Читать книгу Jäger: безликий охотник на тени. Голос из прошлого - Людмила Алмазова - Страница 11

Тишина в комнате сгущалась, становясь осязаемой, как чёрный шёлк. Лиза лежала неподвижно, чувствуя, как холодный пот стекает по виску. Она не видела, но знала – присутствие в углу было не враждебным. Оно было… любопытным. И в этом любопытстве сквозила древняя, леденящая надменность.

Из тьмы отделилась и поплыла к кровати едва видимая дымка. Она была нечёткой, но в едва заметных колебаниях угадывался силуэт женщины в длинном платье старинного покроя. Воздух наполнился запахом старого пергамента, увядших роз и… дымом от свечей.

– Маленькая птичка… в гнезде своём… такая тёплая, такая живая… – голос прозвучал не в ушах, а прямо в сознании Лизы. Он был похож на шелест страниц, на скрип пергамента. В нём не было угрозы. Пока не было. Лишь холодное, аналитическое любопытство. – Чем же ты так привлекла моего Охотника? Он стал… рассеянным. Смотрит в пустоту и думает. О ком?

Лиза почувствовала у самого лица леденящее дуновение. Невидимые щупальцы холода потянулись к губам, будто желая попробовать её дыхание, её жизненную силу на вкус.

– Давай… поделись… всего капельку… – прошелестел голос, и в нём послышалась нотка жадности.

Вместо того чтобы вжаться в подушку, Лиза резко села на кровати. Страх отступил перед волной праведного гнева.

– Отойди, – выдохнула она, и голос, к её собственному удивлению, прозвучал твёрдо и чётко. – Убери свою… лапу. Если Jäger узнает, что ты здесь, и что ты делаешь… Ему это не понравится. Поверь мне.

Туманная фигура дёрнулась, будто от удара током. Холод отступил на пару шагов. В тишине повисло напряжённое, злое изумление.

– Ты… угрожаешь мне? Мне, Шеоль? – голос зазвучал тоньше, острее. – Ты, ничтожная пылинка одного дня!

– Я говорю факты, – не отступала Лиза, глядя в ту точку, где должны были быть глаза. – Он тебе доверяет. А ты здесь, за его спиной… Это называется предательство.

На мгновение в комнате воцарилась такая тишина, что Лизе показалось, будто её собственное сердце остановилось. Она приготовилась к атаке, к леденящему прикосновению, которое выжжет душу.

Но атаки не последовало. Вместо этого туман сжался, стал плотнее, и в нём проступили черты – гордый овал лица, вздёрнутый нос, тонкие, сжатые в ниточку губы. Тембр тоже изменился. Надменность сменилась чем-то другим – отчаянной, древней тоской.

– Он… не слушает меня… – прошептала Шеоль, и её голос стал похож на плач, запертый в склепе на сотни лет. – Умоляю тебя… Уговори его. Уговори моего Охотника помочь мне вернуться. Вернуться домой.

– Домой? – невольно переспросила Лиза.

– В мои земли… – в голосе Шеоль зазвучала неприкрытая, дикая гордость. – Я была… дочерью герцога. Наш род вёл свою линию от самого Генриха I Птицелова14. Кровь королей и магов текла в наших жилах. Я с детства изучала тайные науки… Я была сильнейшей в нашем роду. Я выстояла… – голос дрогнул от ярости и боли, – …я выстояла в схватке с инквизицией! Ты знаешь что-нибудь о «Молоте ведьм»?15

Лиза кивнула, вспомнив смутные обрывки из курса истории.

– Так вот, тот, кто писал его – Крамер. Его приспешники пришли и за мной. Они не могли победить меня в честном поединке магией. Поэтому они действовали тайно, подло… как крысы! Меня похитили ночью из собственной постели. Казнь была тайной… чтобы не сеять панику среди народа. Они думали, что уничтожили всё. Но они не знали… они не знали, на что способна воля герцогской крови!

Шеоль замолчала, и в тишине Лиза услышала отголоски того древнего ужаса – крики, запах гари, холод железа.

– Я стала тенью. Сильной. Очень сильной. И очень… одинокой. А потом… пришли Они… Сумеречные Охотники. Выслеживали таких, как я. Сильных, свободных, опасных! Они хотели… уничтожить меня окончательно. И тогда… тогда появился он. Jäger. Он спас. Взял к себе. Сделал своим… своим щитом. Своим инструментом.

В её голосе прозвучала горечь. Не рабская, а гордая, как у пленного орла.

«Кто ещё для кого щит», – хмыкнула про себя Лиза.

– И теперь я заперта здесь, в этих каменных джунглях, в тысячах миль и сотнях лет от моих зелёных холмов, от стен моего замка! Я хочу домой! Умоляю… уговори его. Только он может открыть мне путь. Он… прислушается к тебе.

Лиза сидела, ошеломлённая потоком горьких откровений. Перед ней была не просто «тень-помощник», а трагическая фигура – принцесса, волшебница, жертва инквизиции, обречённая скитаться между миром живых и мёртвых, веками не находя утешения. И её единственная надежда – тот самый холодный, беспощадный Охотник, который отказался спасти троих глупцов.

– Я… я не знаю, смогу ли, – честно сказала Лиза. – Он не из тех, кем можно управлять.

– Попробуй… – голос Шеоль стал едва слышным, фигура начала таять, растворяясь в ночной тьме. – Иначе… я не знаю, что со мной станет. Ревность и тоска – плохие советчики даже для мёртвых… Помни об этом, пылинка, – последние фразы звучали как угроза.

Вместе с обрывками шёпота исчезло и присутствие тени. Тишина в комнате снова стала обычной, наполненной тиканьем часов и гулом города за окном. Но Лиза уже не могла уснуть. Она только что говорила с призраком герцогской дочери XV века, которая просила её о помощи. И которая, возможно, была влюблена в её загадочного проводника по миру теней.

Теперь она обладала не просто тайной. У неё появилась миссия. И очень опасная союзница… или соперница.

Воспоминания Шеоль о себе – дочери герцога