Читать книгу Можжевеловый роман. Цикл повестей - - Страница 20

Молодой извозчик, которого снарядили в путь, без умолку болтал, от него несло перегаром. Он с ветерком подгонял лошадей, и Анатолий всю дорогу протрясся в телеге, вцепившись в борта. У сменившего редколесье бора экипаж встал. Дальше лошадям проезда не было, и доставку посылки для знахаря извозчик поручил Анатолию. Чуть поодаль лес позволял проехать телеге до самого места, однако парень не забыл, за какую услугу Роман Васильевич сунул ему в карман деньги. Он остался с лошадьми и скоро потерял спасателя из виду.

В бору пахло осенью. Недавний снегопад не просочился в чащу, и на чёрной земле желтели иголки. Мешок с провизией был забит под завязку и цеплялся за сучки, как бы Анатолий его ни перехватывал. С пути он не сбился: протоптанная ещё по грязи тропа вела точно к лачуге знахаря.

Вместо гостеприимства спасателя встретил там собачий лай. Упряжка с тремя лайками стояла у самого порога, на поручне саней висело ружьё. От начавшейся суеты пол в лачуге заскрипел. Внутри было темно, и Анатолий не разглядел прильнувшего к окну человека. Он ожидал встречи с хозяином, но когда дверь приоткрылась, оттуда засверкали плутоватые глаза Вика.

Интерес к визитёру скоро покинул отшельника, он забросил на сани скрученный ковёр, пару новых унтов и, не дожидаясь расспросов, пробурчал: «Умер знахарь, дня три как, может, и больше. Утром схоронил его». В лачуге было много безделушек, стоивших денег. Лежали там и бусы из драгоценных камней, и ритуальный наряд из соболиного меха – всего Анатолий разглядеть не успел. Вик вывел его на улицу, обложил койку знахаря соломой и поджёг. Хижина полыхнула быстро. Сухие брёвна разразились треском, который пугал лаек, но нисколько не смущал самого Вика. Тот стоял у порога, крестился и ненаигранно молил Бога о прощении. Анатолий видел на щеках старика слёзы, поэтому не вмешивался в его безумие. Он увёл собак к деревьям, на что их хозяин фыркнул, с силой захлопнул уже закоптившуюся дверь и пошёл к упряжке. Спасателя он будто не замечал, хотя продолжал отвечать на его непрозвучавшие вопросы: «Много лет были знакомы… пусть никому его жизнь не достанется… умер знахарь, так в селе и передай!»