Читать книгу Черная Принцесса: История Розы - Дана Ви - Страница 1

Пролог

Оглавление

Этот мир был «выродком». «Выкидышем» реального мира и реальной вселенной. Если ты, дорогой дневник, когда-либо верил в параллельные вселенные и миры! И главное – продолжаешь верить, до сих пор. Как и я. То ты поймешь, о чем я. И к чему. Ведь, он мог… Вполне мог сойти за правду и имел бы место быть в «реалиях». В реальной истории! Если бы не сошел на не той «ветке» и не «слетел» в «кювет». Лишь сойдя за «альтернативу». И какую-то «далекую и несбыточную мечту». «Несбыточное желание»! Мечту: «жить в утопии». Нет! В антиутопии… Да! Это – эта вселенная. И этот мир! Что был за пределами всего хорошо и всего плохого… Просто «за» и просто вне. Представлений о хорошем и плохом. Хотя бы потому, что не делился на эти «субъективные понятия». Не «делился» и не «вычитал». Он «складывал» и «преумножал»…

Имея рай, его «подобие», над головой. Над облаками! И ад. Опять же, «подобие». Под ним и под нашими ногами. Не в огне! «По-до-бия»! Скорее, как «понятия», нежели суть и истина! Ты, все еще, понимаешь, о чем я? Я бы, на твоем месте, не поняла. Но поднимая глаза в небо в любые дни. Будь то ясные или облачные, пасмурные дни. Обретаешь белые и серые каменно-стеклянные «высотки». Почти, что «скребущиеся», но «вверх тормашками». «Выскребающие» наши и нас! Если бы можно было нас соединить, то мы бы, как люди, соприкоснулись темечками. А здания разбили бы, и разрушили, друг друга. Где-то «зеркально», а где-то не совсем, «копируя» наш мир. Вот, где «не совсем» – все бы сохранилось при «объединении». Но если ты подумаешь, что между нами, если не один, то два слоя облаков. И выглядит все это, как и любой «привычный» мир. С землей под ногами и небом с облаками над головой. Нет! Нас не разделяло ничего. Смотришь вниз – асфальт. Смотришь вверх -… Понимаешь, да? Пусть, сам рай выходил и не таким большим. Он не такой большой сам по себе, как кажется. С сотню-две «невысоких зданий» и с десяток «высоток». И все! В «последних», как правило, и заседал Совет.

Разделяя и властвуя! Будто по «ветвям» и «отсекам», «видам» и «подвидам», «отраслям». «Остальные» – были для жизни их «последователей». Прямо, что Иеговы. Церковь! Да? Для «служащих»! И «правительственные», «административные», здания. Для жизни и по жизни. В которых жизнь и проводится. И в которых ее, непосредственно, «ведут». От и до! Все, как у людей! «Неизменяемость – не определяет отличие и желание отличаться». «Пропорция» была «таковой»: «минимальное их вмешательство на максимальный контроль под ними». Контроль, не только поведения, но и «сил». Различия, а не отличия. Не «выезжать» на «этом». Разве, только «заезжать», и то редко, метко и «мелко». Но что стоит сказать и понять, так это то, что… Таким образом, была неплохая «ответочка» тем, кто верил, что ада не существует. Как и рая. Их обоих и в принципе. Да! Их нет. «Библейских»! «Объектов» веры и надежды, любви! Нет нимбов и крыльев (видимых). Нет луков и стрел, гуслей! Как нет пик и хвостов, рогов… «Таковых» нет, но есть «другие»! Другие «атрибуты», у примеру… Белый и черный цвета. Была возможность «обращаться» и «превращать», «менять» цвет глаз. Соответственно «виду». В белый, как и черный, без зрачков. Как ангел и демон…

Нет! Люди тоже есть! Куда ж без них? Понимания вопроса нет. «Лю-ди». Мы с ними. Все вместе! Ангелы и демоны. «Замешаны» в какую-то «сборную солянку» и «винегрет». По делам и словам, по порокам и грехам… А что делать? Питаться-то надо! Жить-то как-то надо! Спасать…

«Энергия» – «ток» чистой силы и власти. В «потоке» и «токе» крови… Энергия была нужна всем. Для жизни и для существования… И только «высшему касту», то есть «верхам», она доставалась, буквально, из «первоисточника». Если ты не веришь в возможность «питания от солнца»… То и в питание от вселенной не поверишь. Но оно есть! Точнее… От «высших сил» и «низших»…«Верхи», они же Совет, как рай, питались «высшими». «Богом» и «Дьяволом!». Богами! «Свет к свету, а тьма к тьме»! «Низы», как ад, и как мы же, «питались» своими же. То есть «низами» и меж собой. Но! Но… Опять же! «Ниже» и «выше»… «По-до-бия»!

