Читать книгу В объятиях лжи - - Страница 8

Логан

Бумаги по «Кроули Индастриз» расплывались перед глазами. Я нашёл нужного чиновника – заместителя мэра, который внезапно обзавёлся новым автомобилем, явно не по его карману. Дело было практически закрыто, оставалось лишь передать отцу доказательства. Но привычное чувство пустоты никуда не делось. Я откинулся на спинку кресла, и взгляд упал на календарь. Шестое мая. Чёрт. День рождения матери.

Как по заказу, зазвонил телефон.

– Логан, – голос отца был ровным, деловым. – Не забудь, сегодня ужин. Восемь вечера. Присутствие обязательно.

– Я помню, – пробурчал я.

– И будь повежливее. Особенно с семьёй Клейн. Мартин Клейн – наш потенциальный партнёр по слиянию. И с его дочерью, Шарлоттой. Ты знаешь, как важно это… сближение.

Я знал. Отец грезил этим «сближением» с тех пор, как Шарлотте и мне было лет десять. Семья Клейн – большие деньги, влияние, связи в Вашингтоне. Их дочь – идеальная партия по меркам отца. И абсолютно невыносимая по моим. Пустая, избалованная кукла, чьи интересы ограничивались шопингом, сплетнями и селфи. Жениться на ней означало бы подписать себе пожизненный приговор к скуке.

Бросив трубку, я почувствовал знакомую тяжесть – вину перед матерью. Я любил её. Ту самую хрупкую, всегда печальную женщину, которую отец годами унижал своими изменами. И я был его соучастником, храня его грязные секреты. Это предательство жгло меня изнутри.

Чтобы заглушить это чувство, я отправился в самый дорогой ювелирный магазин города. Консультант, узнав меня, тут же выложил несколько вариантов.

– Это, – я ткнул в изысканное колье из белого золота с сапфирами, холодно сверкавшими, как глаза моей матери. Ценник в пятьдесят тысяч не заставил меня моргнуть. Деньги были самым простым способом загладить вину, которую нельзя было изгладить правдой.

С коробочкой в кармане я направился к выходу, и тут мой взгляд зацепился за знакомую фигуру через стеклянную стену галереи. В книжном магазине напротив, затаившись между высоких стеллажей, стояла она. Моя крошка. Элис. Она была в простых джинсах и свитере, полностью погружённая в изучение корешка какой-то толстой книги. Выглядела… обычной. Настоящей. Совсем не так, как притворная, напудренная Шарлотта.

Идея возникла мгновенно. Я бесшумно вошёл в магазин и, пользуясь шумом музыки, подкрался сзади. Она так и не услышала моих шагов.

– Скучно стало без меня, крошка? – прошептал я ей на ухо.

Она вздрогнула так, что чуть не уронила книгу, и резко обернулась. В её глазах вспыхнули испуг, а затем – знакомая ярость. Она попыталась отступить, но отступать ей было некуда – стеллаж с классикой плотно стоял у неё за спиной. Я мягко, но неотвратимо упёрся руками в полки по обе стороны от её головы, запирая её в клетке из собственного тела и книг.

– Что ты вообще тут делаешь, Элис? – спросил я, наклоняясь ближе. – Я навёл справки. Год назад ты была в Лос-Анджелесе. Писала что-то, судя по твоим попыткам. А теперь ты здесь, в этом захолустье, в моём клубе. Я знаю, что твой отец умер. Но зачем возвращаться?

Я видел, как сжимаются её кулаки. Она огрызнулась, её голос дрожал от гнева.

– Моя жизнь тебя не касается, Вандербильд. Отстань.

Но я не отступал. Я приблизился ещё, так близко, что почувствовал лёгкий, сладковатый запах её шампуня. Мои губы оказались в сантиметре от её. Она замерла, её дыхание перехватило.

– Вот в чём дело, крошка, – тихо, почти ласково прошипел я, глядя прямо в её широко раскрытые глаза. – Ты можешь бежать от меня сколько угодно. Но ты не сбежишь. Я буду преследовать тебя. Я буду искушать тебя. Я буду разрушать твои защитные стены, кирпичик за кирпичиком, пока от них не останется лишь пыль. И тебе понравится каждый момент этого падения.

Я отступил, наслаждаясь её бледным, потрясённым лицом и быстрым дыханием. На моих губах играла страстная, хищная ухмылка. Эта игра была единственным, что заставляло меня чувствовать себя живым. А она была самой восхитительной добычей, которую я только мог себе представить.