Читать книгу Отброшенная тень - - Страница 18

Ахерон резко открыл глаза, одновременно с этим поднимая туловище с кровати и принимая сидячую позу. Его лицо было искажено в безумном, словно зверином оскале, а в глазах горела лишь злоба и ненависть. Однако даже со столь ужасным выражением лица, в его голове крутился лишь ворох непонимания и страха.

— Ненавижу...?! — Недоуменно пробормотав, Ахерон мог только в шоке посмотреть на свои дрожащие от страха руки.

Только одно единственное слово слетело сейчас с его уст, но он не понимал, почему произнес его, ведь это слово, казалось, не принадлежало ему, не принадлежало его жизни. Ему казалось, что он что-то забыл, забыл нечто важное, забыл...

Он мог лишь продолжать смотреть на свои все сильнее начинающие дрожать руки. Его глаза были широко распахнуты, тогда как в них все сильнее разгоралось безумие. Он чувствовал... знал... он должен вспомнить. Истины, сокрытые в воспоминаниях, были словно заперты в невидимой клетке, но он был близок к их разгадке. Ему не хватало лишь немного, самой малости... лишь мига!

— А-ахерон...? — Испуганно прошептав, Сильва, наблюдавшая за сыном, могла сейчас лишь прийти в ужас, в то время как ее голос уже предательски задрожал.

Никогда еще она не видела подобное выражение лица Ахерона, словно... это был уже не ее сын. Ненависть, которой были переполнены его черные глаза... такого она никогда не видела.

Тем не менее, как только Ахерон услышал голос матери, наполненный страхом, беспокойством и переживаниями, наваждение словно вмиг спало с его разума, а голова начала раскалываться от невыносимой боли. Застонав, он тут же схватился за голову, способный лишь кричать, а воспоминания и сокрытые истины уходили от него все дальше... пока даже их далекое эхо не перестало звучать в его голове.

В этот момент Сильва уже немедля подскочила к сыну, а спустя миг в комнате был и Августо, берущий готовое лекарство и заливающий его прямиком в горло кричащему от боли Ахерону. Не прошло и мига, как невыносимая боль уже становилась все слабее, пока вскоре не отступила окончательно.

Спустя минуту вновь поднявшись и потирая пальцами виски, Ахерон наконец смог устало оглядеться, избавленный от мрачного наваждения. Его взгляд тут уже уперся в мать, что с любовью и переживанием смотрела на него. Она казалась ему такой постаревшей... казалось, он не видел ее так давно...

— М-мама... — Ахерон не смог сдержаться, плача и тут же прыгая в объятия матери со слезами на глазах. — Мне снова снился кошмар... я так устал мам...

Ахерон мог лишь продолжать плакать, найдя успокоение в объятиях матери. Слабый и умирающий девятилетний мальчик, загнанный в угол кошмарами. Что еще ему остается делать, кроме как искать помощи у тех, кто кажется ему непобедим и всезнающ? Родители были для него всем, и не было того, с чем не помогла бы ему мама, как не было и того, с чем не разобрался бы его отец. Он верил в это, так же праведно и благочестиво, как в Великую мать и Ярчайший Свет.

Августо за это время еще раз проверил состояние Ахерона, и не став более мешать воссоединению, вышел из комнаты по направлению к кабинету Демиана. Сейчас он должен был рассказать хорошие, а также плохие новости, поэтому уже спустя несколько минут он стоял возле кабинета, аккуратно постукивая по двери.

— Входите. — Усталый, но все равно сильный голос тут же раздался из кабинета, после которого Августо без промедлений зашел внутрь, попутно закрывая за собой дверь.

Демиан сейчас спокойно сидел за своим столом, неспешно попивая кофе, а письмо с печатью виконта в его руках то и дело перечитывалось снова и снова. Его лицо было хмурым, тогда как он сам даже не обратил внимания на вошедшего дворецкого, продолжая молча размышлять.

— Милорд. — Слегка поклонившись, что того требует устав, Августо тут же продолжил. — Госпожа Сильва и его милость пришли в себя.

Как только Демиан наконец услышал хорошие вести он тут же протяжно выдохнул. Здоровье его семьи стояло на первостепенном уровне важности, поэтому это тут же облегчило его ношу. Его взгляд тут же переместился с письма на Августо, который собирался продолжать, видя, что смог привлечь внимание барона.

— С Ахероном все в порядке, а все его травмы зажили чудесным образом. Золотой пергамент и впрямь достойное восхищения сокровище церкви... — Августо говорил с интересом, однако видя нахмуренный взгляд Демиана и его местами седые волосы, откашлявшись тут же сменил тему. - С хорошими новостями все милорд. Теперь на счет плохих...