Кто-то верил, кто-то нет. Кто-то считал, что Совет – «единственен и незыблем». Как и неприкосновенен, но сменяем! Кто-то верил во что-то «большее и глобальное». «Масштабное» и «светлое», «чистое»! Над Советом. Одновременно, как и во что-то «низшее и глубокое». «Далекое» и «темное», грязное» и «аморальное».

И как оно было, так оно, одновременно, и не было. А чтобы «довзорвать» твой мозг окончательно «мыслительными перипетиями» и «мысленными растяжками»… Кто-то верил, что: «бог(и) – есть мы». И они внутри нас! Как «дьявол» был в демонах, так и «бог» в ангелах. И что-то «среднее» – в людях. Во что хочешь, в то и верь! Но помни… Людьми «питались» демоны и ангелы. Все! Кстати… Об это «билась» теория про: «богов в нас». Совет же «высшими» питается… Короче! Нет! Верь-верь, но не завирайся. Люди отдавались на поруки ангелам и демонам. А те, в свою очередь, как и люди, отдавались на поруки Совету. Не как «банк энергии»! А для применения законодательных норм. И это – не самое худшее, что могло с ними произойти!

Совет не нападал: ни на людей, ни на себе «подобных». «Начинающих» и «не обращенных» ангелов и демонов. Или уже «полноценных» и «обращенных». В зависимости от «вида». И как собственно, в результате чего, не «залечивая» никого. Обходясь и без этого! «Насилие всегда порождало насилие»! Совет в это «правило» не входил, как суд! Как «третья сторона вопроса» и с этим не знался! Когда же «прислуживающие» им, «наверху» и в раю, «питались» от небытия. Не имея так же, как и их «начальство», права «питаться» людьми. Тем более, чистилищем! Но и в небытие не «перебарщивая». «Иссякающие» души тоже «иссякают», как бы это и ни звучало. «Дозируя»! Как демоны и ангелы, соответственно…

А чтобы лишний раз не вмешивать людей в это «насилие». Между ангелами и демонами. Как единственными и единичными «поборниками» их «силы». Не устраивать «бойню видов» и «межвидовую» бойню. Только из-за нее! Лишаясь параллельно и самих людей. А как следствие, жизни и самого существования. Было решено ввести равновеси и баланс. Как вещи – главные и сведущие, основополагающие! Позволяющие «подавлять среду обитания». Не давая выходить за «рамки». И будто бы «делить», все и всех, на «равные части». Мир «мешался» с войной. С адом! Когда же рай…

Ты спросишь: «кто там наверху?». Если не «Совет». По-другому и проще «расшифровывая»… Туда «закинули» одних из «лучших». «Лучших из лучших». Следящих за порядком, соблюдением правил и законов. Самой жизни! Ее ценности и цены, значимости и значения… Для всех! Неплохо, если учесть, что, хоть об одном «варварском наследии» можно было не думать. Причин, чтобы биться и сражаться, завоевывать и умирать, хватало и без этого. Но если ты сейчас, все еще, воображаешь «ч\б мир». Где «над» – все белое. А «под» – все черное. Вынуждена буду тебя огорчить. Все это, скорее во вселенной. Значок «Инь-Ян» и прочее «такое»… А в жизни! Со «вторым».

С «первым», да. Все – так. «Верхи» и «высший суд», как называли их мы, носили «форму». Костюмы и поверх них накидки с капюшонами. Полностью скрывающие «личину». Все белого и черного цвета, соответствуя «виду». «Совет», как звались они сами. «Высшие ангелы» и «высшие демоны». Не «боги» и не «дьяволы»! Да-да… «Бог» и «дьявол». «Боги»! Конечно!

С нами же: ангелами и демонами, людьми, «внизу», все цвета «посмешались». И не имели «такого» значения. Цели и смысла! Это было, как в школе. Кто-то «отлынивал» от «формы», как и от «сменки». А кто-то соответствовал «общепринятым нормам». «Госту» и «формальностям», «галочкам»… Как снаружи, так и внутри.

