Читать книгу Избранное: Поэмы, рассказы, стихи - - Страница 8

  На Сигурда глядя, раздумывал Регинн.

  Когда же готов был у мальчика меч —

  Готов был у старого замысел темный.

  Он с Сигурдом речь осторожно завел.

  Мечом ты запасся, клинок наточил ты.

  Для подвигов славных готов ты теперь.

  Тебе укажу я великое дело —

  Славнейшему в мире оно суждено.

  Послушай-ка сказ про старинное время,

  Когда еще юн был и лес наш, и я.

  Что было в ту пору, то люди забыли;

  Но вечно в грядущем былое живет!

  Однажды, три бога на землю явились:

  Князь Азгарда Один, бог битвы и бурь;

  Сияющий Гонир, морей Повелитель

  И Локи прекрасный, огня властелин.

  И странствуя, трое богов обходили

  Земные долины, леса и поля;

  И раз очутились в скалистой теснине,

  Где, пенясь, кипел и шумел водопад.

  Пустынен был край; не селились там люди.

  Лукавые карлы гнездились меж скал;

  Там темные духи приют находили,

  Враждебные людям и добрым богам.

  И Регинна родичи там обитали —

  От духов подземных ведется наш род.

  Средь гор неприступных жил Грейдмар могучий;

  Отец был он Фафниру, Отру и мне.

  Всех трех обучал он заклятьям и чарам;

  Но младший всех лучше владел волшебством.

  Кустом обернуться, и зверем, и птицей —

  Искуснее Отра никто не умел…

  Когда к водопаду явились три бога —

  Увидели путники выдру у вод;

  Зажмурясь, лосося проворная ела…

  И Локи взял камень, и выдру убил.

  Не ведали боги, кого умертвили;

  И сжарили зверя себе на обед.

  И съели все мясо; а мех его мягкий,

  Пушистую шкуру – забрали с собой.

  И в наше жилище пришли они к ночи.

  Мех выдры увидел отец у гостей;

  Сейчас же узнал он, с печалью и гневом,

  Что в образе выдры был сын его, Отр.

  По древнему праву, потребовал Грейдмар

  Расплаты за сына у сильных богов.

  «Должны вы, – сказал он, – дать золота гору, —

  Иль красною кровью за кровь заплатить!»

  И Один ответил, великий Властитель:

  «Получишь ты, Грейдмар, отплату за кровь!

  Я чту твое право, вину признаю я,

  Ты, Локи, убийца: ты выкуп добудь».

  Остались у Грейдмара Один и Гöнир

  За выкупом Локи отправился в путь.

  Что всем недоступно по трудности было —

  Лукавому богу то было легко.

  Волшебная обувь имелась у Локи

  Он странствовал в ней без дорог и путей:

  Куда-бы ни вздумал, несли его ноги —

  Быстрее, чем стрелы из луков летят.

  Он мигом примчался к шумящему морю

  И в образе рыбы спустился на дно.

  Там встретила гостя в подводном чертоге

  Владычица глубей, суровая Ран.

  Погибшие в море – ее достоянье;

  Незримою сетью берет их она.

  Та сеть, из которой ничто не уходит,

  На дне, под волнами, хранится у ней.

  И бог попросил у владычицы глубей:

  «Мне сеть одолжи на единый лишь день!

  Ту сеть, от которой ничто не уходит —

  Что тонет, ныряет, ползет и плывет!».

  На просьбу с охотою Ран согласилась:

  Пришелец волшебную сеть получил.

  И Локи вернулся опять к водопаду,

  Где Отра постигла жестокая смерть.

  Он долго сидел у воды, выжидая.

  И щуку завидев, закинул он сеть;

  И щука попалась, и тщетно забилась —

  Из сети волшебной спасения нет.

  Недаром так долго выслеживал Локи:

  Та рыба не щука – не рыба была!

  То Андвари был, богатейший властитель

  Средь карлов подземных, средь нифлунгов злых.

  Когда-то он добыл из дальнего Рейна

  Руду золотую, светило волны;

  Таила руда чародейские силы,

  И Андвари чуял могущество чар.

