Читать книгу Падший Ангел - - Страница 18

Лас-Вегас.

Особняк Конте.

ВИКТОРИЯ СОКОЛОВА

– Это что, шутка такая? – спрашиваю у него в полнейшем замешательстве и сжимаю подлокотники кресла пальцами со всей силы, причиняя боль уже себе.

– Я, по-твоему, похож на шутника? – отвечает вопросом на вопрос Армандо.

– Тогда о чём ты говоришь? Ничего не понимаю! – начинаю буквально тараторить, резко выпрямляясь в кресле, как струна.

– О том, что у нас совсем скоро роспись.

– Что, чёрт возьми? – вырывается ошарашенный вздох. – Какая ещё роспись? Наша свадьба будет только через пару месяцев, мне ещё нет даже восемнадцати.

– Это не имеет значения. Мы в Лас-Вегасе, ангел. Это мой город, город грехов, и я делаю здесь то, что захочу. Каждый человек, живущий здесь, подчиняется исключительно мне, – дерзко заявляет Армандо, и в следующую секунду вскакиваю с кресла, буквально подлетая к нему.

– Не будет никакой свадьбы, чёрт возьми! Никуда не поеду. Делай что хочешь, но этому не бывать, – почти кричу, а этот придурок лишь продолжает нагло ухмыляться.

– Хорошо, не хочешь ехать – священник сам приедет сюда, – спокойно парирует он.

– У тебя совсем, что ли, плохо со слухом? Свадьбы не будет! Я не даю тебе своё согласие, понятно?

– Нет, ангел, со слухом у меня всё хорошо. Но вот только в твоём согласии я не нуждаюсь, – его улыбка становится ещё шире, демонстрируя идеальные белые зубы. – Так как ты несовершеннолетняя и у тебя есть опекун, именно он и дал мне согласие от твоего имени, – шокирует своим заявлением, плавно облокачиваясь на стеллаж с книгами.

Чёрт. Он прав. Но мне прекрасно известно, что Ричард никогда бы сам не согласился на подобное. Уверенность одна – здесь снова руку приложил «любимый» дядя.

Делаю ещё один шаг вперёд, почти вплотную соприкасаясь с твёрдым телом Армандо. Плавно кладу ладонь на его вздымающуюся грудь и поднимаю голову, встречаясь с зелёными глазами. Затем мягко улыбаюсь и произношу:

– Хорошо, пусть будет по-твоему. Но вот только я этого никогда не забуду, Армандо. Возненавижу тебя на всю оставшуюся жизнь, наш брак станет для тебя сущим Адом. Поверь, я устрою тебе сладкую жизнь. – Резким движением поправляю ему бабочку, делая только хуже, чем было, и отступаю назад.

– О, ангел, я люблю такие места. Ад – это буквально мой второй дом. Ты что, забыла, кем я являюсь? – он начинает смеяться своим сладким мужским голосом.

– Этот Ад не будет твоим домом. Он станет для тебя погибелью, – каждое слово пропитываю злостью, и он тут же замолкает, вновь становясь максимально серьёзным.

– Закончим эти игры, ангел, – взгляд становится недовольным. – Твои десять минут давно закончились, видимо, останешься в этом. А теперь пойдём, – и он направляется к выходу из библиотеки, на ходу поправляя свою дурацкую бабочку.

Сегодня на мне чёрное атласное платье, опускающееся ниже колен и красиво подчёркивающее стройную фигуру. Волосы распущены и ровно спускаются по спине. Несмотря на то, что нахожусь дома, выгляжу просто превосходно, но есть одна деталь…

– Чёрное платье, – произношу вслух, и Армандо останавливается в дверях. – В России чёрное надевают на похороны.

– К чему ты это сказала? – спрашивает он, но в ответ слышит лишь усмешку, а затем демонстративно прохожу мимо, бросив:

– Да так.

Всю дорогу до часовни в машине стоит мёртвая тишина. Она постепенно сводит с ума, потому что становится окончательно ясно – в этой игре проиграла именно я. А этот чёртов ублюдок выиграл.

Спустя минут двадцать мы оказываемся на месте – у небольшой, но очень красивой часовни, украшенной множеством белых цветов.

Захожу внутрь, нарочно избегая Армандо, потому что не остаётся ничего, кроме как принять свою участь. Однако хотя бы войти сюда хочется самостоятельно, не видя его грёбаного довольного лица. И в следующую секунду просто теряю дар речи. Здесь действительно очень красиво. Абсолютно всё пространство итальянской часовни утопает в цветах. В центре замечаю священника в белом одеянии, а за ним – две огромные статуи ангелов, освещённых ярким солнечным светом, льющимся из больших окон.

