Читать книгу Гранатовый Сад (Пардес Римоним) 2 - - Страница 8

О природе цветов в Сфирот: Введение и предостережение

В отношении цветов (גוונים), приписываемых каждой Сфире и каждой Сфире в отдельности, изучающий часто найдет в книгах каббалистов и в Зоаре, что определенные оттенки соотносятся с каждой из них. Исследующему подобает быть крайне осторожным 1. И да не взойдет на его сердце и в его мысль, что речь идет о вещах в их буквальном смысле, не дай Б-г. Ибо цвет – это нечто материальное, и он является одним из атрибутов материи и ее случайных свойств (акциденций), а то, что не материально, не подобает описывать свойствами материи, не дай Б-г. И тот, кто думает, что эти цвета в Сфирот [существуют] согласно простому смыслу высказываний, – тот разрушает мир и предел, который установили первые [мудрецы], и оказывается, что он приписывает материальность [духовному], не дай Б-г. Поэтому подобает исследующему быть осторожным в этом вопросе 1.

Истинный смысл цветовой символики: Цвета как метафоры действий

Желаемый смысл в [упоминании] цветов – это метафора (משל, машаль) для действий (פעולות), проистекающих из высших корней (שרשים עליונים). Пример сему: [Сфира] Гвура, побеждающая в войне, – ей подобает соотносить красный цвет, поскольку через нее проливается красная кровь, а также красный цвет указывает на жестокость, гнев и ярость. И этот вопрос разъяснен. Поэтому к месту сильного Суда (Дин) мы относим его [посредством символа] красноты 1.

И более того, нет сомнения, что красные вещи проистекают от силы того корня, как мы объяснили в «Вратах Сущности и Управления» (Шаар а-Маут ве-а-Ханхага). аналогично, белый цвет указывает на милосердие (Рахамим) и мир, и свойственно белым [т.е. седым] быть милосердными, как старцы и седовласые, которым не свойственно ходить войной. Поэтому, когда мы хотим соотнести мир, милость (Хесед) и милосердие (Рахамим), мы соотносим его [посредством символа] белизны. И нет сомнения, что белые вещи проистекают от силы того корня, как мы объяснили в упомянутых «Вратах» 1.

И это именно желаемый смысл в [упоминании] цветов у Сфирот – метафора для действий, проистекающих согласно их природе и их сути. И у нас нет иного способа и определения уподобить и определить их в аспекте их различия, кроме как через метафору и определение цветов, которые разделяются, сочетаются и умножаются согласно усилению одного цвета над другим. Поэтому мы уподобляем аспект высших действий метафоре цветов, и все – чтобы успокоить физическое ухо тем, что оно может услышать 1.

Цвета в контексте Сфиры Кетер (Венец)

Первый – это Кетер (כת"ר). Некоторые комментаторы утверждали, что в Кетере вообще нет цвета, поскольку в нем не воспринимается никакое действие из-за его великой сокрытости, и они называли его в общем смысле «скрывающимся светом» (אור מתעלם), чтобы указать на сокрытие его действия. А некоторые объясняли, что в нем правомерно признать белый цвет – белый свет, абсолютную белизну. И эти комментаторы находят обязательное доказательство в Писании, которое говорит: «Ветхий днями [Атик Йомин] восседает; одеяние на Нем было бело, как снег» (Даниил 7: 9). Вот, ведь Атик Йомин пребывает в Кетере, как разъясняет РаШБИ (рабби Шимон бар Йохай), да охраняется его память, во многих местах [в книгах], и, тем не менее, Писание обозначило его белизной, несмотря на то, что она является абсолютной белизной по мере Его милосердия. И уже была возможность отвергнуть это доказательство, сказав, что говорится о «одеянии Его», а не о Нем самом, о «волосах Его», а не о Нем. Однако, по истине, к Нему относится белизна 1.

