Читать книгу Падший Ангел - - Страница 20

США, Лас-Вегас.

Ночной клуб «Арфа».

АРМАНДО КОНТЕ

Сижу в своём кабинете и смотрю на содержимое коробки, стоящей прямо передо мной.

Внутри лежит отрубленный палец с серебряным перстнем. Этот перстень и, конечно же, палец принадлежат Мяснику, моему верному другу.

Когда мы были в часовне вместе с Викторией, Калисто сообщили о том, что кто-то оставил коробку одному из барменов моего клуба и попросил передать «подарок» лично мне. Как только Калисто рассказал об этом, мы сразу приехали сюда, в «Арфу».

Теперь снова смотрю на этот палец, который не даёт покоя.

Примерно полчаса назад ярость захлёстывала настолько сильно, что я снёс всю барную стойку – теперь придётся заказывать новую. Чуть не убил бармена, если бы Калисто вовремя меня не остановил, и почти прикончил собственных солдат, потому что это грёбаные идиоты, которые не могут нормально выполнять свою работу.

Невозможно уследить за всем городом, даже при всём желании. Для этого у меня есть власть и люди, которые обязаны безукоризненно подчиняться. Они, мать его, должны работать минимум на «отлично», а по-хорошему – идеально.

Эту коробку оставил человек Бенедетти, потому что на дне лежала записка: «Франко Б.». И без неё было очевидно, что Мясник у него, но эта бумажка только подтвердила мои опасения. Это послание значило одно: война.

Убью нахрен этого Бенедетти и всех его псов, абсолютно всех, кто ему служит. Он просто ещё не понял, с кем связался, и насколько жестоким я могу быть на самом деле.

Единственное, что не даёт покоя, – моя прекрасная жена. Она стала моим слабым местом, и если Бенедетти узнает о ней, то точно захочет заполучить Викторию в свои мерзкие лапы. Нужно защитить её, но с её несносным характером не факт, что это вообще возможно.

В тот вечер, когда впервые увидел её в клубе, она показалась дерзкой, независимой. Не знав, кто я такой, она вела себя так, будто не боялась никого и ничего. Убедился в этом окончательно, когда дал ей пистолет, а она без колебаний выстрелила в себя, даже не зная, что оружие не заряжено.

В этом мы были похожи: оба не боялись умереть. У меня на это имелись свои причины, но вот что двигало Викторией? Что с ней случилось в прошлом? Не имел ни малейшего понятия, и от этого хотел знать о ней всё ещё больше. Хотел выйти с ней на нормальный контакт, но она упорно держала дистанцию. И, чёрт, я впервые позволял какой-то девушке вести себя так со мной. При этом совершенно не понимал, что делать со своим дерзким ангелом.

Времена сейчас неспокойные, я просто боюсь подвергать жизнь жены какой-либо опасности… чёрт, как же хорошо это звучит… жены…

Однако запереть её в спальне и держать, как пленницу, я тоже не мог. Не собираюсь обрубать крылья своему ангелу.

От мыслей отвлекает громкий стук в дверь.

– Заходи! – бросаю, закрывая коробку крышкой и откидываясь на спинку кресла.

В кабинет заходит Алессандро, младший брат. Все трое… мы похожи: чёрные волосы, высокий рост, те же черты, но Алесс всегда казался самым приятным и красивым из нас, возможно, из-за глубокого голубого оттенка глаз или потому, что он младше меня и Калисто и не носит бороды, оставляя лицо гладковыбритым.

– Что ты будешь делать? – спрашивает с порога, кивая на коробку.

– Всё просто: убью Бенедетти, – отвечаю, и его глаза округляются.

– Но… – начинает, однако не даю договорить.

– Никаких «но». Что-нибудь ещё, Алесс? Если нет – можешь идти.

– У тебя сегодня брачная ночь, не так ли? – и этот мудак ухмыляется.

– Ты пришёл спросить о Бенедетти или о моей жене? – чувство злости поднимается по позвоночнику.

– Ну, вообще, о Бенедетти, конечно. А может, и нет, – улыбка становится ещё шире, и в этот момент он напоминает Калисто в подростковом возрасте.

– Пошёл вон отсюда! – рявкаю, и он тут же скрывается за дверью, ясно чувствуя мой гнев.

