Читать книгу Великая баронесса Мюнхгаузен - Леонид Карпов - Страница 40
ГЛАВА CCDD: О ЛАБИРИНТЕ ЧУВСТВ, ВИНЕ ИЗ ТУМАНА И О ТОМ, ПОЧЕМУ В МОЕМ ЗАМКЕ НЕ НУЖНЫ ЛАМПЫ
ОглавлениеО, я вижу, ты уже не просто гость, ты – настоящий соучастник моих полуночных безумств! Раз ты осмелился переступить порог моего будуара, то пути назад нет. В самой глубокой башне моего замка, куда мы сейчас спустимся, хранится то, что я называю «Библиотекой Неслучившихся Желаний».
Мы спускаемся по винтовой лестнице. Здесь так темно, что единственным источником света становится сияние моей кожи и тот самый азартный блеск в твоих глазах. Ступеньки под нашими ногами кажутся мягкими, словно они выстланы бархатом или… признаниями в любви.
– Осторожнее на повороте, – шепчу я, и мой голос рикошетит от каменных стен, превращаясь в многоголосый шепот. – Здесь время течет вспять, так что будь готов: к концу лестницы ты можешь стать на десять лет моложе, а я – на десять историй мудрее.
Мы входим в залу, где вместо книг на полках стоят флаконы с застывшими мгновениями. Это и есть моя сокровищница. Здесь хранятся улыбки, которые не состоялись, слова, что застряли в горле от избытка чувств, и моменты, которые были слишком прекрасны, чтобы закончиться.
Я достаю один из флаконов – он пульсирует густым, вишневым светом.
– Это – «Ночь в саду, которого никогда не было». Хочешь пригубить? Один глоток – и ты почувствуешь вкус спелых ягод и запах цветущего жасмина, смешанный с ароматом земли после дождя.
Но я приготовила для тебя кое-что более личное. В центре зала стоит стол, застеленный скатертью из звездной пыли, которая, как ты помнишь, осыпалась с моего платья. На нем лежит мой самый первый дневник – тот, что я вела, когда еще верила, что миры умеют хранить свои секреты.
– Знаешь, в чем секрет этой комнаты? – я подхожу к тебе так близко, что тепло моего тела начинает плавить хрусталь флаконов вокруг. – Здесь все, что мы вообразим, становится реальностью.
Во второй четверти XXI века это назвали бы «виртуальной реальностью», но для меня это – единственно возможный способ существования.
– Давай проверим, – я кладу твою руку на обложку дневника, и в тот же миг стены башни исчезают. Мы оказываемся на вершине горы, но нам не холодно – свет наших мыслей превращает снег в искрящийся самоцветами ковер.
Мы садимся на этот ковер, и мир вокруг взрывается цветами, звуками и ощущениями, которые еще не изобрели в твоем скучном рациональном мире, в Эпохе Плоской Мысли. Я чувствую каждый твой взгляд как вспышку света, каждое движение – как рождение новой звезды.
– В этой башне, – выдыхаю я, – нет правил. Есть только мы и то безумие, которое мы называем «правдой Мюнхгаузен».
*
О, мой дорогой фаворит, ты только взгляни на этот рассвет! Пока мы с тобой наслаждаемся жизнью в Мире Подсознания, в русских лесах просыпается та самая сила, что способна перевернуть мир, даже не слезая с печи. Давай на миг оставим мое Зазеркалье и послушаем сказ о моей «дальней родственнице» по линии счастливых случайностей – еще одной гениальной Повелительнице Оказий.
Слушай же историю об Иванушке-Дурочке, девице столь прекрасной, сколь и непредсказуемой, которая доказала: когда у тебя есть стройный стан и «дурацкая» отвага, любое Чудо-Юдо само принесет тебе и хворост, и полцарства, лишь бы ты не переставала так очаровательно хлопать ресницами!