Читать книгу Постабортный синдром: формирование, диагностика, психологическая помощь. Пособие для специалистов - - Страница 20

ПУНКТЫ ТАБЛИЦЫ

1 строчка «Кто, что»

– личность, обстоятельства. Когда человек пишет конкретное имя – то это претензии к человеку. А когда человек пишет какое-то обстоятельство: «бедность», «коммуналка», «условия работы или контракта», то это либо претензия к Богу, либо гнев на самого себя, либо подавленный гнев на какого-то человека, который подсознательно есть, но признать вслух очень сложно и больно. Когда написано «что-то» – это всегда зона для повышенного внимания психолога к нюансам, интонациям, скрытым подтекстам и сопротивлению.

2 строчка «Его роль, зона ответственности, влияние, вина».

Дается такое пространное название, перечисление понятий, чтобы клиенту легче было выразить себя. Потому что один клиент откликнется на слово «вина», другой на слово «влияние», третий – «роль». Это пространство для разговора, для выражения мыслей и эмоций.

3 строчка «Ваше взаимодействие с этой фигурой (этим фактом) на тот момент».

Проговаривая свое взаимодействие, клиент начинает брать свою часть ответственности на себя. «Да, отец ребенка настаивал на аборте, а я не спорила, я замкнулась в себе, я внутренне хотела, чтобы он решил полностью, взял на себя и мою часть ответственности». Часто клиенту сложно и очень больно быть честным с собой, честно и справедливо распределить ответственность между всеми участниками той трагедии. Этот честный взгляд в прошлое с поддержкой психолога уже и есть важная часть терапевтического процесса, снятия масок, осознания патологических сценариев отношений.

4 строчка «Моя ответственность, прощение, разговор с этим человеком».

Мы так устроены, что осознаваемая реальная «вина» просит искупления. Только тогда приходит облегчение. Но искупать нужно только свою вину, а не чужую. Поэтому мы и распределяем пропорции ответственности. У людей разных психотипов разные отношения с виной. Одним легче простить другого, но очень сложно или почти невозможно простить самого себя (например, эмпаты, тревожно-мнительный тип личности). Другие легко прощают и оправдывают себя, но с большим трудом прощают другого и склонны мстить (например, эпилептоиды). Мы разберем разные примеры в следующих главах.

5 строчка «Мое решение сейчас и на будущее».

Это всегда вопрос о сепарации и автономии. Это обсуждение с психологом плана на выстраивание здоровой самооценки, здоровых границ в отношениях, в семье, здоровых планов на будущее.

РЕКОМЕНДАЦИИ

Я призываю эту табличку заполнять именно письменно. И чтобы писал сам клиент. Так как выгрузка эмоций и мыслей на бумагу структурирует нашу психологическую реальность, облегчает понимание самого себя. При устном проговаривании многие нюансы могут ускользнуть от внимания клиента. Но если он пишет на бумаге, то внимание фиксируется, и мысли становятся ярко осознанными.

Часто первая версия заполнения таблицы содержит ошибочные установки и ожидания, переносы на других людей, содержит искаженные «пропорции виновности», когда чья-то вина сильно преуменьшается и незаслуженно оправдывается или сильно преувеличивается в попытке переложить ответственность на «козла отпущения». Психолог вместе с клиентом анализирует написанное, помогает выявить установки, тормозящие нормальную работу горя или принятия ответственности на себя. Часто первый вариант заполнения требует переделки, переформулировок. И сначала психолог помогает переформулировать устно, а затем просит переписать таблицу в новых формулировках. И записывание ручкой на бумаге новых формулировок является уже терапевтическим процессом изменения ментальных установок с дезадаптивных на адаптивные.

РАЗБОР ОТВЕТСТВЕННОСТИ (ВИНЫ) ВСЕХ УЧАСТНИКОВ СИТУАЦИИ

– Начинайте с тех лиц, которые сама беременная (мужчина, другой человек) обвиняет больше всего. На каждое лицо пишется снова вся табличка. Можно помочь, подсказать лицу с ПАС, о ком можно вспомнить: со-родитель (мать, отец абортированного ребенка), собственные родители: мать, отец; все, с кем говорили, советовались: сестра, подруга, соседка, коллега по работе, врач, акушерка, медсестра, соседки по палате в больнице и т. д.