В остальном же, все сохранялось. «Верх» следил за «низом», «низ» следил за «верхом» – здесь ничего нового. Как испокон веков, «дьявол» следил за «богом», так и «бог» наблюдал за «дьяволом»! Но «верх» – особо тщательно! Имея в «распоряжении» тех, кто мог и должен был, карать за «проступки против человечности». Людей, как в принципе. И мира, как в общем. «Погоняя» ангелов «внизу». Равновесие и баланс, должны были сохраняться во все времена. Чтобы ни происходило. И где бы кого ни было больше или меньше. В случае «перерасхода», «убытка». В любом из «видов». Совет просто лояльнее, гораздо лояльнее, чем обычно, относился к «союзам» демонов и ангелов. И их «смесям»: «демон-ангел и ангел-демон», «демон-человек и человек-демон», «ангел-человек и человек-ангел»… В зависимости от «главенства» гена. Как если бы в «борьбе», между темным спектром цвета глаз папы и светлым глаз мамы, у их ребенка, при передаче ДНК, побеждал темный. А «сущности» были сильнее априори, чем человек. Сильнее и мощнее. «Главенственне» и «подавляюще». Количество восстанавливалось и поддерживалось, «уменьшаясь» в рядах тех, кто поспособствовал «расходу» соответственно! Брали количеством, но «добирали» ли качеством, в тоже время? Хороший вопрос…

Скрип черных шин с запахом паленой резины и со скрежетом металла, «разбили» минутную тишину автострады между потоками машин. Порывом ветра подняв из-под колес волну мелкой гальку, грязи и пыли. Разнося ее «брызгами» во все стороны. Машина на всей скорости почти влетает в переходящих по «зебре» людей. Но водитель, молодой парень, вовремя выворачивает руль и выезжает на «встречную полосу». «Вылетая» и «влетая» через «две сплошные». Тут же, спустя секунды две-три, возвращаясь на свою полосу и в свой ряд. Следуя дальше по маршруту. Не отрываясь, при этом, от чтения. Казалось, вообще не заметив ни то, что людей. Но и проблемы, связанной с ними, как «таковой». Возникшей при столкновении. Или, как сейчас, «возникшей бы», но не возникшей.

Держа потрепанные и помятые, кое-где рваные, белые листы. Скрепленные металлической скобой степлером в левом верхнем углу. На кожаном сером руле левой рукой. А правой рукой, продолжая прокручивать его. Парень «варьировал» и «петлял» между машинами, легко и свободно усмехаясь. Все больше и больше погружаясь в «мир юного дарования». А по совместительству, той, кого ему так и не представили.

Но о которой так много говорили, не показывая, совсем. Даже видео и, тем более, фото. Почему? Не хотели. А он хотел! С каждым разом все сильнее и сильнее. «Чуя» подвох и продуманность, выверенность шагов его же «братишки». На «пару» шагов так точно. А «десятков» или «сотен» – стоило узнать уже самому. Как «чуя» и чей-то «косяк». «Скрывали» же! Явно «таили». Но в выборе между «ней» и путешествиями… Выбор падал не на нее. К сожалению ли? К радости? Но она не первая «такая», что с «тайной» и «изюминкой». Что в его достаточно долгой жизни встречались ни раз и ни два.

Да и трудно было усидеть на месте демону. Когда перед ним еще открыт если не весь свет, то весь мир. Со своими «прелестями». Будь то жизни и существования! Или, как у него, вечности и бесконечности, беспечности!

Но если б он, конечно, знал, что даже приезжая, не сможет улучить момент. Чтобы поймать ее хотя бы глазами. Он бы и не уезжал. По крайней мере, с пару дней, а может и недель. Если учесть, как сильно на ней были «помешаны» все. Судя по их же рассказам. Это – была не просто «тайна одного человека», а «тайна семьи». Его «семьи» и от него! В том числе и его «старшего братишки». Не давеча как расставшегося и тоже «запавшего». Что и «добило» по всем «фронтам»! Ведь, как ни крути, они, не только, ближе всего общались из всех. Но и «одну лямку тянули» какое-то время назад. Каждый на своем «горбу», конечно, но «одну»!

И если даже, тем более, он «откинул» прошлое. То должна была быть веская причина. Куда более «веская», чем прошлая! Хоть, и «западением» это было не то, что «сильно» назвать. «Странно», как минимум! «Сестра» все-таки, какая-никакая. Пусть, и не «родная» и не «единокровная». Но кто и как с ума не сходит! Он ее не видел, чтобы как-то «судить». Или что-то решать сейчас за нее и них.

Как «младший», что в отличие от него, берет все от нее. В том числе и «творческий потенциал». Ее потенциал! Той, которая и автором-то не указана. Для него ли такое «допущение» и «упущение»? Вряд ли! Но нарочно ли? Да! Специально! Он «безбожно пользовал» ее. И «пользовался» ею самой и в своих целях. «Дьявольский одуванчик», просто, а не «брат»!

– «Акробат»! – фыркнул шатен, оправляя черные солнцезащитные очки на носу, закинув голову назад. – Пиздит, как дышит! Так еще и пиздит без зазрения совести! Ты ли это, Ники?

Он бросил взгляд в зеркало заднего вида. Чисто, для «проформы», будто не плевать. И что-то изменилось с того «перехода». Не первого «такого» же и на его пути. Отношение – то же. Но если с людьми «повзаимодействовать» как-либо он был готов. То отдать машину на это? На поруки?! Нет!

