Читать книгу Дрохеда, или Хозяйка своей судьбы. Часть 1 - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 12

Вечер выдался душным. Лампа над столом гудела, привлекая внимание ночных мотыльков.

Скатерть на столе была отглажена до хруста. В центре лежало то самое письмо с австралийской маркой.

Пэдди сидел во главе, строго выпрямив спину. Он надел пиджак, хотя в доме было жарко. Фиа сидела по правую руку, сложив руки на коленях. Фрэнк — по левую, мрачный и напряженный, как сжатая пружина. Арина устроилась с краю, держа наготове остро заточенный карандаш и свой «бухгалтерский» блокнот для записей. Мальчишки — Боб, Джек, Хьюги — притихли на лавке, чувствуя общую атмосферу дома. Стюарт и Хэл сидели в углу, не смея даже пикнуть.

Пэдди откашлялся, прочищая горло.

— Итак, — начал он торжественно. — Мы собрались, чтобы решить судьбу семьи Клири. Мэри, моя сестра, зовет нас в Австралию. В Дрохеду.

Он внимательно обвел взглядом присутствующих.

— Это не просто переезд. Там — тысячи акров земли. Овцы, шерсть, простор. Мэри пишет, что она старая и одинокая. Ей нужна семья. Ей нужен я.

Фрэнк резко отодвинул стул. Скрежет ножек по полу прозвучал как выстрел.

— Ей нужен ты, отец. А мне это зачем?

Пэдди нахмурился.

— Это шанс для всех нас, Фрэнк.

— Шанс на что? — Фрэнк вскочил и начал нервно ходить по кухне. — Опять стричь чужих овец? Опять гнуть спину на хозяйку? У меня здесь клиенты. У меня мастерская. Репутация. Я только начал жить, отец! Я копил на билет в Америку и учебу. Я не хочу снова попасть в кабалу, только теперь на другом континенте.

Он остановился и посмотрел на мать.

— Я не поеду. Я останусь здесь.

Фиа побледнела. Ее пальцы вцепились в край скатерти.

— Но, Фрэнк… Ты не можешь остаться один.

— Я уже взрослый, мама! — отрезал он.

— Сядь, Фрэнк, — тихо сказала Фиа. — Пожалуйста…

Она перевела растерянный взгляд на мужа.

— Пэдди, ты не видел Мэри сорок лет. Люди меняются. Богатые люди меняются особенно сильно. Она привыкла даже не командовать, а повелевать. Если мы продадим здесь все, бросим налаженный быт и приедем туда как бедные родственники, мы будем у нее в заложниках. Я не хочу, чтобы мои дети были приживалами. Я не хочу зависеть от милости твоей сестры. Она для нас, по сути, чужой человек.

Пэдди просто онемел от ее слов. Ладно, Фрэнк. Но от своей жены он явно ожидал поддержку, восторг, но не такое.

— Но как вы не понимаете? Это же Дрохеда! — наконец возмутился он, но уже менее эмоционально. — Это богатство!

— Это ее богатство, папа, — вступила в разговор Арина. — Не наше. И будет ли оно нашим когда-нибудь, под большим вопросом.

Она открыла блокнот и разделила лист на две колонки.

— Смотрите. Здесь, в Новой Зеландии, у нас есть: дом (пусть плохой, но свой), огород, клиенты Фрэнка, заказы мамы, твоя работа. Мы независимы. В Австралии у нас будет: жалованье (размер неизвестен), жилье (какое — неизвестно) и хозяйка, которая может выгнать нас в любой момент.

— Она не выгонит! Она моя родная кровь! — ударил кулаком по столу Пэдди.

— Родня ссорится чаще всего, — парировала Арина.

Она повернулась к Фрэнку.

— Фрэнк, сядь пожалуйста. Послушай меня. Америка — это хорошо. Но Америка далеко, и ты хочешь ехать туда один. Без поддержки. Одному будет трудно, очень трудно пробиться, тем более чужаку. Даже если у тебя будут деньги… Их в незнакомой стране всегда не хватает. И вместо учебы ты будешь таскать мешки в порту или хвататься за любую черную работу, пока не пробьешься.

Фрэнк угрюмо промолчал, но сел на свое место.

— А теперь послушай про Дрохеду. Это огромное поместье. Там сотни миль изгородей, которые нужно чинить. Водокачки, ветряные мельницы, конные машины, машины для стрижки. У богатой вдовы наверняка есть и автомобиль, и насосы, и бог знает что еще. Кто все это обслуживает? Ей будет нужен человек, который разбирается в механизмах. Это ты, Фрэнк. А учиться можно и там.

Она немного помолчала, давая словам осесть в голове брата.

— И ты будешь не один — у тебя будет поддержка всей семьи. Не понравится — наберешься опыта, заработаешь денег и уйдешь. Там и университет есть, в Сиднее. А потом, если захочешь, поедешь в Америку — но уже инженером, а не разнорабочим.