– Дайте образец таблицы, начните заполнять его вместе. Но окончательное заполнение задайте как домашнее задание. Убедите беременную не высказывать никакие претензии и не обсуждать написанное ни с кем, пока вы не обсудите это вместе с ней.

– Ритм задает клиент! Таблица может заполниться не сразу, а в течение нескольких встреч. В том темпе, в котором безопасно клиенту. Параллельно с выявлением разных лиц будет идти «проработка» отношений беременной (человек с ПАС) с ними.

– Если абортов было несколько (2 – 4), можно взять только один случай (но конкретный)! Нельзя брать все вместе «собирательный образ»! Предложите беременной (лицо с ПАС) выбрать либо самый болезненный случай, или последний, либо тот, который больше запомнился… Его разберите первым. Если эмоционально человек готов, то можно предложить вспомнить каждый аборт и его расписать. НО постоянно поддерживайте человека, чтобы не произошло развития депрессивного эпизода, погружения в отчаяние. Если же абортов было больше четырех, то заполнение таблицы может быть слишком травматично и противопоказано. Специфику работы с женщиной с «самоповреждающим поведением» в виде множественных абортов мы обсудим в отдельной главе.

Пример случая

Вера, 42 года.

В 22 года сделала аборт, будучи студенткой медицинского ВУЗа, сейчас врач-терапевт в районной поликлинике. Отец ребенка Виктор отстранился от решения, сбежал, порвал отношения. Мать ее уговорила на аборт.

На момент консультации – личная жизнь так и не сложилась, замужем не была, длительных отношений с мужчинами не было, детей нет. Хотела усыновить ребенка, но мать категорически против, а они прописаны вместе, и требуется письменное согласие матери, а она его не дает. Живет вместе с мамой в однокомнатной квартире.

Запрос клиентки: «У меня все плохо. Тем абортом я испортила себе всю жизнь. Сейчас боюсь смотреть в будущее и живу в тотальном чувстве одиночества. Выйти замуж или просто даже найти мужчину для постоянных отношений уже не надеюсь, и надежду быть матерью тоже потеряла».

Диагноз психолога: 1 группа последствий ПАС «горе». То есть предстоит работа с нарушенным гореванием.

ФРАГМЕНТ КОНСУЛЬТАЦИИ:

Вера: я понимаю умом, что вы говорите, что Витя несет ответственность и мама очень активно предлагала аборт, что их вина в этом решении тоже есть. Но я так не чувствую. Внутри меня боль за всех. И при этом я их оправдываю, а себя нет.

Психолог: закройте глаза, дышим, расслабляемся. Где в теле эта вина?

Вера: здесь в груди, разлита.

Психолог: жидкая? На что похоже?

Вера: как мазут, нефть, все в груди внутри грязное, все в ней.

Психолог: берите огромный таз с ручками, зачерпывайте эту жидкую вязкую вину, набирайте целый таз. Получается?

Вера: да, набирается, я все руки испачкала.

Психолог: и теперь этот таз вынимайте из себя и ставьте снаружи, зовите Виктора. Это его таз, вручайте ему.

Вера: он далеко, он не хочет брать.

Психолог: а мы его не спрашиваем, хочет он или не хочет. Это его порция вины. Пусть себе обратно забирает.

Вера (улыбаясь): он не хочет, прям машет руками и убегает.

Психолог: ну пусть побегает. А то живет где-то там и в ус не дует. Это его вина, она его ждет. Скажите ему мысленно или прямо вслух: «Это не моя часть вины, это твоя часть вины».

Вера (робко, неуверенно, но повторяет вслух): Витя, это твой таз, мне твоего не надо.

Психолог: зачерпывайте теперь побольше таз, второй. И выставляйте своей маме. Мама, а это твой таз с виной.

Вера: я прям вижу ее глаза огромные и брови вверх, мол, с какой стати?

Психолог: с такой стати, что активно дочь убеждала делать аборт, а теперь жалуется, что внуков нет. Это твоя часть ответственности, мама.

Вера: ей не нравится, она машет руками и отворачивается.

Психолог: ну нас мало волнует, чего она там машет. Это ее таз. Пусть стоит снаружи, внутри вашей груди этим двум тазам делать нечего.

Вера (текут слезы): мне стало легче дышать в груди, столько места освободилось. Хочется прибраться, вытереть пол от этих пятен.

Психолог: берите тряпку, швабру, мойте, вытирайте.

Вера: прибираюсь, но мой таз стоит.