На заднем сером кожаном сидении стояла картина. Завешанная черной плотной тканью, что перекрывала весь обзор на нее. Смотрел он, скорее на нее и проверял, не спала ли ткань. Не хотел видеть ее. Картину и ту, что была изображена на ней. Смотрел за тем, чтобы та не упала. И не треснула в раме и самой рамой. Зачем возил? Кому и для кого? Надо и хотел! Но так ли надо? И так ли хотел? Противоречил сам себе. Время работало не на него. И если настоящее с будущим как-то еще «барахтались в предсмертных конвульсиях и агонии». То прошлое «висело тяжким грузом». Пока же, стояло сзади! Но скоро, вновь будет висеть и повиснет опять! На «своем» законном и «излюбленном» месте. В кои-то веки вернулась. В «которые», точнее и снова.

– Ай-яй-яй! Ну, ничего… У всего есть своя «цена» и всем воздастся по заслугам! Тебе ли не знать…

Отшвырнув «томик мертвой души» в сторону серого кожаного пассажирского сиденья рядом. Он перестроился в крайний ряд. И начал съезжать на подземную парковку. Открыв серую металлическую дверь с небольшого серого пластикового пульта дистанционного управления. Чтобы оказаться в самом ее конце и занять свое «коронное» место. В самом дальнем углу от въезда и выезда. Почти у лифта дома, в котором жил. И в который вернулся. В этот раз, надеясь на «подольше». И не надеясь, так и есть. Ведь другие, как раз, явно надеются на «обратное». А он не привык соответствовать ни чьим ожиданиям.

Темно-синяя высотка из стекла с тонким металлическим каркасом, отделяющим окна «костяком», «поглотила» его в себя. Пропуская в глубокое темное помещение. Уводя все дальше и дальше от всевозможных глаз. И встречая его своим «глазом». Своими серыми металлическими глазами-камерами. Неотрывно следя за ним своими черными «окулярами» на всем пути до «цели». Серый бетонный пол «подземки» встретил его машину шуршанием шин. И легким проминанием и потрескиванием под тяжестью корпуса. Стены же, в цвет его, с белой полосой, уходящей и сливающейся с натяжным потолком, «откликнулись» белыми фонарями. С датчиками, реагирующими на движение.

– С возвращением домой, милая! – притормозил он и сразу покинул серый кожаный салон. Закрывая дверь с громкого хлопка и любуясь своей серой матовой «красавицей». Последней моделью BMW и в свете ламп, словно «софитов».

Пробежав взглядом по себе. Своему отражению в тонированных черных окнах. Он оправил руками полы белой футболки. За дорогу «свернувшуюся» на нем «гармошкой». И «топорщившуюся» во все стороны не там, где надо. Как и «обтянувшую» не в тех местах. Оттянув ее обратно вниз и прикрыв ей штаны.

Он всегда был критичен к себе. Порой, даже излишне. При своей достойной физической форме, как и «подготовке». Но и находясь в вечном поиске «идеала». И «идеального понимания себя», как «вида». Он не останавливался ни перед чем. Тем более, на «достигнутом». Вот, только «статус» демона, никак не мог ему помочь ни прибавить, ни отбавить «кубиков» пресса. К имеющимся, и от имеющихся, шести. Что было «знатным упущением», как по нему и не «доработкой». Как и не до конца подтянутые мышцы ног. Казалось, улучившие всю возможную худобу черных джинс-дудочек в обтяг.

Пару раз присев в них, и растянув ткань, он попрыгал на месте. Дабы размять заодно и стопы. Затекшие в темно-коричневых кроссовках. И уже бы наверняка сопревшие. Если бы не его способность, а точнее «не способность», не чувствовать температуры окружающего мира. Они никак не влияли на его «собственную», имеющуюся «стабильной» и «стандартной». Больше, для «проформы». Отсутствие «отличий» и «различий», как таковых. Как и у всех «обращенных» ангелов и демонов. Есть и есть! Он не мерз и не «парился». Не размениваясь ни на мурашки и ни на пятна пота. Обходясь легкой одеждой во все сезоны.

