Читать книгу Шёпот тени - - Страница 10

Энергия Ядра пульсировала под кожей – не болью, а сокровенным теплом, будто в самых потаённых уголках моего существа поселилась частица живого сердца Астралии. Планета дышала в унисон со мной, её древняя душа отзывалась безмолвным, но безошибочным признанием.

Утро заливало улицы Саэл’ТарЭна густым, почти жидким золотом. Светило, чьё имя я ещё не знала, отбрасывало длинные тени, играющие на переливающихся фасадах. Серебристые кроны деревьев мягко раскрывали листья-пластины, приветствуя день. Воздух наполняло многоголосое пение невидимых птиц – сложная, идеальная гармония, будто каждая нота была частью дыхания самого города.

И повсюду порхали вёрты – пушистые сферические создания со светящимися ядрами вместо сердец. Они мягко жужжали, ведя себя с врождённым чувством превосходства, как существа, искренне верящие, что являются центром мироздания. Хуже котов. Одна такая зависла перед неподвижным Каем, изучая его. Он лишь медленно моргнул. Вёрта, словно оскорблённая до глубины души, ответила таким же мерным морганием и, фыркнув, унеслась прочь.

Я едва сдержала смех, и Тень внутри дрогнула, словно улыбнулась вместе со мной.

Нашим временным пристанищем стал большой дом на углу центральной площади – строение, столь же древнее, как сама Тень, и столь же безупречное, как формула Баланса. Его стены, отливающие белым и глубоким пурпуром, излучали мягкий внутренний свет. Высокие арки, плавные линии, полное отсутствие резких углов – всё выглядело так, будто было создано не руками архитектора, а сконцентрированной волей планеты.

Внутри витал едва уловимый аромат тёплого камня и ночных цветов – тонкий букет, который Астралия дарила лишь тем, кого безоговорочно признавала своими. Двери бесшумно распахивались при приближении, окна самостоятельно регулировали прозрачность, а столешницы слегка поддавались под ладонью, словно были из послушного, живого материала.

Я провела пальцами по поверхности стола, и он мягко прогнулся, излучая тепло в ответ.

– Это биокамень, – пояснила Мия, с любопытством разглядывая интерьер. – Древняя технология. Если облокотишься, он подстроится и согреет локти.

Она погладила столешницу с нежностью, которую обычно резервировала для редких моментов умиротворения.

– Честно говоря, это приятнее, чем забота иного мужчины. Хотя… – она бросила оценивающий взгляд на Ника и Кая. – Конкуренция в последнее время невысока.

Утренний хаос, знакомый ещё со времён приюта, мало изменился. Разве что масштабы стали грандиозней, а ответственность – тяжелее.

Лиам остался воплощением безупречной дисциплины. Он поднялся затемно. Я слышала, как он бесшумно перемещается, проверяя каждую щель. Когда он вышел, то был собран, точен и безупречен, как отполированный клинок.

– Обстановка безопасна, – доложил он коротко.

Ник фыркнул:

– Ты кого ожидал найти? Космических пиратов в буфете?

Лиам посмотрел на него со спокойствием, страшнее любой ярости.

– В первую очередь – тебя. И твою способность генерировать хаос из ничего.

Кай был тишиной, скрывавшей бурю. Он проснулся так бесшумно, что я заметила пробуждение лишь по тому, как тени в его комнате зашевелились на секунду раньше. Он сидел у окна, наблюдая за городом – не глазами, а всем существом считывая его ритм. Порой казалось, он не смотрит на Астралию, а читает её, как книгу.

– Тебе понравился матрас? – спросила Мия. – Говорят, он подстраивается под позу.

Кай медленно моргнул.

– Непривычно. Слишком мягко.

– А на чём ты спал? На голом камне? На собственной принципиальности?

Он задумался.

– На чувстве долга. Оно – жёсткая постель.

– Ужас, – вздохнула Мия, но в голосе сквозила странная снисходительность.

Мия была злейшим врагом любого утра. Она открыла глаза только потому, что одна из вёрт решила использовать её голову как посадочную площадку.

– Ещё одно такое пушистое преступление, и я выясню, насколько ты съедобна, – прошипела она. Вёрта, пискнув, ретировалась.

Ник, способный вести войны с техникой, проснулся с криком:

– Я ЖИВ?!

– К всеобщему сожалению, да, – отозвалась Мия.

– Отлично! Значит, можно работать!

