Читать книгу Самая долгая ночь. Часть 2 - - Страница 9

«Через два дня ты должен быть рядом с Корнишами и мэром, иначе погибнешь».

Я застываю в непонимании и злости, крепко стиснув зубы.

Странное липкое чувство. Ты заранее знаешь, кто скрывается за маской волка, но все равно бесишься, когда он падает и открывается правда.

К сожалению, выяснить подробности не могу: голос Рэйчел тонет в участившихся помехах, и спустя несколько секунд наступает тишина.

Вызов сброшен.

Я замираю с пальцем над ее именем.

«Если кто-нибудь из наших выяснит, что я сделала, мне конец».

Не могу. Я не подставлю ее еще сильнее. Рэйчел и без того рискует, я… не могу бросить ее на растерзание Командования. К тому же она не знает всей картины, поэтому…

Вздохнув, я убираю телефон в пальто.

Поговорим позже.

Окинув уставшим взглядом остальных, останавливаюсь на Еве, сидящей в стороне. Она вся будто съежилась и уменьшилась в размерах, прижав к себе колени и закрыв уши ладонями. Я бы многое отдал, чтобы просто сесть рядом с ней и поддержать: обнять, успокоить, поговорить или помолчать. Но знаю заранее, что любая попытка приблизиться вызовет взрыв эмоций ее долбанутого брата, что неминуемо закончится дракой.

Или попытать удачу?

Я мельком смотрю на Лиама: он стоит как раз на моем пути до Евы, но тоже не рискует подходить к сестре.

Нет. Сейчас нужно заняться другими проблемами.

Если честно, эти гребаные игры в бога уже порядком надоели: сначала был неадекватный священник, который преисполнился верой в спасение душ и запер в подвале церкви Форт-Коллинса критично зараженных, теперь в Дарвене развернули некоего «Пастыря», о подробностях которого остается лишь догадываться – а если вспомнить прошлую ночь, можно не строить иллюзий на его безболезненное внедрение.

И посреди этого хаоса, где нет ни понимания, что делать дальше, ни шанса взять ситуацию под контроль, я медленно теряю Еву. Она не в порядке, но я не знаю ни причину, ни способа помочь. И этого достаточно, чтобы послать к черту ее брата. Уверен, он тоже прекрасно видит, что происходит с его сестрой, но почему-то не спешит исправлять ситуацию. Так, может, он и есть причина ее состояния? Они ведь серьезно повздорили перед нападением зараженных.

У меня начинают чесаться кулаки. И пока между висками не запульсировала красная табличка дьявольского раздражения, я вынужденно переключаюсь на дело и рассказываю остальным, что слышал в резиденции мэра, когда мы с Нейтом пытались вырваться в город.

О том, какой спокойной была Эбигейл Мёрфи, когда начался прорыв, и как она заверяла нас, что у них все под контролем.

О том, как они с Брайаном красноречиво переглядывались, когда я спросил, сколько у нас времени до уничтожения города.

О том, как я не чувствовал движения толпы зараженных в лесу – они будто замерли в одном месте, все и сразу. Единственное, что приходит на ум: их убили бесшумным способом. Всех и одновременно. Но как именно?

Слова Мартина о подозрительных перемещениях военных подтверждают мои опасения: Мёрфи точно знали, когда произойдет прорыв.

– Только не делай вид, что ты не в курсе, – внезапно слышу со стороны Лиама.

Внезапно не потому, что я забыл о его теплых чувствах ко мне. А потому что причислять меня к этому чертову шабашу, когда я нахожусь в таком же положении, как и все, – чистой воды идиотизм.

Иди ты на хрен, Мартин.

К счастью или нет, Нейт вмешивается до того, как я открою рот и укажу этому бородатому недоразумению, куда ему лучше проследовать со своим драгоценным мнением. Да, предположение Мартина вполне логично, учитывая фразу Рэйчел про мэра и Корнишей. Но, если бы я знал хоть что-то, я бы ни за что не отпустил Еву и отправил бы ее вместе с семьей и Нейтом из Дарвена до начала прорыва, а сам остался бы здесь, чтобы помешать планам Мёрфи.

Но слова Нейта немного цепляют: он уверен и в Лиаме.

Серьезно?

Я вот в Мартине нисколько не уверен. Я не уверен в нем на все двести процентов, помноженных на четыреста. Но за свою сестру он убьет любого, – и в этом мы с ним солидарны.

Итак, Мартин видел военных рядом с центральной почтой, у закрытой школы и у городского морга. Блеск. Куда ни плюнь, везде нюансы.

Здание почты достаточно большое, там удобно хранить все что угодно. Туда регулярно прибывают посылки разного объема и содержания. Грузовики, набитые коробками, не вызовут подозрений, особенно если на них есть соответствующие логотипы.