И эти два мнения вовсе не противоречат друг другу, и все – одна суть. Ибо в Кетере, когда влияние (שפע) пребывает наверху, в своем корне, в нем вообще не различают цвет, но оно есть сокрытие. А влияние (שפע) подобает [связывать] с белизной, чтобы оно раскрылось и стало белым. И этот аспект уподоблен в словах РаШБИ, да охраняется его память, в Идра [Раба] росе (טל), что это капли, в которых не различают цвета, как известно. Однако после нисхождения своего оно сгущается от холода и проявляет свой цвет – цвет страшного (величественного) льда (קרח הנורא) в силе белизны. И так же дело обстоит с действиями Кетер: по истине, в нем не различают даже действия милосердия из-за его великой сокрытости. Но со стороны аспекта его раскрытий и распространения его в Сфирот проявляется его цвет – белизна в абсолютной белизне. То есть смысл – абсолютная Милость (Хесед) и Милосердие (Рахамим). А «одеяние Его» и «волосы Его», упомянутые в Писании, – все это метафора для сокрытых миров, как доказано в Идре. И поэтому он называется «обнажение белого» (מחשוף הלבן), что означает раскрытие белизны, ибо после раскрытий его – это белизна, и это со стороны его аспекта к Сфирот и распространения его, как объяснено 1.

А некоторые объясняли в Кетере черный цвет (גוון השחור), чтобы указать на свет, сокрытый в абсолютной тьме, скрытой. И это мнение не противоречит двум предыдущим мнениям. Ибо Кетер называется тьмой (חשך) со стороны аспекта его сокрытия ввыси ввыси, до того, что он затемняет для себя, и его не постигают даже Сфирот, и это есть аспект его единства с Эманатором (МААЦИЛ). И это не постижимо для других, поскольку это аспект, в котором Эманатор уподобляется в эманируемом (НААЦАЛ), хотя есть многие и многие преимущества и высоты у Творца над эманируемым, как объяснено в «Вратах: является ли Бесконечный (א"ס) Кетером», Глава 1 1.

Три аспекта Кетер и три вида тьмы

Общее правило, вытекающее [из сказанного]: в Кетере – три аспекта (בחינות):

Первый аспект – это аспект его с Эманатором, и это называется тьма (חשך) по указанной нами причине.

Второй аспект – это аспект его самого: раскрывающийся и не раскрывающийся; правомерно в нем имя «роса» (טל), что есть раскрывающаяся реальность, но в ней нет цвета вообще.

Третий аспект – это аспект белизны в абсолютной степени, что есть роса, сгущающаяся, как страшный (величественный) лед и подобно хрусталю (בדלח); и это есть аспект его к Сфирот 1.

Помимо этого, есть в Кетере три вида тьмы (חשך), которые все относят к нему в Тиккуним (Исправлениях) [Зоара] в разных местах и в Зоаре:

Первая тьма – это буквально для отнесения отсутствия света (העדר האור). И смысл в том, что относительно Высшего света (אור העליון), который есть Первая Сущность (הנמצא הראשון), производящая все сущности, – он является тьмой относительно Него. И это сказал РаШБИ в Тиккуним: «Кетер высший (כתר עלאה), хотя он – свет чистый (אור צח)… чернота (אוכמא) он пред Причиной причин (עלת העלות)» [Тиккуней Зоар, Тиккун 70, стр. 120b]. И мы объяснили это в «Вратах», Глава 3, параграф 2. Вот, он назвал его выражением «чернота» (שחרות), чтобы отнести белизну и свет к Дающему свет всем светилам.

Вторая [тьма] называется тьма – к высшему аспекту в нем, упомянутому выше, и она называется тьма и чернота (שחרות) по причине, противоположной упомянутой [в первом случае], – чтобы показать величие его сокрытия и тонкости его света, которого нет постижения у высших [Сфирот] в нем.

Третья называется тьма и чернота – последний аспект в нем, аспект женственности (נקבות) в нем, что есть «чернота (אוכמא) Нуквы (נקבה) к белизне (לחוורו)». И эта чернота – невозможно устоять в ее смысле, кроме как в «Вратах снизу-вверх», Глава 5. И этим включено найденное в цветах этой меры (מדה) в словах каббалистов 1.