И ведь правда, сегодня брачная ночь, о которой легко забыл из-за «подарка» грёбаного Бенедетти. Но оставалось одно не решённое до конца дело. Нужен был ответ Виктории насчёт этого мелкого идиота – Рида Брауна.

Сегодня вечером должен состояться его бой с Адриано Паризи, и я более чем уверен, что Адриано убьёт его.Только Виктория способна всё остановить и сохранить этому сосунку жизнь.

Оставалось меньше трёх часов.

Калисто занимался сбором информации и подготовкой ответного удара по Бенедетти, поэтому я решил отправиться домой – прямо к своей новоиспечённой жене.

По прибытии сразу направляюсь в библиотеку – уже знаю, что чаще всего она проводит там время, когда меня нет дома. Но Виктории там нет, и это искренне удивляет. Затем поднимаюсь к её комнате: несколько раз стучу, не получаю ответа, приоткрываю дверь – пусто. Неприятное напряжение сжимает грудь.

Где она, чёрт возьми, может быть? Направляюсь на кухню к Мэг – возможно, мой ангел там. Но на кухне только Мэгги.

– Ты не видела Викторию? – спрашиваю женщину.

– Нет. Но, насколько знаю, она сегодня даже не спускалась вниз. Наверняка сидит в своей комнате, – отвечает она, стоя ко мне спиной и помешивая что-то на плите.

– Её нет в комнате.

– О… – Мэг разворачивается, в руке – деревянная лопатка. – Ну, я была уверена, что она не спускалась на первый этаж, – повторяет уже с сомнением в голосе.

Возвращаюсь наверх быстрым шагом. Ещё раз заглядываю в спальню Виктории – её по-прежнему там нет. Тогда проверяю остальные помещения особняка, но девушка словно провалилась сквозь землю.

Остаётся только одна комната, куда ещё не заглядывал, – моя спальня.

Направляюсь туда и, открыв дверь, замираю. Не просто удивление – настоящий шок. Она здесь. Виктория стоит у большого окна. Светлые волосы распущены, заходящее солнце подсвечивает их, делая пряди почти белоснежными. На ней лёгкое белое платье, полностью закрывающее спину и плечи. Но, мать твою, даже стоя ко мне спиной, девушка выглядит безупречно.

Затем мой ангел оборачивается, встречается со мной взглядом и произносит:

– Это мой ответ, – отвечаю ей дерзкой ухмылкой. – Не стоит так радоваться, Армандо. Я сделала шаг назад, но это значит, что скоро сделаю два шага вперёд, – в её глазах ясно читается вызов.

Нравится то, какой она остаётся. Никогда прежде не встречал женщин, которые не боялись бы говорить мне в лицо то, что думают, а тем более – угрожать самому «Дьяволу». Виктория была особенной, не похожей ни на одну другую. Единственная. Идеальная для меня. С каждым днём я дорожил ею всё сильнее и сильнее, и где-то за границей страсти и желания начало рождаться что-то ещё, незнакомое и странное.

Я являлся самым безжалостным Капо мафии, и только ангел, стоящий сейчас передо мной, способен меня погубить. Заставить склонить колени. Никто – кроме неё.

– Мы будем только спать рядом. Больше ничего, – твёрдо добавляет она, подходя ближе.

Следить за каждым её шагом – отдельная пытка. Плавные, чертовски соблазнительные движения бёдер завораживают и утягивают в сети чувств, которых прежде не знал. От этой девушки невозможно оторвать взгляд. От своей идеальной жены.

– Как скажешь, мой ангел, – усмехаюсь, поднимая руки вверх в притворном жесте капитуляции.

– А что будет с Ридом? – спрашивает внезапно, и улыбка тут же сходит с лица.

– Отменю бой, – бросаю и прохожу мимо неё к креслу в углу, на ходу расстёгивая пуговицы рубашки. Полностью сняв её, отворачиваюсь, чтобы убрать в шкаф.

– Что ты творишь? – Виктория почти вскрикивает, впившись в меня взглядом.

– Переодеваюсь. Разве не видишь?

– Не надо делать это при мне!