— Ну конечно, а как без них то? — Усмехнувшись над абсурдностью своих же слов, Демиан вновь отпил кофе, давай знак Августо продолжать.

— Мы не можем найти одну из служанок поместья. Я опросил слуг, но никто не видел ее и не разговаривал с позавчерашнего дня. Я хотел вас уведомить еще вчера, но вы и сами понимаете.

Августо очень сильно не нравилось, что одна из служанок так и не появилась, как и какая-либо информация о ней. Он хотел заняться поисками еще вчера, однако несчастный случай выбил всех из колеи, отчего он мог лишь перенести это на следующий день, уже после того, как Ахерон и Сильва поправились. Тем не менее он все равно навел справки, поговорив с ее близкими друзьями в поместье. Как дворецкий он хорошо общался со слугами, чтобы они всегда держали его в курсе всех дел. Это позволяло ему лучше контролировать ситуацию, стараясь упускать из виду как можно меньше.

— Должно быть она просто сбежала. Ну ты же, наверное, и сам слышал эти слухи о проклятиях, верно? Слуги сами не знают, чего им стоит бояться... — Договорив, Демиан мог лишь отмахнуться от слов дворецкого.

Он не особо хотел разбираться с подобными глупостями, ведь его больше нервировала Лаура и письмо виконта, которое он прочел уже несколько раз. Все же эти дела намного важнее какой-то там служанки, которая скорее всего просто сбежала. Этим вопросом можно заняться и потом.

— Милорд при всем уважении. — Покачав головой, Августо мог только перебить Демиана, понимая куда тот клонит, однако он не был согласен с ним. — Я откровенно поговорил с теми, кто хорошо с ней общался, и она именно, что пропала. Это может сказаться на поместье, поэтому я рекомендую найти ее.

Услышав очередные настойчивые слова дворецкого, Демиан мог только серьезно взглянуть на Августо, который в свою очередь лишь продолжал уверенно стоять на своем. Он не хотел, чтобы кто-то отвлекался на поиски служанки, однако дворецкий был верным человеком и потому он мог уступить ему в этот раз, хотя считал, что тот уж слишком сильно привязался к слугам.

— Если ты считаешь, что ее мог кто-то убить, то хорошо. Расследуй так, как считаешь нужным, а потом доложи мне. — Пожав плечами, Демиан мог лишь согласиться, следом кивая головой.

После слов Демиана, Августо смог наконец выдохнуть с облегчением. Без позволения он не мог действовать своевольно, лишь в рамках установленных правил, среди которых, разумеется, не было никакого расследования о пропаже человека. Получив разрешение, он сможет разобраться наконец с этим делом, мучившим его уже вторые сутки.

— Благодарю, милорд. Как узнаю, что случилось я тут же дам вам знать. Если я все же оказался глупцом, и она действительно сбежала, то я приму любой выговор.

Поклонившись, Августо следом уже немедленно вышел из кабинета, тогда как Демиан в свою очередь уже даже не обращал на это дело никакого внимания, вновь начиная прочитывать письмо от виконта, неизвестно в какой уже раз.

— Старый виконт Олар разбушевался, призывая меня немедленно вернуться на южную границу... странно. Он не должен был обратить на это особого внимания. Может ли...

Тем не менее, даже прежде, чем размышления Демиана успели дать ему хоть какой-то разумный итог уже послышался очередной стук в дверь кабинета, отчего он мог лишь закатить глаза. Слишком много дел разом взвалилось на него, а он, не успевая разобраться даже с одним, как следом уже вынужден выслушивать другое.

— Войдите. — Демиан старался придать голосу спокойствие, однако в нем все равно было слышно подавленное раздражение. А когда дверь в кабинет начала со скрипом медленно открываться, он мог лишь застонать от негодования еще сильнее прежнего. - Чего тебе, Камелия? Ты дашь мне работать в конце концов?

— Прости пап... я до сих пор не могу найти Амелию... а вдруг что-то случилось с ней? Августо передал мне, что ты сказал ему, чтобы он не лез в это дело... но вдруг все же что-то случилось с ней? Вдруг она пропала... или ее похитили?! — С каждым словом Камелия все сильнее начинала волноваться, а ее мысли уходили в самые дебри, тогда как сам Демиан мог лишь закатывать глаза.

Чем больше Камелия продолжала говорить, тем сильнее он чувствовал пульсирующую головную боль. Сначала она приходила узнать про Ахерона, внутренне стыдясь встречаться с ним самой, а уже после не раз приходила к нему самому, слезно умоляя найти сестру, однако он мог лишь отмахиваться от этого, раздражаясь с каждым разом все сильнее.