  Руду ту сковал он, кольцо сколдовал он;

  Такое кольцо лишь одно на земле.

  Его называют – запомни названье! —

  Сокровищем Андвари: Андваранаут.

  Кольцо обладает чудесною силой:

  В нем семя богатства, в нем власти залог

  Владельцу его без труда достаются

  Все новые клады, все новая мощь.

  Стада раздобыть и рабов для работы,

  Дружинников жаловать, жен выкупать,

  Коней наменять и заморских доспехов —

  Все золотом можно, все золото даст.

  И чары кольца без конца умножали

  Руду золотую у карлы в руках;

  И тайно растил себе Андвари темный

  Богатство без меры, всемирную мощь.

  Знал Локи лукавый о кладе великом —

  Затем и закинул на карлу он сеть.

  И пойманный принял свой подлинный облик,

  Из сети на волю проситься он стал.

  «Ты золотом славен, – сказал ему Локи. —

  Тебя я, за выкуп, на волю пущу.

  Держу хитреца я: за жизнь ты заплатишь

  Рудой золотою, светилом волны».

  И Андвари отдал приказ своим карлам,

  Велел, поневоле, чтоб выкуп несли;

  Запястий, колец, ожерельев и слитков

  Они нанесли из земной глубины.

  Собрали сокровищ огромную груду.

  И пленник со злобою Локи сказал:

  «Все то пред тобою, чем здесь я владею!

  Не беден мой выкуп – свободу мне дай».

  Но Локи ответил коварному карле:

  «Ты главного не дал – неладен рассчет!

  Свободен ты будешь, когда получу я

  Кольцо драгоценное, Андваранаут».

  И пленник взмолился в отчаяньи лютом:

  «Что хочешь потребуй, что хочешь бери!

  Ты можешь грозить мне, убить меня можешь —

  Кольца моего не отдам никогда!».

  Со смехом ответил огня повелитель:

  «Что дать не желают, то должен я взять!

  Судьбой обречен ты с кольцом разлучиться…

  Не мне оно нужно: пеняй на других».

  И силою снял он у нифлунга с пальца

  Кольцо золотое: и сеть распустил…

  Ограбленный скрылся в расселине камней —

  Но грозно, незримый, воззвал он из тьмы:

  «Будь проклят вовеки мой клад заповедный!

  Вовеки будь проклято это кольцо!

  Да будет на гибель добыча насилья

  Для духов и карлов, богов и людей!

  Пусть новых насилий источником станет

  Кольцо драгоценное, Андваранаут!

  Пусть сеет повсюду невзгоду и горе,

  Обманы и муки, измену и месть!

  Поссорятся люди за золото злое,

  И каждый владелец беду в нем найдет;

  И брат за кольцо ополчится на брата,

  На родича родич, и сын на отца.

  Пожертвуют счастьем, и жизнью, и честью —

  Все те, что похитить мой клад захотят:

  Кольцо обольстит их, и дух помутит их,

  И золоту будут рабами они.

  Я чую в грядущем года злодеяний

  И пламя пожаров и жаркую кровь…

  То месть моя миру, то семя проклятья!

  Конец его видят – лишь Норны одни». —

  Так Андвари проклял кольцо золотое,

  Что ярко сверкало у Локи в руках;

  Но бог не смутился при слове проклятья —

  Ему не грозило от золота зло.

  Ведь клад роковой для других добывал он

  Кольцом обладать не желал никогда.

  Спокойно забрал он сокровища карлы,

  И к Грейдмару прибыл обратно во двор.

  Сложил во дворе он сокровища грудой

  И Одину отдал он Андваранаут.

  «Сам можешь ты, Грейдмар, наметить нам меру

  Для виры за Отра», – так Один сказал.

  И Грейдмар ответил: «Для виры за Отра —

  Пусть мерою служит убитого мех:

  Пусть золотом будет набит он сначала,

  И золотом сверху засыпан потом».

  И боги набили убитого шкуру

  Запястьями, слитками, кольцами сплошь;

  И с золотом мех тот стоймя водрузили,

  И сверху им выдру пришлось покрывать.