Как символично. Дьявол продумал всё до малейших деталей. Интересно, не сгорит ли он заживо, если зайдёт в эту церковь? Жаль, подобное бывает только в дурацких фильмах про вампиров.

Отмечаю также присутствие Калисто и Алессандро, что, честно говоря, совершенно не радует.

Армандо подходит ближе и пытается положить ладонь на спину, но его прикосновения я демонстративно избегаю и встаю туда, куда указывает священник, оказываясь лицом к лицу с этим нахальным мудаком. Мужчина начинает читать какую-то очень длинную речь, и кажется, что терпения не хватит, пока Армандо не рычит:

– Заканчивай! – священник едва не обделывается от страха, услышав грубый тон голоса самого Капо Каморры.

– Ваш брак официально вступил в силу. Объявляю вас мужем и женой, – тут же заканчивает испуганный священнослужитель, и едва сдерживаю фырканье, наблюдая за этим «спектаклем».

Вдруг Армандо достаёт из кармана пиджака другое кольцо, которое, на взгляд, значительно лучше прежнего, хотя признавать это вслух совершенно не хочется.

Кольцо выполнено из белого золота с крупным белоснежным бриллиантом идеальной формы и, на глаз, весом около десяти, чёрт побери, карат. Алмаз явно редкий – слишком уж сильно выделяется безупречным оттенком на фоне других мелких бриллиантов, инкрустированных по всей поверхности кольца. Но больше всего внимание притягивает гравировка на внутренней стороне: «Мой Ангел». Всё внутри болезненно сжимается, когда замечаю эту надпись. Сама не понимаю, хочется сейчас кричать, смеяться, плакать или сделать всё сразу.

Армандо нежно берёт мою руку в свою и уже собирается надеть кольцо на палец, как в последний момент резко дёргаю кисть назад, буквально вырывая её из его захвата. Он смотрит недовольно, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, но получается у него не слишком хорошо. Нет, если позволю надеть это кольцо сейчас, это будет означать окончательный проигрыш.

– Ты рад? Всё, брак официально заключён. Теперь можно идти? – зло спрашиваю, почти рыча.

Не дождавшись ни слова в ответ, разворачиваюсь на высоких каблуках и быстро направляюсь к выходу из часовни, тяжело вздыхая. Невероятно трудно принять факт, что теперь являюсь женой Армандо. Этого не должно было случиться… По крайней мере, в лучшем варианте моего плана такой развязки точно не было.

Услышав тяжёлые шаги позади, оборачиваюсь и вижу, как Армандо просто проходит мимо и садится в машину, не удостоив ни одним словом, но и без того ясно – он в бешенстве.

Он быстро отвозит меня домой, ни разу не взглянув за весь путь. Стоит выйти из машины, как он практически сразу вместе с братьями поспешно уезжает, снова не проронив ни единого слова. В доме остаюсь одна. Ну, почти одна – если не считать Мэгги, вечно занятую домашними делами: готовкой, уборкой, стиркой.

Пользуясь тем, что мужчин нет, решаю позвонить Нику, чтобы сообщить ему весьма «прекрасную» новость, параллельно соблюдая минимальные меры предосторожности. Войдя в свою ванную комнату, на всякий случай запираюсь на ключ и включаю воду. Затем набираю номер, и Ник почти сразу берёт трубку.

– Виктория, наконец-то. Я ждал твоего звонка, – слышится довольный тон, и тянуть с главной новостью не вижу смысла:

– Я стала женой Армандо, – произношу ровным голосом. В ответ слышится ошарашенный вздох, а затем между нами наступает просто гробовая тишина на несколько долгих секунд. – Больше ждать не могу. Вы должны, чёрт возьми, ещё раз убедиться, что Мясник – именно тот человек, который мне нужен, – приказной тон получается сам собой.

– Мы всё сделаем!

– У вас есть время до завтра. Сегодня я уже вышла замуж за Армандо, чёрт возьми. Неизвестно, какие ещё сюрпризы преподнесёт завтрашний день.

– События развиваются совсем не так, как мы предполагали и планировали, – и он абсолютно прав.

– Ладно, нужно идти, – собираюсь закончить разговор, как он останавливает:

– Стой, – и резко замолкает. Снова это дурацкое напряжённое молчание. – Рид… он снова впутался в какое-то дерьмо, – с трудом признаётся Ник, и всё внутри напрягается. Чёрт, только этого сейчас не хватало.