Школа. Опять, мать ее, школа. Ее я бы проверил в последнюю очередь. Не из страха вновь столкнуться с критично зараженными детьми или учителями. В конце концов, она закрыта на ремонт. Скорее, именно там с наименьшей вероятностью окажется что-то действительно важное. Будь я на месте Мёрфи и военных, я бы использовал выведенное из строя пространство под, скажем, временное хранение всего, что понадобится в ближайшем будущем. А вот самое главное расположил бы там, где точно не станут проверять.

Морг – много медицинского оборудования, кремационная печь под боком для устранения улик, холодильные камеры для хранения тел. Это самое подходящее место, чтобы устроить там базу «Амбреллы».

Но и почта – неприметный и самый неподозрительный пункт на карте – может оказаться тем, что нам нужно.

Так с чего же начнем?

Я озвучиваю предположения и смотрю на Еву, Нейта – даже на Лиама. Если Мартин вступит в спор, я готов отстаивать свою точку зрения. Потому что из трех вариантов морг – самый логичный выбор. Но, как ни странно, Лиам соглашается. Неужели в нашем шторме наметился временный штиль?

А вот предложению не разделяться этот фрукт точно не рад. Не нужно быть телепатом, чтобы знать, кого бы он хотел отделить от группы и отправить как минимум на другой конец города.

Но вот какой расклад, Лиам: хрен тебе за воротник твоей толстовки.

Пока мы идем к выходу, я стараюсь прислушиваться к голосу интуиции, чтобы вовремя почувствовать приближение зараженных. Но тот факт, что Мартин почти буквально дышит мне в затылок, всерьез выбивает меня из остаточного равновесия.

Может, он просто поедет в какой-нибудь другой машине? На чем-то он ведь ездил по городу до прорыва.

Но уже рядом с «Бентли», когда Ева начинает демонстрировать зачатки нервного срыва, неподалеку неожиданно раздается хорошо поставленный угрожающий оклик:

– Ни с места! Не двигаться!

Началось. А ведь мы еще даже от торгового центра не отъехали.

И как, черт возьми, мы не заметили этого парня в броне? Сомневаюсь, что он подходил к нам в стелс-режиме. Скорее, я растерял остатки бдительности, пока мои мозги блуждали в тумане.

Я поворачиваюсь к военному, но успеваю пробежаться взглядом по сторонам: похоже, он тут один.

Отчасти надеюсь, что ограничится тем, что я назову свою должность и потребую опустить оружие. Но охрана мэра тщательно подготовилась к прорыву и другим нештатным ситуациям, поэтому нас собираются пробить по базе данных – и для этого нужны наши имена.

В районе затылка барабанят молоточки тревожного ритма.

Да, мы не преступники, но с нами находится Лиам, который после своей условной смерти и последующего «воскрешения» явно жил по поддельным документам, скрываясь под внешней маскировкой. Даже если вымышленное имя пробьют по базе, фото и облик, которые он использовал для идентификации, все равно всплывут – и не думаю, что они сильно похожи на его реальную физиономию. Подобная информация мгновенно долетит до Мёрфи, а следом – до Командования, а это уже проблема не менее серьезная, чем попытки Мартина убить меня при любом неудачном выдохе.

Да, в разгаре прорыв зараженных, что куда важнее одного ожившего парня. Но именно присутствие Мартина потянет за собой с десяток вопросов и разбирательств в том, что на самом деле произошло год назад. В конце концов, однажды они замяли казнь зараженного иммуна, который выполнял нелегальные правительственные заказы. Вряд ли, узнав о том, что Мартин вернулся, его добродушно оставят в живых и заодно не вытряхнут дерьмо из всех, кто пересекался с ним за последнее время.

Говоря иначе, если Мёрфи узнают о Лиаме, пострадает не только он, а еще как минимум двое близких мне людей. Если ради их безопасности я вынужден защищать того, кто меня ненавидит, что ж… будь по-вашему, погнали.

– У нас нет времени на проверку, – я делаю еще полшага вперед и приподнимаю руки, доказывая, что у меня нет оружия. – В левом внутреннем кармане моего пальто лежит удостоверение. Посмотри его и отпусти нас, пока я не доложил Командованию, что ты задерживаешь Инспектора.

Да, он вполне может пробить меня и без удостоверения. Но он, как и все военные, должен быть в курсе, что у некоторых иммунов есть редкая способность менять внешность. По слухам, это процесс чертовски болезненный и медленный, но не невозможный. И если мое лицо (в теории) еще может нацепить кто-нибудь другой (и хрен с ним, с ростом), то удостоверение Инспектора подделать гораздо проблематичнее.

Но сдаваться этот парень явно не намерен. И мне понятно, почему он начал с проверки личностей, а не состояния здоровья. Заражение сложнее спрятать – в отличие от мародерства.

Помявшись на месте, военный упрямо мотает шлемом, не опуская винтовку.

– Ты, – он впивается взглядом в Еву. – Доставай. И без глупостей.