  Взмостили горой золотые изделья —

  Весь клад многоценный, что Локи принес

  Покрыли всю выдру; но Грейдмар увидел

  Что сбоку торчит от усов волосок.

  Потребовал Грейдмар, чтоб волос закрыли.

  Казалось, что негде уж золота взять…

  Нахмурился Один и снял неохотно

  Кольцо драгоценное, Андваранаут.

  С улыбкой на клад положил его Локи;

  Дополнен был выкуп заветным кольцом:

  «Я дорого дал за свершенное дело —

  Дороже ты, Грейдмар, заплатишь за клад».

  Недоброе чуя, сказал мой родитель:

  «Ты дорого дал, но не в радость твой дар!

  Бедою в грядущем грозит твое слово;

  И будь я умнее – не жить бы тебе!».

  «Не я тебе недруг, – сказал ему Локи. —

  Закрыть волосок – ты потребовал сам!

  Хотел получить ты кольцо золотое,

  Что гибелью будет тебе и другим».

  Но Грейдмар в душе заглушил опасенья.

  «Не стоит пугаться угрозы пустой!

  Блистающим кладом натешусь я вволю…

  Теперь же ступайте! Оставьте мой двор».

  Покинули боги обитель несчастья;

  И скоро созрел там проклятия плод!

  Мы с братом вернулись с двухдневной охоты —

  И Фафнир за золото спор завязал.

  Он Грейдмару молвил: «На выкуп за брата

  Имеем мы право – и Регинн, и я.

  Не мешкай с разделом! Мы ждем своей доли;

  И старшему должен отдать ты кольцо».

  Отец осердился на дерзкое слово:

  «Сначала дождись ты кончины моей!

  В наследство вы после получите оба

  И золото это, и это кольцо».

  «Не делишься, скряга, так все потеряешь!

  Я живо наследство добуду себе».

  И бросился злобно на Грейдмара Фафнир,

  И в схватке свирепой отца умертвил.

  Я ростом и силой не равен был брату;

  На бой я не вызвал убийцу отца, —

  Не мог угрожать я могучему местью,

  С ним в мире хотел я наследство делить.

  Но с братом не думал корыстный делиться,

  Он всем нераздельно решил завладеть:

  «С отцом я покончил, с тобой будет тоже!

  Уж лучше добром мне весь клад уступи».

  Не смел я бороться с обидчиком буйным:

  Хозяином золота сделался он.

  Довольный, надел он кольцо роковое —

  Кольцо, обагренное кровью отца.

  Наследство забрав, он оставил жилище,

  Один поселился, далеко от всех;

  Сокровища скрыл он в глубокой пещере,

  И, жадный, у входа, лежит – сторожит.

  Он Грейдмара шлемом чудесным владеет —

  С ним образ возможно любой принимать;

  По воле владельца, тот шлем порождает

  Погибельный ужас в храбрейших сердцах.

  Громадным драконом, чудовищным змеем

  Мой брат обернулся чтоб клад свой стеречь;

  И шлемом волшебным он всех устрашает,

  И хищною пастью хватает потом.

  Года проходили, века протекали —

  И смелых немало дракон истребил.

  Один лишь над змеем одержит победу:

  Избранник, что страха не знал никогда.

  Года проходили – родился ты, Сигурд.

  И вырос ты мощным, и меч ты сковал…

  Недаром я вспомнил про давние были,

  И ныне недаром узнал ты о них.

  Ты, радостный отрок, не ведаешь страха —

  И Фафнира, смелый, ты сможешь убить.

  Срази лиходея, владей его шлемом;

  И клад наш наследный со мной раздели!

  Внимательно мальчик рассказчика слушал,

  Но так не ответил, как Регинн хотел.

  Очами сверкнув, покачал головою

  И гордо сказал ему Сигмунда сын:

  «Посмешищем Лингви я стать не желаю!

  Мой меч наточил я для мести святой.

  Хорош будет витязь, что ради сокровищ

  Забудет заботу о чести отца!..

  Мой недруг заклятый – не Фафнир, а Лингви.

  И после успею я мстить за чужих!..

  А нифлунга клада мне даром не надо…

  Одно лишь мне нужно – за Сигмунда месть!».