Читать книгу Вольные охотники - - Страница 9

Утро в Лагере было серым и влажным, как всегда. Воздух, пропитанный запахом гари и влажной земли, казался густым, как похлебка. Лираэль вышла из тесной комнатушки, которую Фэрил им выделил, и попыталась вдохнуть полной грудью, но словно кто-то набросил ей на лицо мокрую тряпку.

Они провели ночь вполголоса, делясь впечатлениями. Аэлир был мрачен и сосредоточен, как шахматист, расставляющий фигуры на доске. Кэлен все еще был погружен в свои магические наблюдения, бормоча что-то о «диссонансе» и «искаженных гармониях». Лираэль же чувствовала себя разорванной. Речи Вереи и идеализм Фэрила будили в ней что-то глубоко спящее, какую-то генетическую память о свободе, которую она никогда не знала. Но холодный, аналитический взгляд Аэлира возвращал ее к реальности. Они были здесь не за идеалами.

Внезапно снаружи, со стороны города, донесся нарастающий гул. Не отдельные крики, а сплошной, яростный рокот, похожий на отдаленный гром перед бурей.

Аэлир мгновенно оказался у щели в ставне. Его поза стала жесткой, как у пантеры, учуявшей опасность.

«Погром», – произнес он коротко, и слово повисло в воздухе, холодное и тяжелое.

Дверь распахнулась, и на пороге появился Фэрил. Его лицо было бледным, глаза лихорадочно блестели.

«Вы слышите? Это из-за него. Из-за Гарда».

«Какого Гарда?» – спросила Лираэль, хотя по тону Фэрила уже все поняла.

«Надзиратель Гард. Человек. Тот, что… тот, кто любил использовать плеть с шипами. Нашли его сегодня утром. В его же доме, в Кенарии». Фэрил сделал паузу, чтобы перевести дыхание. Его руки дрожали. «Метод… тот же. „Песнь Безмолвия“. Он… он превратился в черный шлак».

Лираэль почувствовала, как у нее похолодели пальцы. Второе убийство. И на этот раз жертва – отъявленный негодяй, чья жестокость была притчей во языцех. Убийство, которое люди на улицах с радостью назвали бы справедливым возмездием, если бы не его сверхъестественная, пугающая природа.

«Люди не стерпели, – Аэлир все еще смотрел в щель. Его голос был безразличен, как у врача, констатирующего смерть. – Они не стали ждать, пока стража найдет эльфийского убийцу. Они пошли сами».

Гул снаружи нарастал, теперь к нему примешались отдельные крики, звон бьющегося стекла, зловещий треск. Пахнувший ветерок донес едкий запах дыма.

«Они идут сюда, – прошептал Фэрил. – В Лагерь».

В этот момент снаружи послышались тяжелые, быстрые шаги. Дверь с силой распахнулась, и на пороге возник Марник. Его лицо, изборожденное шрамами, было искажено холодной яростью. Он окинул их ледяным взглядом, задержавшись на Аэлире.

«Довольны? – его голос был похож на скрежет камня. – Ваше появление, и вот – новый труп. Удобно».

Аэлир медленно повернулся к нему, его поза выражала покорность, но взгляд из-под капюшона был стальным.

«Мы были здесь всю ночь. Под вашим присмотром. И мы не певцы, чтобы творить такие ужасы».

«Не надо быть певцом, чтобы быть подосланным убийцей», – проворчал Марник, но отступил на шаг. Очевидно, у него не было доказательств, лишь животная подозрительность. «Верея собирает совет. Все ключевые. И вы… – он с ненавистью посмотрел на них, – вы тоже идете. Хочу посмотреть, что вы скажете, когда увидите, к чему привела ваша „надежда“».

Подвал, где прошлой ночью гремели речи о свободе, теперь напоминал штаб в осаде. Воздух был густ от страха и гнева. Верея стояла посреди комнаты, ее медные глаза горели холодным огнем. Она слушала доклады приходивших с улицы гонцов.

