Читать книгу Виола - - Страница 16

Предпоследнее утро в Калькутте повисло в воздухе густым, сладковатым томлением, словно сам город нехотя готовился отпустить их. Солнце, пробивавшееся сквозь дымку, золотило черепичные крыши и рекламные вывески, но не в силах было развеять тяжёлое, предгрозовое ощущение надвигающегося разрыва. Вайолет проснулась с ощущением свинцовой тяжести во всём теле и ледяной, кристальной ясностью в сознании. Сегодня был день, когда её жизнь должна была расколоться на «до» и «после».

В холле гостиницы царила нервная, приподнятая атмосфера, характерная для конца любой зарубежной поездки. Все говорили громче обычного, смеялись через силу, обменивались последними рупиями. Мисс Гловер, в своём неизменном твидовом костюме с плечевыми подкладками, выглядела уставшей, но довольной – конец мучительной ответственности был близок. В её руках был всё тот же кожаный планшет, а голос, усиленный необходимостью перекрыть общий гул, звучал как металлический скрежет.

– Ребята, внимание! – её голос прорезал гул, заставляя всех замолчать. – Сегодняшний день – снова ваш. Последний шанс закупиться сувенирами и впечатлениями. Свободное время до шести вечера. Явка в отеле строго к шести для инструктажа. Завтра подъём в шесть утра, в семь – выезд в аэропорт. Никаких опозданий, никаких эксцессов. Я хочу, чтобы всё прошло идеально. – Её взгляд, как радар, выхватил Вайолет из толпы. – Вайолет, с вами всё в порядке? Вы выглядите бледной.

– Всё прекрасно, мисс Гловер, – Вайолет заставила свои губы растянуться в самой беззаботной, типично подростковой улыбке, какую только могла изобразить. – Просто немного взволнована отъездом и… предвкушением сегодняшнего дня. Готова на подвиги.

– Хм, – директриса недоверчиво хмыкнула, сверкнув стеклами очков, но, поглощённая общими приготовлениями и необходимостью раздать всем карманные деньги на последние траты, отстала.

Вернувшись в номер, Вайолет ощутила прилив странной, почти истерической энергии. Она чувствовала себя дирижёром, готовящимся к своему самому важному концерту, где любая фальшивая нота, малейшая оплошность означали бы катастрофу. Она аккуратно развернула свёрток с сари – не кричаще-розовое, а то самое, благородного оттенка тёмной хвои, расшитое приглушённым серебром. Оно было её доспехами, её униформой для самого важного разговора в жизни.

– Ого! – воскликнула Сьюзи, откладывая свой журнал. – Но я думала, ты наденешь то, розовое, для своего свидания? Оно же такое яркое, он точно заметит!