Фрэнк посмотрел на свои руки. Потом на Арину. Потом в окно, за которым стояла его мастерская.

Он молчал так долго, что Пэдди начал ерзать на стуле.

— Я подумаю, — наконец сказал Фрэнк. — Но если там не будет мастерской — я разворачиваюсь и уезжаю. В Америку.

— Мастерская будет, мы пропишем ее в условиях договора, — кивнула Арина. — Пункт второй.

Она повернулась к отцу.

— Мы поедем, папа. Но на своих условиях. Мы не просим милостыни. Мы предлагаем свои услуги. Мы — команда. Ты — управляющий. Фрэнк — механик. Мама — могла бы быть экономкой, она умеет управлять домом или продолжит развивать свой бизнес. Я буду помогать тебе счета и работать с прочими бумагами.

— Условия? — Пэдди вытер пот со лба. — Ты хочешь ставить условия Мэри Карсон?

— Да. И мы напишем их прямо сейчас.

Арина подвинула бумагу к матери.

— Мама, пиши. У тебя самый красивый почерк.

Это заняло больше двух часов. Пэдди то краснел, то бледнел, но внимательно слушал и не спорил.

— Пункт первый: Патрик Клири принят на должность управляющего с жалованием не ниже… — Арина назвала сумму, от которой Пэдди побледнел, — …и с ежегодной премией по результатам каждого сезона стрижки.

— Премия?! — ахнул Пэдди. — Она меня убьет!

— Она тебя зауважает. Это справедливо: хорошо поработал — получил больше. — Арина продолжила: — Пункт второй: Фрэнсис Клири принят на должность механика поместья с отдельной мастерской, необходимыми инструментами (список прилагается) и жалованием, равным жалованью старшего стригаля.

Фрэнк хмыкнул, но одобрительно.

— Пункт третий: Семье предоставляется отдельный дом, пригодный для проживания, а не барак для рабочих.

— Пункт четвертый: Проезд всей семьи и перевозка имущества оплачивается принимающей стороной. Приличные каюты, не ниже второго класса.

Фиа закончила писать и отложила перо. Письмо выглядело как деловое предложение и ультиматум одновременно.

— Если мы отправим это, — тихо сказал Пэдди, — назад дороги не будет. Она либо согласится, либо пошлет нас к черту.

— Если она пошлет нас к черту из-за делового предложения, — сказала Арина, закрывая блокнот, — значит, она искала рабов. Тогда нам там делать нечего. Мы останемся здесь и станем богатыми сами.

— Отправляй, отец, — сказал Фрэнк. Он встал и положил руку на плечо Пэдди. Впервые за годы это был жест поддержки, а не угрозы. — Рискнем.

***

Месяц ожидания тянулся как резина.

Пэдди стал дерганым, и подолгу высматривал почтальона с крыльца дома. Фрэнк практически переселился в свою мастерскую и работал там до глубокой ночи, чтобы не думать. Фиа вязала, взяв гораздо больше заказов, а ее спицы стучали как пулемет.

Очередным вечером Пэдди вернулся с улицы опять с пустыми руками. Фиа, не поднимая глаз от вязания, сказала:

— Она ответит, Пэдди. Обязательно ответит.

— А если нет?

— Тогда мы останемся здесь. Сейчас мы ничего не теряем.

Пэдди посмотрел на жену с благодарностью за слова поддержки. Еще год назад она бы просто не заметила его волнение и молчала как обычно.

Только Арина была спокойна. Она помнила Мэри Карсон — из той, другой жизни, где эта семья была всего лишь придуманной историей. Старая паучиха любила силу и презирала слабость. Письмо Клири должно было ее заинтересовать.

***

Ответ пришел в дождливый вторник.

Толстый конверт с гербовой печатью.

Пэдди вскрыл его дрожащими руками. Он пробежал глазами первые строки и медленно опустился на стул.

— Ну?! — не выдержал Фрэнк.

Пэдди поднял глаза. На его лице играла широкая, шальная улыбка.

— Она согласна.

— На все? — уточнила Арина.

— На все! — Пэдди рассмеялся и ударил ладонью по столу. — Она пишет: «Наконец-то в породе Клири проснулась ирландская наглость. Приезжайте, черти, билеты куплены».

В кухне раздались крики радости. Мальчишки прыгали, Фиа плакала и смеялась, обнимая мужа. Фрэнк подмигнул Арине.

— Ты была права, мелкая. Мы едем в Австралию.

Арина улыбнулась, но внутри она уже считала шаги до встречи с Мэри Карсон. И до встречи с человеком, который в другой истории разбил сердце Мэгги Клири.

Только не в этой жизни, — подумала она. — В этой жизни все будет иначе.