Цвет Сефиры Хохма

Второй [из Сфирот] – это Хохма. Есть те, кто толковал, что цвет её – красный. Основание [для этого] в том, что им представлялось, будто Хохма – это [Сфира] Дина (Суда). Однако мы уже опровергли слова приверженцев этого мнения в Вратах Восьмых, главе 5.

Другие толкователи приписали ей цвет сапфира, который есть цвет, воспринимающий все цвета. А некоторые добавили, что это цвет Тхэлет (голубой/лазоревый), который есть конечная цель всех цветов.

Истинная природа цвета Хохмы

Но по правде говоря, понятие Тхэлет, которое ей приписали, возможно, [следует] сказать [так]: чернота – начало его раскрытия к цвету, и это – Тхэлет. И, возможно, по этой причине они приписали ей цвет Тхэлет, ибо Хохма – это раскрытие Кетер и его сияние.

Однако то, что написано, будто она воспринимает всякий цвет и что она – конечная цель всех цветов, оправдывается не иначе как в [Сфире] Цадик (Йесод) или в Малхут, как мы разъясним, ибо так объяснил РаШБИ (рабби Шимон бар Йохай). Но цвет, который следует относить к ней, – это цвет, из которого изливаются все цвета, и этот цвет – их источник, ибо так явствует из слов РаШБИ, да покоится он в мире.

И возможно, что это было намерением толкователей [, говоря] о цвете Тхэлет и сапфира: что он – раскрытие всех цветов из [состояния] "нет цвета" к цвету, и из него [цвета] они разделяются на цвета согласно его проявлениям, ясности и сочетаниям. И аналогично, Хохма – источник всех действий через её излияние в Бину.

Предостережение о другом Тхэлет

И, тем не менее, есть другой Тхэлет, который является обозначением для Дина (Суда), как мы разъясним, и этот [цвет Хохмы] – не из его рода, не дай Бог.

А то, что сказано, будто он – конечная цель всех цветов, подразумевает, что из него все они проистекают и к нему возвращаются, по подобию круга, у которого место его начала – там же его конец.

Учение о семи цветах в Хохме и его критика

Есть те, кто толковал, что в Хохме – семь цветов. И вот слова их: «Мера Хохма называется "Еш" (Сущий), и потому сказали (Шмот 17: 7): "Есть ли Господь среди нас или нет?.." и это то, что сказано (Ирмияу 31: 14): "Есть награда за труд твой…". И, как бы говоря, эта мера называется орех [«эгоз»], и называется «Айн» (Око), ибо в ней семь цветов, соответствующих цветам глаза.

И эти цвета, что есть в мере Хохма: первый – окружающий око, что окружает меру Хохма, – цвет красный. И потому у человека в глазу есть красный цвет, что окружает око, и отсюда исходит источник, о котором сказано Писание (Шир а-Ширим 5: 10): "Возлюбленный мой бел и румян…", и написано (Йешайя 63: 1): "Кто Это, приходящий из Эдома, в багряных ризах из Боцры?.."

Второй цвет – белый. И доказательство: белый сопряжен с красным, как написано (Йешайя 1: 18): "Если будут грехи ваши, как багряное, – как снег убелю"; они уподоблены друг другу. И потому у человека в глазу есть белый.

Третий цвет – как бы зелёный, видимый и невидимый, и отсюда – протяжение среднего [уровня], и отсюда тянется средняя линия.

Четвёртый цвет – как бы цвет карат [разновидность травы, возможно, шафран или светло-зелёный], и соответствует ему у людей те, кто преступают [законы] о карет (истреблении души).

Пятый цвет – подобен Тхэлету, что в цицит, и он – дающий свет четырём цветам, что я упомянул, и он – в самом зрачке человека.

