Читать книгу Избранное: Поэмы, рассказы, стихи - - Страница 9

  Сигурд и Регинн собрались в дорогу,

  Лесом пустились, пустынным путем:

  К странам восточным, где встарь поселился

  Гундингов храбрых воинственный род.

  Регинн в дорогу побрел поневоле —

  С глаз он питомца спускать не хотел:

  Старый боялся, чтоб юный воитель

  В даль от него не ушел навсегда.

  Девять и девять ночей миновало,

  Прежде, чем лес перешли поперек.

  Из лесу вышли к шумящему морю;

  По морю дальний их путь ожидал.

  Ясень свалили, челнок смастерили —

  Выдолбив камнем, огнем обожгли;

  Сделали весла из крепкого клена,

  Вязи для весел из вербных ветвей.

  Стройную елку на мачту срубили

  Долго гадали, где парус найти?

  Сигурд надумал: плащи путевые

  Терна шипами на парус скрепить.

  Мачту поставили, в море пустились,

  Легче стрелы понеслись по валам.

  Ветер попутный им с вечера веял —

  Прямо к востоку помчался их челн.

  Ночь наступила, запенилось море,

  Темные тучи задвинули твердь.

  Свистом и воем наполнился воздух,

  Гром загремел сквозь угрюмую тьму.

  Скоро потеха затеялась в море —

  Ропот, и рокот, и грохот, и рев;

  Буйная буря игру заиграла,

  Яростных вод повела хоровод.

  Взвыли, запрыгали страшные волны,

  В гневе проснулись чудовища дна:

  Черною стаей, несчетные, всплыли;

  В бездне задвигался Змей мировой.

  Пеною воды челнок обливали,

  С бешеной силой бросали его;

  Весла трещали, закрепы скрипели,

  Мачту сломали удары валов.

  К берегу буря пловцов направляла,

  К белым бурунам, на грозную смерть…

  Весел был Сигурд, не ведавший страха;

  Регинн дрожащий прижался к корме.

  Мыс показался скалистый над морем;

  Кто-то стоял там на выступе скал.

  Твердо стоял он в сиянии молний,

  В темном плаще, на копье опершись.

  Челн приближался к пустынным утесам…

  Зорко на зыбь неизвестный глядел;

  Голосом мощным, над морем шумящем,

  Сверху окликнул он плывших в челне.

  Кто это борется с бешеной бурей,

  Темною ночью, в просторе морском?

  Конь водяной ваш измучен и взмылен,

  Ветер и воды осилят его.

  Регинн зовусь я, товарищ мой Сигурд.

  Мчимся на смерть мы: недолго нам ждать!

  Носом челнок зарывается в волны…

  Кто нас окликнул в последний наш миг?

  Много имен я имел и имею.

  Звался Разящим при Вольсунге я;

  Тайным и Вещим ты звать меня можешь…

  Здесь приставайте! – в челнок я войду.

  Близился берег – и чудо случилось:

  Целым промчался меж скалами челн,

  Целым причалил к песчаному склону,

  В пене кипучей с шипеньем скользя.

  В миг Неизвестный спустился с утеса —

  Старец могучий с седой бородой;

  Молча уселся он с Сигурдом рядом,

  Молча копьем оттолкнулся в челне.

  Поплыли путники по морю снова;

  На воду глядя, дивились они:

  Только лишь старец в челне очутился —

  Буря утихла, и гром замолчал.

  Вскоре спросил Неизвестного Сигурд:

  «Вещий, поведай: кто море сковал?

  Чем усмиряется буйная буря,

  Как успокоить морскую волну?»

  Воздухом властвует бурь Повелитель.

  Один великий, Податель побед;

  Тайные руны волну покоряют,

  Одина имя смиряет прибой.

  Вещий, поведай – ты многое знаешь:

  Кто же дарует познание рун?

  Где научиться спасительным чарам,

  Есть ли им мера, и время, и срок?

  Один живущих премудрости учит,

  Один дарует познание рун.

  Должное место, и время, и меру

  Он назначает могуществу чар.

  Вещий, поведай, – ты многое знаешь:

  Кто угадает, что Один судил?

  Как отличить нареченное место,

  Как распознать предназначенный срок?

  Знамений знаки, приметы благие

  Бог открывает любимцам своим:

  Волки и вороны – вестники счастья;

  Свято то место, где ясени есть.

  Вещий, поведай, – ты многое знаешь:

  Что за любимцы у бога побед?

  Чем наделяет их жизненный жребий?

  Что присуждают им девы судеб?