– Это теперь наша комната, дорогая жена. И я могу спокойно переодеваться прямо здесь, перед своей законной супругой, – язвительно напоминаю.

Вижу, как крепко сжимается её челюсть – потому что она понимает, что я прав. Затем Виктория разворачивается на каблуках и вылетает из комнаты, громко хлопнув дверью. Хорошо ещё, что двери в особняке стоят по несколько тысяч долларов и сделаны из лучших материалов, иначе дом уже давно начал бы разваливаться после каждой подобной сцены.

Ужин проходит в абсолютной тишине: ни Калисто, ни Алесса сегодня дома нет. Чуть раньше звоню Калисто, чтобы он отменил бой, и наверняка, сейчас он как раз этим и занят.

Поев, направляюсь прямиком в свою комнату и слышу, как Виктория идёт сзади, выходя из столовой.

Уже довольно поздно, время близится к ночи. Захожу в спальню и замечаю, как жена топчется на месте, словно осознавая, что избежать неизбежного не получится. Через пару секунд она разворачивается и уходит в свою комнату.

Она что, решила не соблюдать наши правила? Так дело не пойдёт.

Минут через пять снова появляется на пороге, теперь уже в домашней одежде: длинная простая футболка и короткие шорты, полностью скрытые под этой дурацкой футболкой.

Усмехаюсь и начинаю раздеваться прямо при ней, и мне до безумия нравится её реакция. Взгляд цепляется за каждое движение. Очевидно, ей тоже нравится то, что она видит. Футболка падает на пол – перед её глазами оказывается всё моё татуированное, в меру накаченное тело. Затем скидываю трико, оставаясь в одних боксерах. Глаза Виктории чуть ли не вываливаются из орбит, когда до неё наконец доходит, что я сделал.

– Не делай этого! – резко говорит, но это только сильнее подзадоривает. Всё же разворачиваюсь и направляюсь в ванную, а на пороге специально стягиваю боксёры. Пусть полюбуется на мою упругую, голую и накачанную задницу. Сзади раздаётся её ахнувший выдох, и на губах появляется довольная улыбка.

В душе, уже намыливая голову, понимаю, что не до конца прикрыл дверь – осталась небольшая щель, и через неё, как ни странно, почти физически ощущаю взгляд Виктории на себе, хотя не вижу её. Но ощущение слежки никуда не девается.

Приняв быстрый душ, возвращаюсь в спальню в одних боксерах. Виктория сидит на левой стороне кровати у самого изголовья, согнув ноги в коленях и прикрывшись одеялом, словно пытаясь поставить между нами хоть какую-то ощутимую преграду.

– Ты будешь спать прямо так? – неуверенный вопрос звучит с её стороны, и, чёрт, это действительно забавляет.

– Да, буду спать так, – спокойно отвечаю, вытирая голову полотенцем. Она следит за каждым движением, и не ускользает от меня, как непроизвольно проводит языком по губам. Член моментально тяжелеет. – Обычно сплю голым, но решил пока тебя не смущать, – добавляю нарочито небрежно, бросая полотенце на кресло, чтобы посмотреть на её реакцию.

– Можешь делать всё, что хочешь, – выпаливает она. – Это твоя комната.

– Нет, ангел, это наша комната, – забираюсь на кровать.

– Не смей приближаться! Спи на своей стороне. Только попробуй дотронуться до меня ночью – и тогда я действительно задушу тебя, – твёрдо бросает мой ангел и отворачивается, ложась набок и выключая светильник на своей тумбочке. Её дерзкий язычок доставляет отдельное удовольствие. Но больше всего нравится то, что моя жена сейчас со мной в одной постели.

Моя жена.

Кажется, привыкну к этому довольно быстро. Если уже не привык.

Проходит какое-то время. Сон никак не приходит, но размеренное дыхание Виктории ясно даёт понять, что она давно спит.

Стараюсь не тревожить её, аккуратно приподнимаясь, чтобы выйти на балкон, как вдруг слышу:

– Нет, – голос сдавленный. Поворачиваюсь к ней и чувствую, что дыхание становится тяжёлым, спутанным. Придвигаюсь ближе, понимая, что что-то не так. Вглядываюсь в её лицо во тьме – глаза закрыты, она всё ещё спит.