Вспомнив о последней детали своего «образа» на сегодня. Он перевел взгляд на заднее сиденье машины. И с тяжким выдохом открыл заднюю дверь, изъяв из салона… свою куртку. Темно-коричневую кожаную куртку. Проигнорировав картину и «писк» датчиков серой кожаной приборной панели. Среагировавших на открытую, и не закрытую, дверь. Не выбрав, к чему он больше безразличен, он оставил все, как есть. Не выключая «одну» и не возвращаясь к «другой». Лишь слегка зацепив «последнюю» плечом, когда лез за одеждой. Но когда облачился в нее. И извлек черные часы из-под плотно прилегающего кожаного рукава. Ближе к левой кисти, сбросив их с предплечья. Он вернулся и за рамой. Перед этим, еще и не забыв про «рукопись». Дернув ее, с переднего пассажирского сиденья, он скрутил ее в «валик», некое подобие «тубуса», и спрятал во внутренний левый карман куртки. Хлопнув дверью, толкнув ее правым боком. Так как держал полотно в двух руках перед собой. Он откинул край ткани с правого верхнего угла. И посмотрел на холст.

– Не тебе! Но и тебе с возвращением, «блудная дочерь». Каждый раз клянусь, что в последний раз тебя куда-либо беру с собой. И каждый раз кляну себя же, что привожу обратно. Все! Этот – последний! «Бурлак» замахался наконец и сам! – вновь «запечатал» ее и сжал правой подмышкой. Закрывая машину и сразу ставя ее на сигнализацию. С легкой левой руки и серого пластикового пульта управления на ключах. Тут же и прибирая серое металлического кольцо с ними в левый карман куртки. – Подышали и хватит! Нас ждут великие дела! И приятное время препровождение в обществе нашей некогда прекрасной, но, до сих пор, любящей нас с тобой, семьи. В «большущих кавычках»! Но это – взаимно. Обижаться не стоит. «Воду не возили», но и тебя хватило. Мне! И почему я один мучаюсь? Ему ты не сдалась, а мне?! Видимо, да! Раз я еще и с тобой разговариваю. Хотя, ты и рисунок! Или я схожу с ума? Сошел?! Вот бы, «второе»! Нет. Не с тобой… Да! С самим собой веду беседы «праздные»… А чего нет? Более приятного человека для общения и не найдешь. А менее, вся квартира и все мое окружение! Куда ни плюнь, попал!

Оставив машину позади, парень направился к серым металлическим створкам лифта. Продолжая «дебаты» с самим собой и усмехаясь, «идущим» за ним, фонарям.

– Софа-Софа… Что ж тебя постоянно прячут? И от кого?! От меня! А от меня ли надо? Но для чего спрашивается еще же мы здесь? Ей же двадцать три! Пора и честь знать! С «потерять», конечно, поздно… Но! Кто бы ни отказался? Точно не я, но и не тогда! Сейчас… Черт с ней и с ними! Достаточно «попрятали»! И это, я не только, про «вещи». В принципе! Кем бы я был, если бы вернулся не как «блудный сын»? И не к «блудной»…? «Дочери»? Второй?! Не… Тогда, уж «девушке». Надо ж вас как-то «различать». Пусть, ты и «дочерь» – не «дочерь»! Но и она «дочь» – не «дочь», – парень скривился и сплюнул на бетонный пол. Проходя в серую металлическую кабину подъехавшего к нему, и открывшего свои двери, лифта. – Крипово звучит! Но как есть! Что для меня, что для… Всех! Короче! Кем бы был, если бы вернулся только за «семейной идиллией»? И «воссоединением»? Да еще и войдя через «парадный вход», правда? Но так и быть… – нажав на кнопку нужного этажа, «семьдесят шесть», он оперся спиной о зеркальную стенку за собой. И стал следить за потухающим светом на парковке. И закрывающимися неспешно перед ним дверьми. – С последнего вызова стекольщиков они вряд ли когда-то и кого-то еще, сюда «пошлют». «Чинить» самому – лень! Напрячь тех, «чинить» за мной? «Повторяться», так не в этом точно! Но «ужин» удался в тот раз: ни дать, ни взять… «Полетели»!

Если бы его можно было описать «одним словом». А для начала и встретить, познакомиться. Без рассказов его «брата»! Я бы сказала так: «шатен». Но тогда бы, ты не понял сути, правда? То есть… Дорогой дневник, я не сомневаюсь в твоей «понятливости» и «эрудированности», если позволишь. Но это – явно не та черта внешности, по которой ты смог бы его отличить и различить среди всех шатенов. И понять, как и принять. Даже я бы не смогла, услышь я «такое».

Но, именно, по этой же причине. Возможной «узнаваемости»! Я и не буду писать остальные инициалы. В том числе, свои и их полную «расшифровку». Чтобы ты не начал «объективизировать» и «инициализировать», «перенося образ» на кого-то. «Ассоциировать» с кем-то. Тебе-то хорошо! А я, за счет «недюжинного» ума некоторых из нас и с некоторых пор, могу налететь на «авторские права» и «авторский знак». «Авторский образ»! И прочее в «таком» духе. Найдутся же «сталкеры»! Или те, кто, так или иначе, видел их и знал! Был лично знаком. И знаешь, вот… За что, за что! А за это, как и за «совращение малолетних», я сидеть не хочу. А я сяду, стоит только Никите это опубликовать, а Совету узнать. И добро пожаловать на «паперть», если не на «доску». А там и на «Голгофу»… Ангелы не «палят контору»! Мы – «слуги народа», а не своих «я» и эго!

