Читать книгу Сокровища заброшенных усадеб. Серия «интеллектуальный детектив», том 1 - - Страница 8

Рассвет застал их в том же номере, в состоянии тягучего, тревожного ожидания. Алексей, не сомкнувший глаз, ворочался на кровати, при каждом шорохе за дверью замирая и впиваясь в нее взглядом. Елена, задремавшая на пару часов, теперь снова сидела за ноутбуком, ее лицо в синеватом свете экрана казалось осунувшимся и серьезным. Они пили чай из гостиничных пакетиков – безвкусный, жидкий, но хоть какая-то видимость нормальности.

Спасительный стук в дверь прозвучал ровно в шесть утра. Три четких, коротких удара. Не просящие, а констатирующие.

Алексей вздрогнул и посмотрел на Елену. Она кивнула, отложив ноутбук в сторону. Он подошел к двери, посмотрел в глазок, и облегченно выдохнул.

«Откройте, Белых, не замерзать же мне тут», – раздался из-за двери низкий, хриплый голос, который он слышал несколько часов назад по телефону.

Алексей сдернул цепочку и открыл.

На пороге, заполняя собой весь проем, стоял Егор Смирнов. Мужчина выше среднего роста, с плечами боксера. На нем была поношенная, но качественная кожанка темно-коричневого цвета, под ней – простой темный свитер. Волосы с проседью были коротко стрижены, на лице квадратном лице с крупными чертами читались усталость и опыт множества бессонных ночей. Но главное – это были его глаза. Серые, цепкие, сканирующие. Они за долю секунды провели инвентаризацию всего: прихожей, номера, растерянного Алексея, Елены у стола, разбросанных вещей. Это был взгляд, который не упускал ни одной детали, мгновенно оценивающий обстановку, людей, уровни угрозы.

«Ну, здравствуй, архивариус, – Смирнов шагнул в номер, его присутствие физически изменило атмосферу в комнате, наполнив ее напряженной энергией. – Жив, я смотрю. Уже неплохо».

Он снял кожанку и бросил ее на спинку стула. Его взгляд упал на Елену, которая поднялась ему навстречу.

«А это кто?» – спросил он, обращаясь к Алексею, но не отводя от нее глаз.

«Елена Соколова. Журналист. Она была в парке, помогла мне», – поспешно объяснил Алексей.

Смирнов медленно кивнул, изучая ее с ног до головы. Он знакомился с Еленой. Его вердикт был быстрым и безжалостным.

«Журналистка? – он произнес это слово с легкой, но отчетливой презрительной ноткой. – Пресса. Отлично. Не хватало только утечек в желтую газетенку. Слушай сюда, Соколова. Вы здесь по воле случая. Можете быть полезны. Но лишняя болтовня – где угодно, с кем угодно – и вылетишь из игры. Поняла? Я не буду разбираться, случайно это или нет. Просто выставлю тебя за дверь к нашим друзьям. Уяснила?»

Елена, казалось, была готова к такому приему. Она не смутилась, лишь чуть приподняла подбородок. «Уяснила. Но без меня у вас не было бы и половины информации. И без меня вы вряд ли найдете то, что нужно, в информационном поле. Так что давайте без угроз. Я здесь, потому что меня тоже втянуло, и мне это, как ни странно, интересно».

Смирнов усмехнулся уголком рта. «Дерзкая. Ладно. Посмотрим». Он повернулся к Алексею. «А ты, я смотрю, весь перемазанный. Сражался с грязью?»

«Провалился в протоку», – мрачно буркнул Алексей.

«Классно. Настоящий Индиана Джонс. Ну что, показывай, из-за чего весь сыр-бор».

Смирнов не стал тратить время. Он достал из своего вещмешка небольшой походный чайник, заварил в нем крепчайший чай, разлил по пластиковым стаканчикам и уселся за стол, отодвинув ноутбук Елены. Он смотрел на них как следователь, готовящийся к допросу.

«Так, – начал он, закуривая. – Начнем с начала. И по порядку. Белых, твоя версия. Подробно, но без лирики. Только факты».

Алексей, под его тяжелым взглядом, снова, уже в который раз, пересказал всю историю. На этот раз более структурно, опираясь на хронологию. Смирнов слушал, не перебивая, лишь изредка делая пометки в своем блокноте.

Когда Алексей закончил, Смирнов повернулся к Елене. «Теперь вы. Что видели, что слышали. С момента, как заметили Белыха».

Елена описала свое наблюдение, погоню, слова преследователей. Смирнов кивал, сверяясь со своими записями.

Потом начались вопросы. Он задавал неожиданные, точные вопросы, выжимая из их памяти каждую мелочь.

«Одежда, обувь преследователей? Не просто „темная“, а что именно? Кроссовки, ботинки? Кожа, ткань?»

Алексей задумался. «Тот, что в пальто… в туфлях. Кожаных. Дорогих. Другой… в ботинках, армейского типа».

«Какие акценты в речи? Малейшие особенности. Оканье, гэканье, слова-паразиты».

«Человек в пальто говорил… очень грамотно, – вспомнила Елена. – Без акцента. Как диктор. Но… с легкой картавинкой. Едва заметной».

Смирнов сделал пометку. «Марка и цвет внедорожника? Номера? Хотя бы часть, регион».

«Темный, – сказал Алексей. – Синий или черный. Mercedes, кажется. G-класс. Номера… не увидел. Слишком темно было».

«Они не местные, – тихо проговорил Смирнов, глядя на свои записи. – Дорогая обувь, грамотная речь, иномарка бизнес-класса. Столичные гости. Интересно».

Он отпил чаю и перевел взгляд на чертеж, который Алексей осторожно развернул на столе.