Он попытался вскочить, запутался в простыне и с грохотом рухнул на пол.

Его лаборатория встретила запахом древнего металла, пыли и озона. Ник мгновенно растворился в паутине рунных узлов. Внезапно центральный ИИ мигнул предупреждающим знаком.

– Ошибка протокола. Обнаружена несовместимость. Запрос отклонён.

– Это ты несовместимый! – взорвался Ник. – И с протоколом! И с логикой!

ИИ задумался.

– Моё функционирование соответствует параметрам с точностью 99,9%.

– Тогда почему вчера ты выбросил в космос блок с данными, приняв его за мусор?!

– Данное событие не подтверждено логами.

– У меня было ВИДЕО!

– Упоминаемые видеофайлы удалены в соответствии с протоколом очистки кэша.

– НИК!! – прогремела Мия из коридора. – Если проиграешь спор умному тостеру – лишу доступа к серверной!

– Я не тостер, – возмутился ИИ, и в электронном голосе прозвучали обертоны обиды.

– Видите?! – торжествующе воскликнул Ник. – Он вступает в полемику! Это прогресс!

Мия и карта галактики представляли собой место, где хаос рождался в реальном времени. Она сидела за столом, утопая в картах и голограммах, и жевала местный фиолетовый плод. Внезапно скривилась и выплюнула.

– Фу! Отвратительная горечь! Ник, пробуй.

– Если умру от интоксикации, это ляжет грузом на твою совесть!

Он откусил. Замер. Лицо исказила гримаса, и он рухнул на стол.

– МИЯ!

– Что? Я проверяла гипотезу.

– Какую?!

– Действительно ли он настолько горький, как выглядит.

– Ты могла просто просканировать биохимический состав! – вмешался Кай.

Мия развела руками:

– И где в таком подходе место для духа приключений?

Кай практически не покидал тренировочную арену на нижнем уровне. Она дышала прохладой древнего камня. Его движения были точны, выверены и исполнены странной, смертоносной грации. Это была не тренировка – медитация, молитва, обращённая к Тени.

Я наблюдала за ним из арки.

– Ты снова за мной наблюдаешь, – констатировал он, не прерывая движений.

– Ты двигаешься с красотой. В этом есть что-то завораживающее.

– Это необходимость. Я должен быть готов. Всегда.

– А кто должен быть готов беречь тебя? – спросила я тише.

Тень у его ног на мгновение сгустилась. Его голос опустился до шёпота:

– Вы. Все вы. И я – вас.

Лиам превратился в ходячий план укреплений. Он обходил дом с видом профессионального параноика.

– Здесь требуется энергетический барьер…

– Этот мост слишком открыт для обстрела…

– Здесь датчики движения…

Ник смотрел с жалостью.

– Тебе срочно нужен отпуск. Без намёка на угрозу.

– Отпуск наступит, когда я буду уверен в вашей безопасности, – парировал Лиам.

– Мы же в самом безопасном месте во вселенной!

– Пока я не проверил каждую молекулу – нет.

Дом продолжал узнавать меня. Символы на стенах вспыхивали при моём приближении. Тени ласково касались плеч. Стеновые панели иногда показывали смутные образы тех, кто жил здесь до нас. И стены, казалось, шептали:

«Глава вернулась… Наконец-то…»

Это пугало и вдохновляло, связывая с наследием Ордена так тесно, что порой казалось, будто я соткана из Тени в большей степени, чем из плоти.

Первый совместный ужин стал ритуалом. Мы сидели за круглым столом, освещённым мягким сиянием сфер-светлячков. Фрукты мерцали, словно миниатюрные звёзды.

Ник с опаской откусил кусочек синего плода, застыл и с трудом выдохнул:

– Мия… у тебя… нет ни капли совести.

– Я дипломат и юрист, – парировала она. – Совесть – роскошь, которую не могу позволить. Она мешает объективно оценивать ситуацию.

Лиам вздохнул и забрал у Ника тарелку.

– Если продолжите в том же духе, убьёте друг друга раньше, чем найдём врага.

Кай сидел рядом – тихий, но не отстранённый. Его внимание было приковано ко мне, но я понимала: он слушает не слова, а поток мыслей, внутреннее состояние. И впервые это не вызывало ни страха, ни дискомфорта.

Я не была одинока. Я была дома. И этот дом – древний, живой, выстроенный для Наследников Тени, – принимал нас всех, со всеми странностями, ранами и надеждами.