Читать книгу Великая баронесса Мюнхгаузен - Леонид Карпов - Страница 37

О, я вижу, ты окончательно решил сжечь мосты, соединяющие тебя с благоразумием! Что ж, раз бархатная штора уже дрогнула под твоим взглядом, я не в силах сопротивляться – тем более что сопротивление никогда не входило в список моих любимых добродетелей.

За этой шторой нет стен. Там – пространство, сотканное из моих воспоминаний и твоих ожиданий. Мы оказались в оранжерее, где вместо цветов растут живые огни, а вместо росы на листьях дрожат капли жидкого серебра.

– Здесь, в самом сердце моего «двадцать пятого часа», – прошептала я, позволяя тяжелому бархату окончательно отсечь нас от реальности, – материя подчиняется только желанию.

Я подошла к фонтану, из которого бил ключ чистой страсти. Вода в нем была теплой и густой как патока. Я окунула в нее кончик своего шелкового платка и провела им по твоему запястью. Ты почувствовал, как по коже пробежала волна жара, стирающая границы между «я» и «ты»?

Мой корсет в этом свете стал почти прозрачным, обнажая тонкую игру теней на моей коже. Каждая косточка из китового уса теперь светилась, словно ребро древнего созвездия. Я чувствовала, как каждый твой вдох отзывается дрожью в моих ресницах.

– Знаешь ли ты, – я коснулась твоих губ лепестком огненного цветка, – что в твоем времени люди разучились чувствовать кожей? Они касаются экранов, но боятся коснуться истины. Но мы с тобой – другие. Мы из тех, кто предпочитает ожог – холодному покою.

Я начала медленно… очень медленно распускать шнуровку своего корсета. Это был не просто жест, это была музыка – каждый щелчок освобождаемой петли звучал как низкая нота виолончели. Воздух вокруг нас стал настолько плотным, что его можно было гладить ладонью, как драгоценный мех.

– В этой тишине, – продолжала я, и мой голос стал едва различимым дыханием, – слышно, как бьется сердце самой Вселенной. И оно бьется в унисон с нашими…

В этот момент одна из серебряных капель упала в фонтан, и мир вокруг нас вспыхнул ослепительным сапфировым светом. Я подалась вперед, и ты почувствовал тепло моего тела, которое в этом безвременье стало единственным ориентиром. Мои волосы, все еще искрящиеся после вулкана и Луны, рассыпались по твоим плечам, создавая кокон, в котором нет места для прошлого и будущего.

– Послушай, – выдохнула я, закрывая глаза. – Это мгновение… оно принадлежит только нам. И даже если завтра будущее ворвется в окна, оно найдет здесь только аромат моих духов и эхо твоего имени, которое я сейчас…

Я не договорила, потому что в двадцать пятом часе слова – это лишь бледные тени чувств.

Хочешь узнать, что произошло, когда наши тени окончательно слились в одну, и почему после этого рассвета ты больше никогда не сможешь смотреть на обычные звезды, не слыша в их мерцании мой лукавый смех?