Можно было бы писать и не от своего имени. Уверена, что и без меня хватит «интересных» и «захватывающих» историй. Но… От моего! А значит, без «сносок» и «стрел». Смирись! Как «город N». И «No name». Только «Name» и по имени. Пожалуйста! Подбирай «контингент», сравнивай и анализируй… Не такие уж и редкие имена. «Поле для фантазий» и «воображения» есть! Без чего-чего, а без имен я тебя оставить, все равно, не могу. И не смогу! Ты же потеряешься. Да и я… Если возьмусь перечитывать. А я не возьмусь! Пока…

Поэтому, они и только они буду, если говорить о «паспортных данных». Я напишу их. Как и имя его «брата», рассказавшего о нем с «барского плеча». И главное, с таким недовольством и недовольным взглядом! Будто, не о «брате» и говорил. Понятно, что они не «родные» и не «единокровные», не «биологические». Как и с «третьим»! Как и с их «отцом». И «пятое», «десятое»… Но! Все же! Будь у меня «сестра» или «брат», я бы говорила о ней или о нем, если не с гордостью. То точно, не с таким пренебрежением. Хотя опять же, как знать. В общем! Повторять их имена из разу в раз… Тоже, «такое» себе удовольствие. Это бы значило – не проявить никакого интереса к их личностям. Их внутренности и внешности. А интерес там был. И его было «завались»! Хотя бы потому, что… Во-первых – «один» был младше «другого».

Но давай я их все-таки, более-менее, представлю. Чтобы было понятно, хотя бы в именах и на «началах». Надо же с чего-то начинать и начать, правда? «Младший» тот, и так вышло, что «меньший» и «низкий». К кому были обращены мои обвинения в недооцененности «старшего». Никита. Ему, как и мне, двадцать три года. «Старший», собственно Владислав. Что «высокий» и «выше» его, во всяком случае, как и меня. Но и не «самый», как и с возрастом. Ему двадцать пять лет. Не думаю, что стоит «распыляться» и писать все цифры их возрастов. Своего возраста! Ограничься «двумя» цифрами из «трехзначной» цифры. И держи в голове примерную «насечку» где-то в «пятьсот». Примерно! Не считаю это таким уж важным. И тебе давно стоило бы привыкнуть, что я, как с цифрами, так и с именами. А тем более, с веками! «Далека» и «далекая»! На «вы». Он, она и они… Более того, со «своими»! Я буду писать «человеческими». Так проще и… Тебе легче! Моей «насечки» нет. Так как, я еще не «обратилась». И более, у женщин не спрашивают! «Призакрыли» тему!

Но стоит заметить, что он – не самый «старший». Были и еще, как минимум двое, кто мог посоперничать за это «звание». Один из которых, даже шагнул в «четырехзначную» цифру. «Тысяча»! Но о нем, как и о другом, немного позже. Влад, прости же мне сие «сокращение», был, опять же прости… «Распиздяем»! Мне не пристало материться вслух, так что… Терпи тут! Но… Иначе и не скажешь! Он выглядит «так»! Что снаружи, что внутри… Если я скажу это слово, а после добавлю, что и взгляд его был ни в меру «блядский». Ты сразу представишь себе «пофигиста», «бабника» и «разгильдяя»! И Влада! окажешься прав. Он действительно не заморачивался. Ни над чем и ни над кем. Если ему и было на что-то действительно не плевать, так это на себя. А действительно плевать, на отношение к нему других. К себе он проявлял недюжинную внимательность. Демоническая сущность позволяла не прикладывать практически никаких усилий к поддержанию «формы» в меру худощавого и накаченного тела. Но он «подбавлял» к этому и добавлял своих «нагрузок». «Экспериментировал» со спортивным инвентарем, питанием и внешним видом… Высветлил копну коротко стриженных темным волос до шатена! Он не сознается, но я уверена, что «подсознательно» и где-то на «задворках», ему не нравились сравнения с другими и другим. С Никитой, к примеру… Ему всегда и во всем хотелось отличаться. И даже, в такой детали, как цвет волос. В «выпираемости» и «остроте» скул. В прямоте и длине, остроте носа. Небольшом округлом подбородке.