  Доблестью сильные, верные сердцем

  Любы великому богу побед;

  В битве сраженных, их ждет возрожденье

  В горней Валгалле, в селеньях богов.

  Вещий, поведай – ты многое знаешь:

  Что ожидает Валгаллы гостей?

  Есть ли для доблестных бранное дело,

  Есть ли для радостных смех и пиры?

  Каждое утро князь Азгарда Один

  В битву выводит небесную рать;

  Вечером воинов пир ожидает,

  Звонкие песни и пенистый мед.

  Вещий, поведай – ты многое знаешь:

  В чем же, пред Одином, доблестных долг?

  Чем воздадут возрожденные в небе

  Мощному богу за милость его?

  С Одином распрю ведут исполины,

  Вечные недруги светлых богов:

  Против свирепых рушителей мира

  Одину служит избранников рать.

  Вещий, поведай – ты многое знаешь:

  Ждет ли меня величайший удел?..

  Буду ли биться средь рати небесной?

  Кто мне укажет избранников край?

  Сигурд, я дал тебе знаний довольно!

  Бóльшим обязан ты будешь не мне.

  Будешь наставлен иными устами:

  Одина слово услышишь из них.

  Помни отныне одно, беззаботный:

  Одину дорог твой доблестный дух!..

  Видишь ли берег? Там Лингви владенья,

  Здесь мы простимся! Победа с тобой.

  К Лингви явились незванные гости.

  Сигурд к ограде двора подошел;

  Трижды мечем он о щит свой ударил,

  Клич боевой прокричал у ворот.

  В доме услышали голос могучий;

  Вышел хозяин на зов боевой:

  «Кто ты, пришелец, что шум поднимаешь

  Здесь на заре у чужого двора?»

  Сигурд зовусь я, и Сигмунд отец мой.

  Пролил ты с братьями Сигмунда кровь;

  Их и тебя я на бой вызываю!

  Месть я свершу, или смерть я приму.

  Молод ты, мальчик, для смертного боя!

  Жаль мне красы твоей, Сигмунда сын.

  В бой ты собрался без брони и шлема…

  Рад я не буду, убивши тебя.

  Молод иль стар я – тебе что за дело?

  Думаешь ты, что победа в годах?..

  Шлем же и броня – мне груз бесполезный:

  Череп и ребра у всякого есть.

  Будь же по-твоему, дерзкий ребенок!

  Кто пострадает, увидим потом.

  Братья, сюда! К поединку готовьтесь:

  Сигурд явился за Сигмунда мстить.

  Три поединка – неладное дело:

  Очень уж долго задержимся мы!

  Лучше все трое зараз выходите;

  Вам будет легче – а мне веселей!

  Вижу я, Сигурд: напрасны советы.

  Бейся же с нами, один против трех!

  Кто обречен, тот ничем не спасется…

  Гервард и Гйорвард, идите на бой!

  Вышли с оружием храбрые братья;

  Воины Гундингов вкруг собрались…

  Регинн, в сторонке, в кустах притаился;

  Ждал беспокойно, чем кончится бой.

  Сигурда видя, дивились чужие;

  Взор его ясный как солнце сиял;

  Выше он был головой непокрытой

  Шлемов крылатых на гордых врагах.

  Бой завязался, щиты застучали

  Бешено бился клинок о клинок

  В сече взвивался не так как другие —

  Мощною молнией Сигурда меч.

  Мысли быстрее, разил он и резал,

  Ткань и булат он равно рассекал;

  Жарко он рдел под росою сражений —

  Меч заповедный, сверкающий Грам.

  Весело тешился схваткою Сигурд,

  Радостный витязь пятнадцати зим.

  Звонко смеясь в упоении боя,

  Звучно кричал он свой клич боевой.

  Гервард и Гйорвард без жизни лежали…

  Лингви могучий последним упал:

  Всех разлучил их с ночами земными

  Меч заповедный, сверкающий Грам.

  Крики о мщеньи кругом зазвучали —

  Грозно неравный затеялся бой:

  Юный воитель, за Сигмунда мститель,

  С вражьей дружиной сражался один.

  Только недолго сражалась дружина!

  Пятеро пали от Грама во прах.

  Дрогнули прочие, вспять обратились —

  Ужасом Один бойцов поразил.

  Низко пред Сигурдом копья склонили

  Воины Гундингов, злые враги:

  «Биться с тобою мы больше не смеем,

  Отрок могучий, любимец богов!

  С миром иди ты от здешних пределов.

  Доблести дивной мы честь воздаем!

  Счастлив, кто будет еще отомщенным

  Так, как за Сигмунда сын отомстил!»