Психолог: нам главное, чтобы чужих тазов не стояло. Много места освободилось?

Вера: да! Так просторно. Словно огромный зал внутри меня, как бальный, мне представился, и зеркала, свечи, чисто, но холодно, пусто.

Психолог: пока не привычно. Столько места освободилось от чужого хлама. Чем хочется наполнить это пространство?

Вера: свечи, рояль, камин, какие-то умные люди, приятные разговоры, бал как в 19ом веке.

Психолог: бал как в 19ом веке…

Вера: захотелось пойти на занятия бальными танцами.

Психолог: здорово, значит настало время пойти. Побудьте здесь, походите, насладитесь простором, свободным местом.

Вера: не хочется отсюда уходить.

Психолог: всегда можно сюда возвращаться, когда захотите…

Пауза

Психолог: Вдох, выдох, открываем глаза. Как вы? Как в груди?

Вера: легче, я давно так легко не чувствовала себя в груди. Это история про нас троих, а я одна тащила все это двадцать лет.

Психолог: да, это история про троих, три действующих лица.

Вера: у меня сейчас такой образ возник. Сравнение! Что мы были как три подростка, они вдвоем меня подначили пойти разбивать стекла на стеклянной остановке автобусов. Первыми стали кидать камни, подначивали меня, первыми разбили. И я дурочка поддалась, тоже стала кидать камни. И вдруг приехала милиция, и они вдвоем сбежали, а я осталась одна, и меня схватили, посадили. И я их выгораживала зачем-то, взяла всю вину на себя. И меня посадили, а на них даже дела не завели.

Психолог: и вы ведь отсидели в этой тюрьме срок за троих уже двадцать лет.

Вера (текут слезы): я сейчас чувствую такое облегчение, словно меня правда наконец выпустили из этой тюрьмы. И я сейчас со всей очевидностью вижу, что отсидела срок за троих. А они вдвоем меня предали.

Психолог: да, похоже, что так.

Вера: и еще издевались, точнее мама. Она же постоянно ходит и ну раз в день точно, иногда несколько раз в день вздыхает, как бы и не мне, а в воздух, мол «Вот, жалко, внуков нет. Эх, вот не смогла ты замуж выйти… Эх не повезло мне, одни сидим тут».

Психолог: нет слов… Это же как тыкать иголкой вас каждый день…

Вера: да! Точно, тыкает меня каждый день. У меня и так эта рана болит, она знает. И она еще пальцем ковыряет там каждый день. Поэтому ведь тоже и не может рана зажить.

Психолог: а что вы ей отвечаете на ее вздохи?

Вера: я молчу, отворачиваюсь, делаю вид, что не слышу.

Психолог: а что бы хотелось сказать?

Вера: мне казалось, что я одна во всем виновата, и подвела и себя, и маму. Но теперь я вижу, что она жестоко делает.

Психолог: и теперь, когда видите, что бы хотелось сказать?

Вера: хватит мне это говорить! Ты мне делаешь больно! Ты также виновата, что теперь нет внуков. Поддержала бы меня тогда, и внуку уже 20 лет бы было!

Психолог: я очень рада, что вы теперь можете это сказать. Готовы маме это лично сказать?

Вера: я боюсь ее обидеть…

Психолог: есть методика «разговор с ближним об аборте». Есть четкая схема, как подготовиться к такому разговору, я вас научу.

Вера: страшно с ней об этом заговорить.

Психолог: конечно, двадцать лет молчать и вдруг заговорить. Но это очень важно для вас. Вообще-то для вас обеих. Как вы сейчас? Можем сегодня на этом остановиться?

Вера: да! Так много всего. Я прям чувствую, что словно получила право на продолжение жизни, что 40 лет – это не конец.

Психолог: ха! Это самое начало! И мужчину еще можно встретить, и семью создать, и ребенка еще попробовать родить или усыновить. Целую жизнь еще можно прожить.

Вера: моя несбыточная сказка.

Психолог: вы большая молодец! Я очень за вас рада.

Вера прошла краткосрочную терапию ПАС (6 встреч) и перешла на длительную терапию к психологу – специалисту «по женскому счастью», где училась здоровой женской самооценке, правильному алгоритму построения отношений с мужчиной, ориентированному на создание долгосрочного эмоционального союза и семьи. Начала ходить на свидания, знакомиться, открылась возможности создать свое семейное счастье в 42 года, раз уже не получилось в 22.