это время жалась к двери, закричала. Тонко, пронзительно.

А я сидела на полу в прихожей и смотрела, как быстро багровеет платье.

– Это должен был быть самый счастливый день в моей жизни, – прошептала я из последних сил. – Почему? Почему ты…

Не успела я договорить, как свет в моих глазах погас, а тело безвольно скатилось на пол.