Читать книгу Миры - - Страница 9

Рыжеволосая византийская принцесса сидела в дворцовой опочивальне и серебряным гребнем расчёсывала распущенные волнистые локоны. Лицо девушки светилось от приятных мыслей, когда она глядела в зеркало консольного туалетного столика. Вчера вечером вернулся Иоанн Цимисхий с известиями об освобождении северной крепости. Но вовсе не эта новость заставляла принцессу улыбаться своему отражению.

Сегодня утром одна из служанок случайно подслушала откровенный разговор Иоанна с братом принцессы Анны. Славянский князь не прибыл после победы вместе с военачальником в византийский Царьград, а ожидает императора Василия в освобождённой Корсуни. Но главное – Владимир рассчитывает на приезд и Её Высочества Анны.

За свои двадцать пять лет византийская принцесса много раз испытывала на себе вожделенные мужские взгляды. К ней сватались царственные особы не только германцев и франков, но даже из постоянно воюющего с Византией Болгарского Королевства. Сам Иоанн Цимисхий, поспособствовавший в своё время восхождению на престол Василия Второго, делал молодой Анне недвусмысленные намёки, призывая проявить благосклонность к его персоне.

Однако во всех этих пламенных речах и похотливых взглядах юная принцесса считывала стремление претендентов за счёт её положения расширить границы своих земель, захватить влияние либо власть. Сама же себе она виделась не больше чем инструментом для этих целей. Но что-то поменялось несколько месяцев назад, когда Анна вынуждена была отправиться в земли северных язычников. Нет, само путешествие держало молодую особу в жутком напряжении. И глубоко вздохнуть Анна смогла лишь только, когда в день высадки славян на Тавриде она отчалила в сторону её любимого Константинополя. Взгляд языческого князя впервые показался принцессе непохожим на другие только по возвращении домой. Именно глядя на себя в зеркало, девушка вспоминала совершенно в других красках и своё путешествие, и варварскую крепость, увешанную шкурами животных, и бесхитростные глаза северянина.

– Ваше Высочество, Его Величество император и гости собрались и ожидают Вас к ужину, – мелодичным голосом сказала служанка, бесшумно вошедшая в покои принцессы Анны.

– Уложи мне волосы, – произнесла её госпожа, застёгивая уже давно надетый по этому случаю вечерний наряд.

Анна подозревала, с какой целью её пригласили и что это были за гости. И на сей раз им не застать её врасплох. Девушка была готова.

***

– Мой дед император Константин не зря в своём трактате «Об управлении Империей» завещал категорически отклонять все просьбы северных племён о родстве через брак, – говорил император Василий Второй сидевшему рядом с ним Патриарху Николаю Златослову.

Вошедшая в главный триклиний в это время принцесса Анна увидела четверых мужчин, расположившихся на ложах. Кроме своего брата, активно ведущего беседу с патриархом, рядом сидели Иоанн Цимисхий и бывший пресвитер, а ныне Его Преосвященство епископ Михаил. Все, кроме императора, при виде принцессы Анны встали и поприветствовали её поклоном.

– Всё так, мой император, но это при условии, что северный князь решит сохранить свою языческую веру, – молвил патриарх в ответ Василию Второму, снова усаживаясь на своё ложе.

Рядом с каждым занятым ложем стояли столики, сервированные золотыми приборами и блюдами с яствами. На одно из соседних лож села молодая принцесса. К ней без промедления начали подходить юные служанки и ставить приносимую на разносах еду. Принцесса взяла с одного из блюд виноградную кисть. Разговоры мужчин сегодня её интересовали куда больше ужина.

– Хорошо. Предположим, что язычник не согласится принять нашу веру? – император с силой ткнул разделочной двузубой вилкой в нежную запечённую кроличью мякоть так, что она с лязгом оцарапала столовый фарфор.

– По уверениям нашего нового епископа Михаила, устремления и цели киевского князя давно вышли за пределы отживших своё время славянских убеждений, – два высших христианских духовника многозначительно переглянулись.

– Да, повелитель, – как бы в подтверждение слов патриарха, сказал отец Михаил. – Славянские боги не одобряют монархию и вседержавие. Я сам когда-то чтил их Веды. Но истинная вера в одного Господа прояснила мой затуманенный взор. А научиться ей возможно, лишь служа одному правителю здесь – в этом мире.

После некоторого пережёвывания пищи, откинувшись на спинку ложа с бокалом вина из плодов граната, император нарушил молчание:

– Значит, князь русов хочет то, против чего, скорее всего, будут большинство других князей?

Как бы размышляя сам с собой, задумчиво проговорил византийский монарх и добавил:

– Возможно, нам было бы выгодно поспособствовать ему в этом.

Последние слова императора прямо потрясли Иоанна Цимисхия. Он надеялся, что ни сам Василий, ни его сестра не примут столь варварское приглашение, если это вообще можно назвать приглашением, киевского князя. В последней попытке повлиять на уже почти состоявшееся решение, военачальник встал со своего ложа и, поклонившись императору, проговорил:

– Прошу простить, но, возможно, было бы правильным спросить мнение самой принцессы. Ведь её роль в этом деле может статься самой незавидной. Не нужно пренебрегать вероятностью того, что князь русов всё-таки имеет намерение сочетаться браком с Венценосной принцессой Анной.

Иоанн Цимисхий снова поклонился теперь уже самой Анне, и взгляды всех четверых мужчин устремились к той, кому было передано слово.

Принцесса встала. Её не передающее никаких эмоций прекрасное лицо чудесным образом скрывало жгучее желание снова ощутить на себе внимание северного князя. Холодным взглядом она окинула каждого из мужчин. Последним был её брат.

– Брат Наш любимый, – произнесла византийская принцесса, – Вы знаете не только Нашу веру в Бога, но и то, что пути Его неисповедимы. Только лишь одному Ему дано знать будущее. А Мы можем лишь уповать на Него. Мы молились Ему с тех пор, как Он позволил Нам вернуться из варварских земель живой и невредимой. Теперь же Мы чувствуем, что вновь должны послужить Ему и империи. Мы готовы выполнить свою миссию и отправиться с Вами на Тавриду. И да хранит нас Бог.

С этими словами византийская принцесса наложила тремя перстами в воздухе крест на себя, а затем на императора Василия Второго и села на своё ложе. Оба священнослужителя тоже встали и поочерёдно проделали тот же самый ритуал сначала по направлению к принцессе Анне, а потом к императору.

Затем Патриарх Николай Златослов сказал, обращаясь к епископу Михаилу:

– Сын мой, ты уже не раз доказывал, что сам Господь коснулся чела твоего. Отправляйся же в путешествие и будь снова языком, глазами и ушами Церкви Христовой.

С этими словами отец Михаил приклонил оба колена перед патриархом и припал губами к его руке.

– Да будет так, – торжественно провозгласил император и добавил, теперь уже глядя в глаза всё ещё не верящему своим ушам Иоанну Цимисхию. – Распорядись, чтобы снарядили императорский дромон к отбытию на Тавриду завтра к вечеру. И ещё двадцать для сопровождения. Я лично приглашу князя Владимира посетить Константинополь. Ты же подготовишь приём в честь нашего возвращения. Пусть он узрит всё величие византийской империи. И этот союз оставит свой след на века.