«Fons Vitalis… „Источник жизни“ – прочел он вслух. – Пафосно. Слишком пафосно для простого хранилища бумаг. Ломоносов был практиком. Философом, но практиком. Могло ли это быть связано не с философией, а с чем-то конкретным? С тем, что дает жизнь? Медициной? Химией? Может, там не архив, а лаборатория? Или результаты экспериментов?»

Алексей посмотрел на него с интересом. Он сам думал об архиве как о собрании текстов. Версия Смирнова придавала всему новый, более опасный и конкретный смысл.

Смирнов откинулся на стуле, выпустив струйку дыма в потолок.

«Итак, что мы имеем. Организованная группа. Хорошо информированная. Финансируемая. Цель – не вы и не журналистка, а этот чертеж и то, к чему он ведет. Почему?»

Он постучал пальцем по столу.

«Версия первая: Корпоративный шпионаж. Самый вероятный вариант. Возможно, кто-то из современных фармацевтических или химических компаний знает о потенциальной ценности открытий Ломоносова. Ученые того времени работали с тем, что было под рукой. Травы, минералы, руды. Ломоносов мог наткнуться на что-то гениальное – новый антибиотик, формулу сплава, принцип катализа. Что-то, что можно воспроизвести сегодня и запатентовать. Или, наоборот, похоронить, если это угрожает их бизнесу. Они охотятся за этим, чтобы получить технологическое преимущество. Или устранить угрозу».

«Версия вторая: „Теневики“ от коллекционирования. Менее вероятно, но нельзя сбрасывать со счетов. Есть богатые нелегальные коллекционеры, одержимые историей России. Готовые платить миллионы за уникальный артефакт. И готовые на все ради обладания им. Для них это просто еще один трофей. Дорогой и эксклюзивный».

Он посмотрел прямо на Алексея. «Версия третья: Внутренние враги. Кто-то из твоих коллег в институте. Кто высмеял тебя при всех, но сам поверил в твое открытие. Решил действовать в тени, наняв профессионалов, чтобы забрать все лавры и деньги себе. Ты же говорил, все смеялись? А вдруг один смеялся громче всех, чтобы скрыть свой интерес?»

Алексей почувствовал, как по спине пробежал холодок. Версия с Плотниковым или даже с Крутовым внезапно стала не такой уж невероятной.

«Сидеть сложа руки – значит проиграть, – Смирнов потушил сигарету. – Начинаем работать. Каждый на своем фронте».

Он составил план, раздавая задания, как полководец перед операцией.

«Соколова, – он посмотрел на Елену. – Используйте свои журналистские навыки. Но тихо. Без лишнего шума. Копайте в сторону фармбизнеса. Ищите компании, особенно с историей, которые могли бы проявить интерес к историческим патентам или альтернативной медицине. Ищите любые упоминания о Ломоносове в контексте коммерческих исследований. Также ищите информацию о любых попытках приватизации или выкупа усадьбы Тайцы в последние годы. Кто стоял за этими попытками?»

Елена кивнула, ее глаза загорелись азартом. «Есть».

«Белых, – Смирнов повернулся к Алексею. – Пока мы в безопасности, ваша задача – детально изучить чертеж. Сантиметр за сантиметром. Сопоставьте его с современными и историческими картами, спутниковыми снимками. Попытайтесь понять, куда ведет эта дренажная система. Нужно точно определить местоположение „Источника“. И ищите любые скрытые символы, пометки, которые мы могли упустить. Вы эксперт по бумагам. Делайте то, что умеете».

Алексей почувствовал прилив уверенности. Наконец-то ему дали задание, в котором он компетентен. «Я займусь этим».

«А я займусь нашими друзьями, – заключил Смирнов. – У меня есть старые связи. Посмотрим, кто они такие. И откуда растут ноги. Пока вы работаете, я проверю окрестности, убедимся, что за нами не установили наружное наблюдение».

Алексей и Елена погрузились в работу. Алексей разложил чертеж на столе, вооружившись лупой и планшетом с картами. Елена, уткнувшись в ноутбук, начала свой цифровой поиск, ее пальцы быстро стучали по клавиатуре.

Смирнов постоял, посмотрев на них, затем вышел на балкон. Утренний воздух был холодным и свежим. Внизу просыпался маленький городок, доносился гул редких машин. Он достал старый, потрепанный телефон, не смартфон, а простую «раскладушку», и набрал номер.

Ответили почти мгновенно.

Смирнов говорил тихо, его голос был низким и собранным.

«Сергей, это Смирнов.»

Пауза. Потом он продолжил.

«Прощупай ты мне одну контору… Да, я снова в строю.»

Еще пауза. Слушая что-то, Смирнов смотрел на горизонт, где над лесом поднималось солнце.

«Нашлось одно не закрытое дельце… историческое.»

Он выслушал ответ, коротко кивнул, хотя собеседник не мог его видеть.

«Жду информации. И, Сергей… это может быть серьезно».

Он положил трубку и остался стоять на балконе, опершись на перила. Его лицо, освещенное утренним светом, было серьезным и сосредоточенным. Скучной пенсии пришел конец.

Внизу, на противоположной стороне улицы, припарковалась серая машина. Не та, что была в Тайцах. Другая. Но Смирнов, как и Алексей, имел свою паранойю, отточенную годами. Его взгляд, как радар, зацепился за нее. За темным стеклом водительской двери он разглядел слабый блик – возможно, от бинокля или объектива фотоаппарата.

Уголок его рта дрогнул в подобии улыбки. Не улыбки радости, а улыбки охотника, почуявшего дичь.

Охота началась. И теперь он знал наверняка – они не просто убегали. Они были целью.