Читать книгу Рефлексия тени. Испытание Формена - - Страница 3

В Городе нищих не было верховной власти в нашем понимании в нашем понимании этого слова, не было трона и не было ни каких институтов управления .

Да и сам город не нуждался в этом. Его улицы были обшарпанными, сотканы из руин прежних эпох и обветшалых построек , в которых ютились жители города , а так же площадей, где сидели старики и те, кто никогда не знал что такое «дом». Здесь всё держалось не на силе и не на законах, а на памяти.

Но все же было одно правило, оно было древнее всех инструкций и кодексов: раз в сто лет жители должны были выбирать правителя. На всю его жизнь. Не больше и не меньше. Передавать власть по крови запрещалось. Никогда. Ни при каких условиях. Так повелось со времён, когда Город едва не разорвали на части семьи и кланы, жаждущие наследия.

За месяц до выборов никто и представить не мог, что Джо выдвинет свою кандидатуру.

Он не был старейшиной, не был священником, не был торговцем праведностью. У него не было ни богатства, ни связей. Зато у него были улицы. Он знал их как свои шрамы: каждую петлю, каждый запах, каждую дверь, за которой жила память.

– А что ты предложишь? – спросили его на первых дебатах.

Толпа ждала громких слов. Ждали обещаний, клятв, призывов. А он улыбнулся – криво, так, как умел только он, и сказал:

– Я предложу вам игру.

В зале загудели.

– Игру? – переспросил кто-то из старейшин, недоверчиво морщась.

– Простую, – спокойно ответил Джо. – Я опишу каждого кандидата. Без лжи. Только то, что знают улицы. А вы сами решите, кто достоин.

Это был шок.

Все знали: у Джо язык как скальпель. Он не говорил лишнего, но если говорил – то так, что каждое слово оставалось в голове навсегда.

Через три дня игра превратилась в бойню – словесную, но беспощадную.

Первым пал торговец реликтовыми ядрами. Джо не обвинял его напрямую. Он лишь напомнил, что в секторе 4-Б после его сделок погасли три световых купола. Люди остались без энергии. Многие вследствие чего замерзли и голодали, а некоторые даже погибли. Толпа сделала вывод сама.

Вторым ушёл священник. Джо тихо произнёс: «А сколько детей умерло в твоём секторе прошлой зимой? Сколько из них ты накормил своей верой?» Этого хватило. Толпа замолчала, а потом отвернулась от него.

Третий – кандидат с имплантом от промышленной гильдии . Джо даже не стал говорить громко. Просто шагнул ближе и показал пальцем на металлический разъём у виска. А в Городе нищих такие метки не прощали никогда.

Остальные кандидаты уходили сами. Кто-то молча, кто-то со злостью. Но через три дня на сцене остался один Джо.

Тогда ему задали главный вопрос:

– А кто ты сам, Кривой Джо?

Он помолчал. Смотрел на толпу так, будто видел не людей, а сам город – его шрамы, его изгибы, его память. Потом сказал:

– Я тот, кто не хочет власти. Именно поэтому, если вы дадите её мне, я не стану держать её мёртвой хваткой. Я просто не отдам её тем, кто снова превратит всё в прах.

Слова легли в сердца. Они звучали не как обещание, а как приговор.

На голосовании он победил в первом туре.

Девяносто восемь процентов.

Толпа кричала его имя. Старейшины молчали, но никто не осмелился спорить. С того дня Город нищих обрёл нового правителя – Кривого Джо. И впервые за многие десятки лет у людей появилось чувство, что их выбор был не случайностью, а необходимостью.