Читать книгу Дети теней. Торт или ботинки - Группа авторов - Страница 11

Они шли по брусчатке Златой Улочки. Это была нейтральная территория – узкая, извилистая, заставленная крошечными лавками, где торговали не рейтингом, а вещами.

Далия остановилась у витрины с антиквариатом. Стекло отразило их вдвоем.

Они были странной парой.

Далия – высокая, с золотистой, тронутой южным солнцем кожей (папа возил их на Острова, +1000 баллов к семейному рейтингу). Её карие глаза горели живым, теплым огнем.

Лея – на полголовы ниже, бледная, как зимнее небо. Её серо-зеленые глаза казались прозрачными.

Но в стекле, где их силуэты наложились друг на друга, они выглядели как негатив и позитив одного снимка. Тот же овал лица. Те же острые, упрямые подбородки. Те же светлые волосы, только у Далии они блестящие и пшеничные, а у Леи были пепельные.

– Стой, – скомандовала Далия. Она выхватила свой телефон. – Свет падает идеально. «Золотой час». Надо зафиксировать.

Она навела камеру на Лею.

Лея привычно отвернулась, натягивая шапку на глаза.

– Не надо. Я плохо получаюсь. Камера меня… размывает.

– Это потому что ты не умеешь работать со светом, – фыркнула Далия. – Смотри. Лайфхак номер один: Никогда не стой лицом к тени.

Она подошла к Лее, взяла её за плечи и развернула.

– Тень подчеркивает морщины, которых у нас нет, и делает лицо плоским. Встань так, чтобы свет бил в скулу. Вот так. А теперь – не улыбайся.

– Что? – удивилась Лея. В школе учили только улыбаться.

– Улыбка делает щеки шире, – авторитетно заявила Далия. – Просто приоткрой рот. Как будто хочешь сказать букву «О», но передумала. Это расслабляет лицо. И смотри не в камеру, а чуть выше. Как будто там… ну не знаю… единорог летит.

Лея послушно приоткрыла рот. Посмотрела на крышу дома.

Далия щелкнула затвором.

– Смотри.

Лея взглянула на экран.

С фото на неё смотрела не «серая моль». На неё смотрела загадочная девочка с сияющими глазами. Свет очертил её скулу, превратив бледность в благородный фарфор.

– Это… я? – прошептала Лея.

– Это физика, – подмигнула Далия. – Ты красивая, Лея. Просто у тебя пиар-менеджер плохой. То есть ты сама.

Она убрала телефон.

– А твой где?

Лея неохотно достала свой старый, потертый смартфон. Экран был разбит в паутину.

– Оу, – сказала Далия. – Винтаж.

– Он работает, – защищаясь, сказала Лея. – Просто… камера треснула. Снимки получаются мутными.

– Дай сюда.

Далия взяла телефон Леи. Она не поморщилась, не стала вытирать руки влажной салфеткой (как сделала бы Эрика). Она просто включила камеру.

– Смотри. Трещина идет прямо по центру. Если навести её на источник света… – Далия покрутила телефоном, ловя блик от витрины. – Видишь? Свет преломляется. Получается радуга.

Она сделала фото.

На снимке витрина выглядела волшебно. Трещина превратила обычный блик в сияющую звезду, перечеркивающую кадр. Это выглядело не как дефект. Это выглядело как искусство.

– Лайфхак номер два, – улыбнулась Далия, возвращая телефон. – Превращай баг в фичу. Твоя камера не сломана. Она просто видит мир через призму. Как и ты.

Лея сжала теплый корпус телефона. 37.0.

Они подошли к лотку с украшениями.

Старик-продавец (V4, Тень) раскладывал товар. Здесь не было Люмосита. Здесь были простые вещи: деревянные бусы, плетеные фенечки, кольца из меди.

– Добрый день, леди, – проскрипел старик. Он не смотрел на их рейтинг. Он смотрел на них.

Далия сразу же включила вежливость. Не ту, холодную, для учителей. А настоящую.

– Здравствуйте! – сказала она. – У вас очень красивые браслеты.

– Выбирайте, – старик улыбнулся щербатым ртом. – Для такой яркой барышни… и для её сестренки.

Лея замерла. Далия тоже.

Они переглянулись.

– Мы не… – начала Лея.

– Похожи, правда? – перебил старик, кивая. – Глаза разные, да. У одной – шоколад, у другой – море. Но порода одна. Видно же. Упрямые обе. Подбородки-то вон как вздернули. Точно сестры.

Далия вдруг рассмеялась.

– Вы нас раскусили, – сказала она, подмигивая Лее. – Она моя младшая. Вечно теряется.

Лея почувствовала, как краска заливает щеки. Но это был не стыд. Это было тепло.

«Сестра».

Слово было странным, непривычным, но оно легло на сердце мягко, как тот самый шоколад.

– Мы возьмем вот эти, – Далия ткнула пальцем в пару плетеных браслетов. Простых, из красной нити. Никакого золота. Никаких камней.

– С вас 20 баллов, – сказал старик.

Далия достала свой телефон и приложила к старому, потертому терминалу.

Терминал пискнул. Экран телефона Далии загорелся красным предупреждением:

«ВНИМАНИЕ! Вы совершаете транзакцию в зоне низкого рейтинга. Это может негативно повлиять на ваш Социальный Капитал. Подтвердить?»

Лея увидела это.

– Не надо, – шепнула она, хватая Далию за руку. – Твой рейтинг…

Далия посмотрела на экран. Потом на старика. Потом на Лею.

В её глазах мелькнуло упрямство. То самое, «сестринское».

– Плевать, – сказала она.

И нажала «ПОДТВЕРДИТЬ».

Терминал одобрительно пиликнул. Списано.

Рейтинг Далии дрогнул и упал на 0.5 пункта. Мелочь. Но для Блестящей это была трещина в броне.

Далия взяла браслеты. Один надела себе на левую руку, рядом с дорогими золотыми цепями. Красная нитка выглядела там чужеродно, но Далия смотрела на неё с гордостью.

Второй она протянула Лее.

– Держи, – сказала она. – Теперь мы связаны.

Лея надела браслет. Красная нить обхватила запястье.

– Спасибо, – сказала Лея. – Сестренка.

Далия фыркнула, но Лея увидела, как уголки её губ дрогнули в настоящей, не отрепетированной улыбке.

– Пошли отсюда, – сказала Далия, поправляя рюкзак. – А то папа увидит списание в «Лавке Старьевщика» и решит, что меня похитили цыгане.

Они пошли прочь по улице. Солнце садилось, окрашивая город в тревожный оранжевый цвет. Но Лее больше не было страшно.

Она шла рядом с Далией. Шаг в шаг.

Прохожие видели Блестящую девочку и какую-то тень рядом с ней.

Но Лея знала правду.

Впервые в жизни у неё было доказательство существования. Не в телефоне. А на запястье.