— Камелия, с твоей сестрой все хорошо. Ну... в смысле она находиться в поместье. — Демиан слегка прокашлялся, отчего Камелия лишь побледнела, а на ее лице показалось еще больше испуга. Однако, прежде чем она успела сказать еще хоть слово, он, не желая больше выслушивать глупости продолжил говорить. - Она лежит под кроватью в комнате над лестницей, где столкнула Ахерона. Можешь идти.

Закончив говорить, Демиан тут же махнул рукой несколько раз в сторону дочери, показывая всем своим видом, что на этом их диалог закончен. Все же он сказал более чем достаточно, а его дочь явно уже не маленький ребенок и должна сама понять, что к чему.

Камелия же в этот момент хотела сказать что-то еще, однако суровый взгляд отца тут же отбил это желание с корнем. Она могла лишь тихонько выйти из кабинета, а после бегом помчаться в комнату, о которой говорил отец. Демиан только и слышал быстрый стук босоножек по полу, от чего на его лице появилась легкая улыбка.

— Так переживает о сестре, но была так безразлична к собственному брату. Видимо я действительно сделал что-то не так. Эх... не дают поработать. — Качая головой, Демиан мог только тяжело вздохнуть, следом уже откладывая письмо виконта и устало поднимаясь с кресла.

_______________________________________________________________________________________

Камелия в этот момент уже торопливо бежала, пробегая по лестнице и поднимаясь в комнату, о которой говорил отец. Немедля и секунды, она тут же спешно открыла дверь и зашла внутрь. Пыль полностью покрывала пол, а сама комната так и вовсе была под завязку забита всяким давно неиспользуемым хламом.

— Амелия... Амелия ты здесь? — Тихо шепча, Камелия могла лишь попытаться позвать сестру, одновременно с чем пытаясь разглядеть хоть что-нибудь.

К сожалению, сейчас она попросту ничего не видела в темноте комнаты, лишь очертание кровати в самом ее конце. Тем не менее, чтобы туда попасть она должна была пролезть по пыльному полу между всяким хламом.

Однако не получив ответ даже спустя несколько секунд, она недолго думая уже хотела начать лезть, но нагнувшись тут же увидела полностью грязный силуэт, медленно ползущий к свету, отчего тут же громко вскрикнула от страха.

— Т-тихо! Не кричи, Камелия, а то вдруг папа услышит. — Амелия могла лишь со страхом проговорить, забираясь обратно и то и дело поглядывая в сторону двери, спустя миг вновь переводя взгляд на сестру. — Камелия, принеси пожалуйста мне покушать и попить, а то я просто умираю с голоду...

— Амелия! Ты окончательно сошла с ума?! Выбирайся и пошли на кухню и ванну! — Схватив Амелию за руку, Камелия тут же начала яростно вытаскивать сестру наружу, то и дело причитая и бубня.

— Ты что, не понимаешь? Папа убьет меня за то, что я сделала с Ахероном! Самое меньшее он выгонит меня из поместья! — Жалобно прошептав, Амелия могла только вновь горько заплакать, однако слезы у нее уже не текли, словно все что могли, ее глаза уже выплакали. — Мне остается только прятаться здесь, чтобы ты приносила мне еду и воду, а дальше... дальше... разберемся...

Слыша слова своей сестры, Камелия от удивления даже открыла рот, ведь та несла сейчас полнейший вздор. Тем не менее только в этот момент она наконец поняла, что ее отец с самого начала знал, где находиться Амелия. С самого начала он говорил... и с самого начала та все слышала.

— Амелия, Ахерон жив! Папа спас его, и он сам сказал мне, что ты находишься тут! — Едва Амелия услышала слова сестры, как слезы тут же потекли из ее глаз. — Он не хотел говорить, но я спрашивала его много-много раз, и он все-таки решил рассказать...

Камелия продолжала тяжело говорить, то и дело пытаясь проглотить тяжелый ком, сдавившей ее горло. Она искреннее раскаивалась, за то, как относилась к брату, и надеялась, что и ее сестра тоже.

— Видимо... видимо он хотел... хотел... чтобы ты вышла сама...

Продолжая слушать слова своей сестры, Амелия уже вновь зарыдала, как от счастья, что ее брат жив, так и от стыда, ведь все что она могла — это прятаться здесь, словно трусиха.

Даже Камелия сначала говорила быстро и торопливо, пытаясь успокоить сестру, но с каждым мгновением... с каждым сказанным ею словом, ее язык заплетался все сильнее, пока она и сама не заплакала, не способная сдержать печальных слез.