Читать книгу Всадник на слепом коне. Буддийская психология в форме истории: путь из внутреннего ада к тихому, настоящему счастью - - Страница 30

Кошка вдруг издала звук, похожий на призыв. Тензин улыбнулся.

– Кошка требует историю, – сказал он. – Слушай.

Он сел удобнее на корень и закрыл глаза на секунду, как будто вспоминал.

– Много лет назад в Тибете жил монах по имени Кхьябджэ. Он был очень строгим, очень дисциплинированным, практиковал медитацию по четырнадцать часов в день. Он поклялся: «Я никогда не буду говорить неправду, никогда не буду сплетничать, никогда не буду испытывать гнев». И он держал эти обеты идеально в течение двадцати лет.

Тензин встал и начал разыгрывать историю, его движения становились театральными, но не в смешном смысле, а в смысле глубокого учения.

– Однажды в монастырь пришла беда. На близлежащую деревню напали разбойники. Кхьябджэ видел, как они убивают людей, как они берут пленников, и в нём, монахе, который двадцать лет держал обет ненасилия, проснулся гнев. Такой гнев, что он выбежал из монастыря с палкой в руках и стал бить разбойников.

Тензин показал движения, и казалось, что под деревом происходит реальный бой.

– Он ударил одного, ударил другого. И в процессе он говорил им вещи, которые были совсем не святыми. Он нарушил обет ненасилия, обет честности, обет того, чтобы не говорить жестоких слов. За одну ночь он нарушил всё, во что верил.

Тензин остановился, дыхание его участилось, как будто он действительно только что бился.

– И вот, – продолжил монах, снова садясь, – Кхьябджэ возвращается в монастырь, весь в крови, весь в гневе, и первое, что он делает, – идёт к своему учителю и падает к его ногам. «Я потерял всё, – говорит Кхьябджэ. – Двадцать лет практики – и вот, я нарушил всё». Его учитель смотрит на него и спрашивает: «Кхьябджэ, ты пожалеешь?» И Кхьябджэ отвечает: «Нет. Если бы предстояло снова, я бы сделал то же самое». Тогда учитель улыбается и говорит: «Вот теперь твоя практика начинается. Раньше ты был монахом чистоты. Теперь ты можешь быть монахом сострадания».

Тензин посмотрел на Александра:

– Понимаешь, что это означает?