Читать книгу Сага о ночной Волчице - - Страница 16

Дорн покинул Глуховье с тяжелым чувством. Мельница была логовом, но логовом пустым. Она его почуяла и ушла. Умная. Осторожная. Это усложняло задачу, но делало ее интереснее.

Он двинулся по следу, вернее, по тому, что он считал следом – цепочке странных происшествий и жестоких, но избирательных убийств, которые вели на юг. Он проверял каждую заброшенную хижину, каждый старый сарай на своем пути. И каждый раз находил лишь эхо ее присутствия: тусклый запах мороза и крови, который уже успевал выветриться.

Она всегда была на шаг впереди.

После нескольких дней бесплодных поисков он решил устроить засаду. Он нашел идеальное место – заброшенную сторожевую башню на холме, откуда открывался вид на дорогу и ближайшую деревушку. Если она где-то рядом, рано или поздно она появится здесь.

Ночь была тихой и безлунной. Дорн устроился на каменном полу второго яруса башни, завернувшись в плащ, чтобы скрыть тепло своего тела и запах. Он не двигался, слившись с камнями, его дыхание было медленным и ровным. Только глаза, приученные к темноте, постоянно сканировали окрестности.

Прошло несколько часов. Ни звука, кроме криков ночных птиц и шелеста листьев на ветру. И тогда его охотничье чутье, тот самый внутренний колокол, что предупреждал об опасности, зазвенел тихо, но настойчиво. Его затылок заныл.

Кто-то наблюдал за ним.

Он не шелохнулся, лишь его пальцы медленно сомкнулись на рукояти серебряного кинжала. Он вслушивался в тишину, пытаясь определить источник. Сверху? Снизу? Снаружи?

Ничего. Лишь ощущение тяжелого, невидимого взгляда.

И тогда это случилось.

Легкое, как дуновение, теплое дыхание коснулось его уха. И голос. Низкий, хрипловатый, полный сладкой, смертоносной насмешки.

«Ищешь меня, охотник?»

Дорн дернулся так резко, что чуть не ударился головой о стену. Он рванулся на ноги, выхватывая кинжал и описывая им вокруг себя ослепительную серебряную дугу. Но он резал лишь воздух.

В башне никого не было.

Сердце его бешено колотилось, кровь стучала в висках. Он стоял, тяжело дыша, сжимая в потной ладони рукоять кинжала. Он был абсолютно один. Но запах… тот самый, цветочный и ледяной, все еще витал в воздухе, словно призрак.

Это не было галлюцинацией. Она была здесь. Она подошла к нему вплотную, пока он, опытнейший охотник, сидел в засаде. Она подошла так близко, что прошептала ему на ухо. И исчезла, не оставив и следа.

Унижение и ярость закипели в нем. Его обвели вокруг пальца. Сыграли с ним, как с щенком. Он был не охотником в этой игре. Он был мышью, которую кошка решила помучить перед смертью.

«Выходи, тварь!» – проревел он в пустоту, и его голос гулко отозвался от каменных стен. «Покажись лицом к лицу!»

В ответ его призыв встретила лишь насмешливая тишина. И шепот ветра в амбразурах, который теперь казался ее тихим, довольным смехом.

Дорн в ярости спустился вниз и вышел из башни. Он стоял на холодном ночном ветру, и по спине у него бежали мурашки. Впервые за долгие годы он почувствовал не просто опасность, а нечто большее – леденящий душу трепет перед тем, что превосходило его понимание.