Когда же у «младшего» было и то, и другое. И скулы и легкая «припухлость», «толстоватость» щек. И тот же нос, только вздернутый на конце, курносый и маленький. С небольшой горбинкой у переносицы. Его мощный подбородок был с ямочкой посередине. Кожа по «температурному режиму», его отсутствию у «обращенных существ», всегда была и оставалась бледной. Белой и алебастровой. На фоне той же недюжинной худобы и спортивного телосложения. Была почти прозрачной.

Я же была кем-то, вроде «Никиты в юбке». Но без юбок… Без «горбинки» на носу и мощного, с ямочкой, подбородка. Зато с пухлыми «бантиком» губами. И вне «спортивной формы». «Вечный средничок»! Не «мечущийся» из крайности в крайность. И несущий бремя «золотой середины». Не худой и не толстой. Старалась, во всяком случае…

Влад был «прост»… Когда мог позволить себе все, позволял траты лишь на девушек. Для чего именно, думаю не стоит объяснять! Для «того» самого… «Питания»! Так же, на машины и хорошую выпивку… Его стиль, как и он сам, был не в меру свободный и спортивный. Порой, даже чересчур домашний. «Прост» и этим все было сказано. Непростительно «прост», но только снаружи. Опять же, со слов Никиты. Самой мне с ним не довелось, пока пообщаться. Но он сравнивал его с… Той самая «обшарпанной», «побитой» временем, дверью. Ничего необычного! Но дело то, как раз в этом, в отсутствии обычного.

Внутри был глубокий… Глубочайший мир! Который он прятал ото всех за своим сарказмом и какими-то «детскими шалостями», за своим «детским лепетом». Как и душу с сердцем. А точнее, душу в сердце. А уже его – не хуже, чем Кощей и свою смерть в игле прятал. Он боялся боли. Ты скажешь: «как и все». Но он почему-то сильнее всех. Собственно, выпивка и «связи», машины… Понимаешь, да? В попытке угнать и угнаться, не «загоняться»… Убежать! Как мог старался и пытался!

Бывало… И выдавал «сильные вещи». «Сильные» не столько по «внешнему признаку», сколько по «внутреннему». «Мощные» и «дельные»! Он мог дать «насущный совет» и «разложить» все дотошно «по полочкам». А мог не заморачиваться, как и всегда, и порекомендовать «намотать слюни и сопли на кулак». «Скрытый» в не менее глубоких карих глазах. Но опять же… И тут он выиграл «первенство». Научившись «высветлять» его до светло-карего, почти оранжевого янтаря. Виски! Если будет угодно… Научился бы, так же «высветлять» темные длинные ресницы и широкие брови, цены бы ему в косметологии не было.

Никита же был темноволосым и темноглазым брюнетом. Порой, до сокрытия темно-коричневой радужки в черном зрачке. Не черные, но и не карие. Его «затемнение» глаз происходило как-то проще, на первый взгляд. Не так «контрастировало», когда отходило от зрачка. Переходило сразу и в черное глазное яблоко. Собственно и в «уменьшенном виде» это смотрелось, скажем так, не менее жутко. Но будто в «демо-версии». Если все, кто его окружал, почти полноправные выходцы из «третьего десятка». Половины его. А кто-то, даже и выходец из «пятого». То он оставался на «заре» и на «началах». И на это были свои причины. Но «хорошего» – понемногу. Дабы не нагружать тебя всем и сразу. Его «обратили» не по желанию, а по «требованию». По «нужде» и «вынужденности».

Но его это и не особо расстраивало. Он был благодарен за это. Благодарен тому самому «сорокалетнему» за жизнь, которую он ему дал. И за «семью», которую предоставил. Пусть, все и были «старше» его самого. И в некоторых моментах почти не считались с ним. Уповая на свой возраст и опыт… На «началах», да! Было такое. Как он и сам говорил, но… После он понял и принял это. Привык к этому.

На «подмогу» тогда ему пришли учебные заведения. И их учащиеся и обучающиеся… «Сверстники»! На «человеческий» манер… Где были его «друзья» и «подруги». «Сестры» и «братья»! Правда, не все так и считали. Но «в семье и не без урода». А дети – злые, по всем «сторонам». Как и взрослые. В принципе люди! Пусть, они и до конца поняли. Но не до конца приняли наличие, помимо себя, еще каких-то «особей». Которые еще и выглядят, как они. Но не они! Ангелы и демоны… Конечно, не все. Не все «такие» и такими были. Или стали. И «неизменность» в этом никак не помогала. А порой, даже и вредила. Как никогда, как никто и ничто! Не все жили одно количество времени. Лет и веков! Только ангелы и демоны. Что давало ход «сменяемости видов» перед глазами. Да и с разными «силами». С разными «энергиями» и «статусами»!