Шестой цвет – как бы цвет воды, между зелёным и карат, и пребывает между этими мерами, и отсюда – протяжение сына мудрого ученика к владеющим заповедями.

Седьмой цвет – это Святая Святых, светящий всем, и это – цвет, протянувшийся из А"К (Атика). И потому сказали мудрецы наши, благословенна их память: «Все седьмые [в мире] – святыны». И отсюда – вскармливание всех мудростей. А А"К – это Окружающий вокруг этой меры, и цвет Его – белый, и соответствует ему то, что Первосвященник облачался в белые одежды в Йом Киппур». Конец цитаты.

Критический анализ учения о семи цветах

И хотя слова его – слова предания и Святая Святых, в вопросе [уподобления] глаза по отношению к тому, что он приписал Хохме, это не оправдано по нескольким причинам. Ибо нет глаза в Хохме, но есть либо «Айна Пкиха» (Открытое Око), которое выше, в Кетер, и там это – «Айна Хивра» (Белое Око) без всякого цвета, либо глаза, [но те,] что обладают этими цветами, – они в Гвуре (Суде), как явно из текста «Идры».

Если только не сказать, что понятие этих цветов [в Хохме] осуществляется через 32 Пути [Мудрости], нисходящие вниз, и действия их изменяются к Дину (Суду) и к Рахамим (Милосердию), – возможно, тогда это оправдано.

Цвет Сефиры Бина

Третья [Сфира] – это Бина. Есть те, кто толковал, что она – краснота (Одем), склоняющаяся к белизне (Ловен). Но это мнение мы уже опровергли выше, в предыдущих Вратах.

Однако все [мудрецы] согласились, что цвет её – оттенок зелёного света (Ор Ярок). И сказали, что это – «зелёная линия, окружающая мир». Таково же и мнение РаШБИ, да покоится он в мире, как мы разъясним в [главе] 5.

И этот зелёный цвет – это зелёный, подобный карат [светло-зелёный, цвет травы типа лука-шалота] и зелени трав.

Объяснение причины зелёного цвета Бины

И толкователи объяснили причину этого цвета так: подобно тому, как зелёный предшествует всем плодам в мире, ибо начало их – зелёное, как известно, так и эта мера (Бина) предшествует всем деяниям Творения, как [сказано] (Берешит 1: 3) «И сказал Элохим…», где намёк – на Бину.

[Однако] это объяснение недостаточно, ибо не подобает, чтобы телесное [явление] было причиной и необходимостью для духовного.

Символика смешения цветов

Возможно, сказать об этом так: когда в Тхэлет (синий/лазоревый) примешивается зелёное, подобно желтку яйца или морэке [сложный цвет, багрянец, пурпур], – из него возникает зелёный, подобный траве. И поэтому, поскольку Бина – это Дин (Суд) и не Дин в буквальном смысле, – следовательно, она не [просто] краснота (Одем), ибо не есть буквальный Дин по своей сути, но будет зелёной, подобно морэке, которая есть смешение красноты и белизны. И поэтому, когда она смешивается с Тхэлетом, который есть свет Хохмы и её сияние, – из неё возникает оттенок зелёного, буквально как трава, как известно из практики красильного дела.

Ещё можно [объяснить] близко к этому: из Бины проистекают белизна (Ловен), которая есть Хесед (Милосердие), и краснота (Адом), которая есть Гвура (Мощь/Суд). А составное из них обоих – это зелёное, подобное морэке, которое есть Амода де-Эмцаита (Средний Столп, Тиферет). А сущность Бины – это собрание этих трёх [начал], выходящих из неё.

И, следовательно, когда в ней собираются эти цвета, из них возникает зелёный, [как] желток. И когда с этим зелёным смешивается Тхэлет, который есть излияние (Шефа) Хохмы и её свет, – цвет его становится зелёным, подобным карат. Поэтому и относят к Бине оттенок зелёного, как трава, поскольку он есть совокупность [света] Хохмы, Гдулы (Хесед), Гвуры и Тиферет, как известно.