Читать книгу Аромат идеала - - Страница 8

—Жизнь и смерть —не единственные формы существования.

–Отец?

–Ты знаешь о жизни и смерти тела, знаешь, как может умереть душа. Но это не единственные способы существования. Дай руку.

–Куда ты ведешь меня?

–Увидишь.

Сгустилось пламя, и пламя стало миром.

–Что ты чувствуешь?

–Необыкновенную легкость, покой, радость. И в то же время я слышу свое тело там, далеко, на Земле.

–Ты не живешь и не умираешь, когда путешествуешь, и это тоже форма существования. Но здесь, сейчас, это другое.

–Я в твоем сердце?

–В том, что люди зовут Богом. Там, где не может выжить ни одно живое существо.

–Твой сын?

–Ни одно из существ. Для них это смерть.

–Но я жива и чувствую себя прекрасно.

–Это не жизнь, а форма существования. Другая, не известная тебе вероятность.

–Здесь в самом деле никто не может находиться?

–Разве ты не знаешь, что даже одно мое дыхание может уничтожить вселенную? А ты находишься внутри меня. Пойдем.

–Я хочу побыть здесь еще немного. Мне так хорошо.

–Слишком хорошо, я думаю. —Он засмеялся. – Здесь пробуждается твоя чувственность, потому что сила жизни наполняет тебя, первородная сила, несущая энергию всему живому. Пойдем. Ты еще сможешь вернуться сюда.

–Этот белый свет… Это то, что я думаю? За ним —голубое. Почему ты подталкиваешь меня к нему, а не доводишь до порога?

–Мне нельзя идти туда…

Я стала между золотом и синевой —и упала внутрь.

Голубой глубокий туман плавал, словно вода, просачиваясь сквозь меня, обтекая, словно музыка.

Музыка… Но я действительно слышала музыку. Кто-то играл на флейте. Я приподнялась и с трудом села, опираясь о туман. Смешное существо, похожее на сказочного тролля, в лохмотьях, приплясывая, играло на флейте. Незатейливая мелодия с преобладанием низких звуков не раздражала, а успокаивала.

–Что он делает здесь?

–Я создала его, как в земных сказках.

–Пусть он исчезнет. Ему здесь не место.

–Почему?

Тролль исчез.

–Ты подглядывала.

–Это слово на очень звучное. Подглядывала… Звучит неважно. Наблюдала. Следила. Проводила разведку.

–Подглядывала.

–Ну, хорошо. Подглядывала.

–Зачем?

–Я беспокоюсь о тебе.

–Тебя волнуют мои проблемы?

–Ни одна из них.

–Тогда что?

–Подойди.

Я подошла к синей стене и вошла в нее. Синее-синее, живое, плотное, непрозрачное, окутало меня. Я погрузилась в него и утонула в нем. Что чувствует утонувший в море, когда понимает, что может дышать под водой?

–Что ты ощущаешь?

–Не знаю.

–Это тоже существование, одно из существований. Но оно не доступно никому, даже твоему Отцу.

–Что оно несет?

–Смерть для всего, чего коснется.

–Но почему я жива и ощущаю его? Почему я здесь?

–Потому что ты —мое дитя, и здесь ты родилась. Отсюда я отправила тебя в мир, где ты сейчас находишься, но, вероятно, сделала это напрасно.

–Почему?

–Я очень беспокоюсь за твою жизнь.

–Отец защитит меня.

–А если он не сможет этого сделать? Если он ошибается? Я приняла решение.

–Какое решение?

–Они все умрут.

–Мой Отец?

–Все, что я создала, и твой отец, и его братья.

–Нет. Прошу тебя, не делай этого.

–Что, по-твоему, лучше для твоего Отца —быстрая смерть или бесконечные мучения, которым я его подвергну, если он не убережет тебя?

–И что же будет потом? Мы останемся с тобой вдвоем —ты и я? Я возненавижу тебя и научу ненависти тебя. И что будет тогда с нами?

–Похоже, ты не оставляешь мне выбора. Твое чувство обиды и жалости останавливает меня. А, может быть, любви?

–Прости. Я не хочу с тобой ссориться. Я хочу, чтобы ты поняла. Я любою своего Отца. Я люблю своих родителей и своих друзей. И не хочу потерять их.

–Тебя бы следовало приструнить как следует. Ты и так получаешь все, что хочешь. Твой Отец избаловал тебя до крайности.

Я вздохнула, окунувшись в синюю-синюю красоту. Вопреки произнесенным словам, я чувствовала совсем другое. Не было ни гнева, ни обиды, ни раздражения. Только радость. Только покой. Кажется, я уснула. Мне снились синие сны.

–Я еще здесь?

–Ты спала. А я читала в твоей душе. Я обнаружила чувство, которое все объясняет.

–Какое чувство?

–Твою боль. Ты пережила много обид и предательства. Тебя продавали и покупали, отдавали в залог чужих страстей. Ты простила. Но не забыла.

–Это правда. Я не забыла.

–Я ощутила твою боль. Я поняла —ты простишь меня, но никогда не забудешь того, что я сделаю.

–Это правда.

–Тогда я отдаю тебе право решать, жить твоему Отцу и его миру, или умереть.

–Это невозможно.

–Теперь это твое решение, и судьба этого мира зависит от тебя. Я дам тебе силу смерти, которая очень напугает многих в твоем мире. Нет ничего страшнее синего цвета, знай и помни это. Не голубое, разбавленное переходом через пространственное существование, а синее, ничем не разбавленное. Мы скоро увидимся.

Она подтолкнула меня сквозь проход.

–Отец?

–Я здесь. Иди сюда, не дрожи. —Золотой свет окутал меня, баюкая. – Отпусти синее. Пусть оно распустится как цветок. Вот так. А теперь я дам тебе золотое. —Золотые искры вспыхнули, смешиваясь с синим, и синий свет засиял и заискрился, разбавленный солнцем и теплом другого мира. —Вот так. Теперь не страшно. Только немного больно.

–Тебе больно?

–Немного. Но я привыкну к этой боли, раз собираюсь воспитывать тебя.

–Мне очень жаль.

–Это ничего. Я приму от тебя все, что угодно, лишь бы ты была рядом со мной.

–Почему?

–Ты принесла изменение реальности, то, о чем я мечтал. Мир изменился и никогда уж не станет прежним. Даже если мы все умрем, ты сохранишь в себе мою любовь, и то, чему я научу тебя. И другой мир, который родится, будет лучше нашего.

–Ты знаешь.

–Да, знаю, и расскажу своим братьям.

–Но как они воспримут это?

–До сих пор они сторонились тебя, но близость возможной смерти заставит их изменится. Он перестанут бояться, зная, что их, возможно, ждет впереди.