Твою ж мать. А все так хорошо начиналось: он бы подошел, попытался бы проверить мою личность, и в этот момент я бы его вырубил. Да, учитывая броню, это было бы непросто, но куда легче с шокером, который висит на его поясе.

Ева встает рядом со мной и, мельком посмотрев мне в глаза, осторожно запускает руку в карман пальто, оставаясь на виду у военного. Затем так же медленно достает и протягивает ему удостоверение.

– Кидай.

Она выполняет приказ, но слишком усердно: удостоверение грубо врезается в грудь военного, и он едва не роняет его на асфальт. Отступив на пару шагов, парень быстро просматривает информацию и сканирует ее в наручном коммуникаторе.

– Черт, – слышится спустя несколько секунд из-под маски. Военный качает головой. Опустив оружие, он вновь смотрит на меня. – Простите. Я должен был убедиться.

Спасибо, что хотя бы не начал стрелять.

Опомнившись, он подходит, чтобы вернуть удостоверение.

– Вас приказано сопроводить в администрацию. Поэтому я должен проверить их личности. Это обязательная проце…

Внезапно за моей спиной раздается приглушенное «бум». Глаза военного округляются в удивлении. Я резко поворачиваюсь и выкрикиваю одновременно с Лиамом:

– ЕВА!

Она лежит на асфальте с закрытыми глазами, не подавая признаков жизни.

Мое дыхание болезненно застревает в горле. В памяти тут же всплывает чертова подсобка отеля Форт-Коллинса – застреленный мародер и лужа крови; затем берег реки, Ева без дыхания и гематома размером с Африку у нее на боку.

Неужели я пропустил сломанное ребро и повреждение внутренних органов?!

Мы бросаемся к ней вместе с военным, но он предусмотрительно остается позади нас. Правда, теперь осторожность играет против него.

Лиам, к моему удивлению, не падает на колени рядом с сестрой – вряд ли дает мне возможность помочь первым. Ставлю на то, что он решил не наломать еще больше дров. А еще, я уверен, он прекрасно понимает, какого черта здесь происходит. В отличие от меня.

Присев, я быстро осматриваю Еву, пытаясь убедить себя, что это театральная постановка, а не реальная проблема.

– Что с ней? – спрашивает военный, подходя к нам с Лиамом. – Это не…

Договорить он не успевает. Раздается короткий клокочущий звук – я оборачиваюсь: парень падает на асфальт, едва сбив меня с ног.

– Упс, – раздается виноватый голос.

Нейт застывает, крепко сжав тот самый шокер.

– Я ведь не перестарался? Он жив? Да?

Я оборачиваюсь к Еве и выдыхаю с облегчением, когда она, как ни в чем не бывало, открывает глаза.

Черт.

Я точно скоро поседею.

Бросив взгляд на Нейта, я подхожу к военному. Вряд ли удар шокером мог убить его.

– Жив, – сообщаю остальным, осматривая его карманы. – Неплохо… вы это придумали, – я указываю на вырубленного парня, пока Лиам помогает Еве подняться. – Я даже на секунду поверил.

Не буду же я признаваться, что эта секунда длилась непростительно долго.

– Не то чтобы прям придумали… – бормочет Нейт и, перехватив мой взгляд, уточняет: – Импровизировали.

Конечно же, «радиотелепатия» Мартин-Бэйли снова показала себя в действии. Как в Форт-Коллинсе, когда нас схватили мародеры, и я заметил переглядки Евы и Нейта, а сразу после они устроили шоу с побегом, что едва не закончилось плачевно для Евы.

– Надо убрать его отсюда, – продолжаю я, поглядывая по сторонам. – Спрячем в торговом центре.

Увы, но из четырех человек самыми сильными остаемся мы с Лиамом. И он, естественно, не оставляет мне выбора: молча подхватывает военного под плечи – мне же достаются ноги. И на том спасибо.

Очень надеюсь, пока мы несем его внутрь, к нам не присоединятся его друзья. Но я не слышу поблизости шагов или переговоров, как и не чувствую зараженных. Вот только это затишье порождает куда больше вопросов. А еще я понятия не имею, что мы будем делать, когда военный очнется, доберется до своих и доложит, что его вырубили неизвестные во главе с Инспектором. И неважно, что он слышал имя Евы. Достаточно описать нашу группу со стороны, чтобы сделать соответствующие выводы.

Впрочем, сейчас это не главная из проблем, которые копятся, как гребаный снежный ком.

Мы заносим военного в одну из подсобок – подальше от выходов. Если здесь появятся зараженные, они его не найдут (при условии, что он не начнет шуметь). Как бы там ни было, это парень вряд ли в курсе интриг Дарвена и просто выполняет свою работу. Он не заслужил быть растерзанным.

Я забираю у него винтовку и наушник, но оставляю нетронутым запасной пистолет с полным боезапасом.

Теперь можно отправляться в морг.

Но на обратном пути к машине в наушнике раздаются помехи, а затем звучит незнакомый голос.