– Что он натворил? – спрашиваю, уже давно привыкнув к всевозможным выходкам Рида за эти годы.

– Он пытался вернуть тебя домой и связался с Конте. Это вылилось в довольно ужасные последствия… – и сразу становится понятно, откуда Армандо узнал о нём. Идиот. Руки так и чешутся свернуть ему шею собственноручно.

– И завтра вечером у него будет бой с лучшим бойцом Конте. Он сам выбрал себе соперника. И чёрт побери, Виктория, тот парень просто монстр, – подытоживает Николас.

– С кем он дерётся? – прикрываю глаза и откидываю голову на холодную плитку ванной.

– С Адриано. Так его зовут. И этот парень ещё ни разу не проигрывал ни одного боя. Все его бои заканчивались чьей-то смертью, понимаешь? – воздух тяжелеет, и вырывается глубокий вздох.

– Всё улажу. Просто скажи место и время.

– Завтра в 21:00, в подпольном клубе Конте «Яма», там проходят подобные бои.

Я обрываю разговор обрываю и закрываю лицо руками.

Господи, Рид, зачем? Просила же никуда не лезть. Что теперь, чёрт возьми, делать?

О боях братьев Конте наслышана более чем достаточно. Практически все заканчивались смертью. Порой – особенно ужасной. Было лишь одно правило, которого они придерживались, но даже оно не помогало людям выжить.

Спрятав телефон, до самого вечера сижу в библиотеке. Из размышлений выдёргивает Мэг, которая вновь заходит ко мне – это уже превращается в некий ежедневный ритуал.

– Дорогая моя, я уже начинаю серьёзно переживать! – возмущённо заявляет она, уперев руки в бока. – Ты снова пропустила обед! Но я не дам тебе пропустить ещё и ужин, тем более мальчики уже ждут тебя.

– Конечно, сейчас подойду, Мэг, – мягко улыбаюсь этой доброй женщине, потому что она действительно мне нравится. – И тебе не стоит ни о чём переживать.

– Ну хорошо, но все тебя ждут, – подытоживает она перед тем, как уйти.

Книга отправляется на полку, и почти сразу выхожу из библиотеки вслед за Мэгги. Войдя в столовую, привычно занимаю своё место рядом с Армандо. Калисто, как всегда, сидит напротив, а рядом с ним – Алессандро. Даже поднимать глаза не требуется, чтобы знать это наверняка.

Беру свой бокал, делаю глоток вина. Как вдруг ощущаю, что кто-то ещё входит в столовую и садится прямо рядом.

Происходит это настолько бесшумно, что не сразу замечаю присутствие ещё одного человека.

– О, Виктория, хотел познакомить тебя с нашим близким другом и членом нашей семьи, – неожиданно говорит Армандо в тот момент, когда перестаю витать в собственных мыслях, лениво покручивая красную жидкость в бокале. – Это Адриано. Адриано Паризи, – продолжает он, и в тот момент, когда поворачиваю голову и смотрю на парня рядом, в одно мгновение просто перестаю дышать.

Небесно-голубые глаза смотрят прямо в душу. Он мягко улыбается и что-то спрашивает, но слова не доходят – звук будто выключили. Взгляд не получается отвести от этого светловолосого парня. Всё это время даже не дышу, и в следующую секунду чувствую, как подступает приступ, которого не было уже слишком давно. Бокал с вином выскальзывает из руки и разбивается вдребезги об стол, осколки разлетаются во все стороны.

Кажется, один из них попадает в кожу, но на это совершенно плевать – ни боли, ни звуков вокруг не слышно. Существуем только мы двое – и его взгляд. Сам Адриано уже вскакивает со стула и с явным беспокойством смотрит на меня.

Наконец удаётся отвести глаза, пальцы судорожно хватаются за горло, будто так можно остановить надвигающийся приступ, но дыхание становится всё более прерывистым, а сердце бьётся заметно быстрее. Паника стремительно захватывает всё тело.

Встаю из-за стола, пытаясь прийти в себя, но ноги предательски подкашиваются, руки дрожат так сильно, что едва удаётся удержаться на месте. Армандо тут же оказывается рядом и что-то говорит, но смысл слов не улавливается.

Последнее, что удаётся разглядеть, – его обеспокоенные глаза, устремлённые прямо на меня.

А дальше – лишь темнота.