Вроде, «хищника» и «жертвы». «Добычи», в какой-то мере, для нас. От этого было и становилось еще хуже. Они – были «пропитанием». Нашим «питанием», а мы… Кто-то «нападал», кто-то «питался». Кто-то «убивал», а кто-то «спасал». Кто «убийца», кто «хранитель». Кто «вершитель закона и правопорядка». Кто «нарушитель». Но между «видами». На «поверхность» это не выносилось. Так как, пресекалось. Если чересчур нагло нацистки и расистски выглядело. Был один принцип: «не ты мне, не я тебе». Никто никому не мешает, ни к кому не лезет. Все от всех отстали! И начали сожительствовать и сосуществовать в этом. Периодически «кормясь».

Да, «насыщаясь». Но без этого нельзя. Кто-то воспринимал это адекватно, кто-то – нет. Но все было равно. Дашь на дашь. Без них не было бы нас, а без нас – их. Они помогают нам – дают «энергию». Мы их оберегаем и храним! И не убиваем, если не хотим быть «следующими». Но уже по закону. «Лечим», в соответствии с «видом». Кто ангел, а кто демон. Кто светом, а кто тьмой. Все зависело от «подхода» и «перебора». Если доходило до убийства – доходило до убийства. Все просто! «Будешь предан – будешь предан». Предал равновесие и баланс. Предал и Совет. «Получи и распишись». «Залечивали» все, да! А куда деваться? «Восстанавливали»! Ангелам такое не в первой. А демоны привыкали долго. Как и люди – к ним самим. Да и ко всем нам.

Учеба, несмотря на «спектр услуг», предоставляемых «видам», как и у всех людей, была обязательным элементом. Социализацией и коммуникацией. А Никите просто, нравилось учиться, как и носить форму. Быть в этом мгновении и в этих моментах. Хоть, и презирал напрочь «бабочки». Ему по душе были галстуки! Брючные костюмы и рубашки, плащи… Жилетки! Ну… Нравилось! Одному из немногих, наверное. И он получал от этой «должности» удовольствие. Это – не была потребность. Он вполне мог постигать все это и сам. В один «заход». Будь то «очно» или «заочно», «дистанционно». Уже бы сто раз постиг и не ходил, но он не захотел.

Ему, как и учиться, нравилось общаться. Напрямую и со всеми. И даже, если где-то «обгонял» и понимал больше. Скрупулезно верил в «повторение, как мать учения». И «подтягивал» за собой остальных, если возникала потребность. Не «кичился» и не «выпячивался». Был среди «массы». Грустя за «потоковость», но радуясь «изменяемости» и «сменяемости», «новости». По нему, жили бы все «одинаково». Он бы и не скучал за «однообразностью» и «стагнацией». Наверное… С «семьей-то» своей не скучает, а они не первый год и век с ним.

«Ребенок»! Это – был «ребенок»! Самый, что ни на есть, «настоящий». С «искоркам»и в глазах, интересом ко всему и всем, открытой душой и сердцем. Не совру, если скажу, что он был самым «сердечным» среди всех. Не только в их «семье», но и в мире. Ему одному удалось сохранить это и «пронести». А еще и «пронять» на это остальных. Кто учился с ним, всегда терялись в понятийном аппарате, «светлый» он или «темный». «Чужой» он или «свой»? Их?! «Живой» или… А он и не спешил «открываться» в новой компании.

Ему нравилось быть: «чужим среди своих» и «своим среди чужих». «Мир розовых очков» – был его миром. Что было, конечно, и не очень хорошо. Но и неплохо, учитывая, как он перенес «становление» в демона. Имея в прошлом, и на роду, как бы сказать, «испорченную кровь». Свою же! Будучи сыном матери-человека и отца-демона. Там было все, без его воли и волеизъявления, без спроса! Ему просто, не оставили выбора. Как в первый раз, оставив на себя и без всего, без всех. Так и во второй раз забрав, но зато уже куда и к кому! Он оставил выбор за собой, кем и каким быть. Человеком в демоне, а не наоборот.

Влад не поддерживал его в этом, но и опроверг, ничего не говорил «против». Может потому, что завидовал, что не мог видеть мир «таким», как Ник. А может и как с Дедом Морозом, у «человеческих» семей, не хотел «разбивать» его. Любил его! Хоть, опять же, никогда в этом не признавался.

Как и в том, что Никите свезло с «большим обхватом территории». Преимущественно, женской. По нему «сохли» все. Когда же «закадычный» шатен привлекал лишь «таких» же, как он сам. Но «с кем поведешься…». Он не надеялся на «большее», но и не соглашался на «меньшее».

И если Влад посматривал на Никиту с некой «завистинкой». То сам Никита смотрел на «другого». И старался походить на него, «утонченным» и строгим стилем. «Холодным» и «ледяным»…

Черная Принцесса: История Розы

Подняться наверх