«…толпа человек пятьдесят, вооружены дубинами, камнями… подожгли два склада у входа в Лагерь… стража наблюдает, но не вмешивается…»

«Они ищут повод для зачистки, – тихо сказала Верея, обращаясь к своему ближнему кругу. – И этот… маньяк… дал им его. Идеальный».

Ее взгляд упал на вошедших с Марником героев. В ее глазах не было приветливости, лишь тяжелый, оценивающий груз.

«Ну? Что скажете, новички? Ваши первые часы среди нас ознаменованы новой смертью. И новой угрозой для всех нас».

Аэлир сделал шаг вперед, принимая удар на себя.

«Мы слышали о Гарде. Каждый в Лагере мечтал о его смерти. Но не такой. Не этой ценой. Кто-то играет в свою игру, используя нашу боль как прикрытие».

«Или пытается спровоцировать войну, которую мы не можем выиграть», – добавила Лираэль, и ее голос, к ее собственному удивлению, звучал твердо.

Верея внимательно смотрела на них, ее пальцы барабанили по столу.

«Марник считает, что вы – подстава. Я же… я еще не решила. Но факт остается фактом: убийца снова ударил. И он один из нас. Он знает наши ритуалы, нашу символику. Он знает, кого выбрать, чтобы больнее всего ударить и по людям, и по нам».

Внезапно снаружи донесся оглушительный грохот, крики стали громче, ближе. Кто-то вбежал в подвал, запыхавшись.

«Они ломятся через заграждения! Говорят, будут вешать каждого десятого!»

Верея сжала кулаки. Ее лицо стало маской решимости.

«Марник, собери бойцов. Только для обороны. Оттеснить, но не убивать. Мы не дадим им повода для настоящей резни. Остальные – по домам, баррикадируйтесь».

Она снова посмотрела на героев.

«А вы… вы хотели помочь? Сейчас ваш шанс. Идите с Фэрилом. Помогите ему эвакуировать стариков и детей в глубь квартала, в старые катакомбы. Докажите, чья вы крови».

Это был приказ. И тест.

Фэрил, все еще бледный, кивком показал им следовать за собой. Они выскочили на улицу. Воздух был едким от дыма, слышался звон стекла и дикие крики толпы. Вдали, у входа в Лагерь, полыхали пожары, и в зареве было видно, как темные силуэты людей с дубинами сталкиваются с такими же темными силуэтами защитников Лагеря.

Аэлир работал молча и эффективно, помогая Фэрилу выносить из дома дрожащих стариков. Лираэль успокаивала плачущих детей, ее собственный страх утонул в волне инстинктивной потребности защищать. Кэлен, используя свою магию на грани обнаружения, создавал иллюзии – мимолетные тени, отвлекающие внимание погромщиков, нашептывая ветру сбивать с ног самых рьяных.

В какой-то момент, пробираясь по узкому переулку, они увидели это своими глазами. Группа людей с обезображенными яростью лицами ломала дверь в лачугу. Изнутри доносился женский плач.

Аэлир замер. Его рука инстинктивно потянулась к скрытому кинжалу. Но он не мог его использовать. Раскрыться сейчас значило погубить миссию.

Внезапно с крыши посыпалась черепица и горшки, сбивая погромщиков с ног. Это сработали защитники Марника. Люди, оглушенные и пораненные, с проклятиями отступили.

Лираэль, стоя в тени, смотрела на искаженные ненавистью лица людей и на перекошенные страхом лица эльфов. И она поняла. Они оказались в самой гуще бури. Убийца не просто убивал. Он бросал в тлеющие угли бочки с порохом. И они, агенты Инквизиции, должны были остановить его, притворяясь теми, кого они должны были уничтожить.

Второе убийство состоялось. Игра началась. И ставки стали не просто высокими – они стали смертельными.