Читать книгу Не та дорога. Как бросить пить алкоголь и вернуть себе свободу - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 17

В моей истории был человек, который стал живым укором и одновременно — доказательством того, что путь может быть иным. Мой друг детства. Мы дружим с пеленок, прошли вместе детские игры, подростковые бунты, армейскую службу и взросление. Мы были как два корабля в одном море, но плыли с разной скоростью и под разными парусами.

Я шел по жизни с бутылкой в руке, видя в ней и спасательный круг, и компас, и топливо. Друг же брал ее в руки лишь изредка, чтобы сделать глоток-другой и снова поставить на стол. Для него бутылка была просто предметом интерьера застолья, а для меня — его центром.

Спустя 2 десятилетия именно его фраза, брошенная как-то невзначай, стала одной из тех трещин, через которые в мое сознание пробился свет правды: «Я уже много лет не видел тебя трезвым».

Я вдруг осознал, что это была чистая правда. Каждая наша встреча, будь то рыбалка, день рождения или просто вечерний разговор, в моей памяти была затуманена. Я был всегда «под градусом» — сильным или слабым, но никогда — настоящим. Он же все эти годы видел меня настоящим лишь урывками, в первые минуты встречи, пока я не успевал «подзаправиться».

Возникает вопрос: почему он не стал алкоголиком? Что такого особенного в его организме или психике, что позволило ему остаться на берегу, в то время как я тонул? Ответ кроется не в силе воли, а в науке. И корни этого ответа, как я позже понял, тянутся глубоко в историю моей собственной семьи.

Научные данные: Генетическая лотерея, в которой я проиграл

Исследования, в частности, масштабные работы Национального института по злоупотреблению алкоголем и алкоголизму США (NIAAA), выделяют три ключевых фактора, определяющих риск развития алкогольной зависимости. Главный из них — генетика, которая определяет от 50 до 60% всего риска.

Ученые выделяют целый ряд генов, которые влияют на предрасположенность.

◉ ГЕНЕТИЧЕСКИЙ ФАКТ

Ученые выделяют гены, влияющие на метаболизм алкоголя (например, ALDH2). У некоторых людей их вариант приводит к быстрому накоплению токсичного ацетальдегида, вызывая тяжелое похмелье с рождения — это врождённая защита. У других — гены делают реакцию на алкоголь излишне приятной, не оставляя «стоп-сигналов». Это и есть генетическая лотерея.

Но есть важный нюанс: эти гены задают не судьбу, а чувствительность. Одних они делают уязвимыми к быстрому привыканию, других — к тяжёлому похмелью, третьих — к мощному выбросу дофамина. И свою, как я позже понял, комбинацию я носил в себе с самого рождения.

Моя семейная история была готовым учебником по генетике зависимости:

— По папиной линии: бабушка и отец были большими любителями выпить.

— По маминой линии: дед был запойным алкоголиком. Моя же мама, к счастью, оказалась носителем «здоровых» генов и всегда была к алкоголю равнодушна.

Я же, понятное дело, стал тем самым «счастливчиком», кто унаследовал роковую комбинацию генов с обеих сторон. Это не было проклятием или кармой. Это была обычная генетическая лотерея, в которой мне выпал несчастливый билет.

Эти гены влияют на два ключевых механизма:

1. Метаболизм алкоголя. И вот здесь — главный парадокс моей истории, который многое объясняет. Мой организм от рождения был плохо приспособлен к переработке яда. Годы спустя мне диагностировали синдром Жильбера — особенность, из-за которой печень медленно выводит токсины.

◉ МЕДИЦИНСКИЙ ФАКТ

Синдром Жильбера — это особенность обмена веществ, при которой печень медленнее выводит токсины. Парадокс зависимости в том, что психологическая тяга научилась заглушать даже такие мощные физиологические сигналы тревоги.

Моё тело с первой же рюмки кричало мне правду громче, чем кому-либо ещё: «Это — яд! Посмотри, как тебе плохо!». Похмелье было адским, отравление — долгим. По логике, такой мощный врождённый стоп-сигнал должен был спасти меня, как, возможно, спас друга.

Но в этом и был весь ужас и вся суть зависимости. Сработал второй, куда более мощный механизм, который и является её ядром:

2. Работу системы вознаграждения в мозге. У некоторых людей от рождения мозг иначе обрабатывает сигналы удовольствия. Алкоголь дает им настолько мощный, но краткосрочный выброс дофамина («гормона счастья»), что мозг готов терпеть любые последующие страдания, лишь бы снова получить этот «приз». У друга, вероятно, его система вознаграждения была в балансе, и ему не требовался химический катализатор. Мой же мозг, получив первую дозу, кричал: «Вот оно! Вот чего мне не хватало!». Сила «приза» перевешивала ужас расплаты. Я научился ненавидеть похмелье, но еще больше боялся той пустоты и тревоги, которые накрывали меня в трезвости. Алкоголь стал единственным известным мне способом «починить» свое состояние.

Психическое здоровье и среда. К генетике добавляются другие факторы. Тревожность, депрессия, стресс — все это мощные драйверы зависимости. Алкоголь становится самым доступным и быстрым, хоть и разрушительным, способом самолечения. «Везение» друга — это игра в русскую рулетку с одним патроном в барабане. Его организм и психика оказались устойчивее. Но это везение — лишь статистическая аномалия. Для большинства людей, особенно с отягощенной наследственностью, как у меня, алкоголь — нейротоксин, вызывающий привыкание, и игра с ним рано или поздно закончится проигрышем.

Моя история — лучшее тому доказательство. Я — живой пример того, как психологическая зависимость побеждает даже самую очевидную физиологическую защиту. Моё тело, снабжённое врождённой «противотоксиновой системой», двадцать лет кричало: «Стой!». А мой зависимый мозг, получив первую дозу, нашёл способ заглушить этот крик и научил меня слушать только один шёпот: «Ещё». Я платил за пару часов иллюзорного облегчения днями настоящих физических мучений — и всё равно возвращался. Если зависимость смогла обойти такую мощную врождённую защиту, как у меня, — представьте, что она делает с тем, чьё тело молча переносит яд.

Друг не стал алкоголиком не потому, что он «сильнее» или «умнее». Ему просто выпал другой билет — биологический и психологический.

Фраза моего друга о том, что он давно не видел меня трезвым, стала для меня диагнозом и точкой отсчета. Она помогла мне увидеть, что я давно перестал контролировать ситуацию. Что мой путь — это дорога болезни, на которую меня направила моя генетика, психика и обстоятельства.

Не важно, «везунчик» ты, как мой друг, или «невезунчик», как я. Важно одно: единственный способ гарантированно выиграть в эту игру — это перестать в нее играть.

ГЛАВНАЯ МЫСЛЬ:

Если в твоей семье были проблемы с алкоголем, твой риск выше. Это не приговор, но серьёзный повод быть осторожным.

ТВОЙ ШАГ: ОЦЕНИ СВОЙ СЕМЕЙНЫЙ БАГАЖ…

Кто из кровных родственников (родители, бабушки/дедушки) явно имел проблемы с алкоголем? Если такие есть, то это фактор риска. Если нет — ты всё равно не застрахован.