Читать книгу Зови меня Дженни - - Страница 12

Дженни

Месяц спустя…

Такси мчалось по ночному городу, а я смотрела в тонированное стекло на мелькающие огни, которые отражались в витринах модных бутиков. Бутиков, где я теперь могла бы что-то купить, не смотря на ценник. В кармане лежал телефон, и на банковском счете тихо догорала цифра с ещё одним еженедельным нулём. Десять тысяч долларов. Каждую неделю.

Жизнь, вопреки всему, налаживалась. Если «наладиться» – значит выработать чёткий, жёсткий график выживания. Утро – силовая с Ингрид, превратившая моё тело из сломанного механизма в отлаженный, выносливый инструмент. Колено больше не кричало – оно глухо ныло, и это был прогресс. День – хореография с Мэттом, который перестал ломать нас открыто, перейдя к холодной, отточенной жестокости перфекциониста. Вечер – медицинские процедуры, уже привычные, как чистка зубов: уколы, капельницы, осмотры.

А потом – возвращение в нашу квартиру. Нашу. Потому что так вышло. Хлоя осталась на пару дней, превратив берлогу Джейкоба в подобие дома с запахом печенья и развешанными гирляндами, а потом съехала обратно в общагу, махнув рукой: «Вам тут вдвоем уютнее». Она была права. Мы выработали свой ритм. Он готовил завтраки. Я разбирала почту. Он смотрел футбол. Я читала, растянувшись на его диване в его футболке. Мы молча лечили друг другу синяки после тренировок. Было тихо. Безопасно. И чертовски мучительно.

Потому что чувства никуда не делись. ОНИ УСИЛИЛИСЬ. Из искры в груди они превратились в постоянный, тлеющий под кожей пожар. Я ловила себя на том, что ищу его взгляд в отражении зеркала в зале. Запоминала, как он морщит лоб, читая что-то на телефоне. Как смеётся, чуть хрипло, когда в старых комедиях попадалась действительно смешная шутка. Я тонула в нём всё больше с каждым днём этой странной, совместной жизни.

А потом, неделю назад, я совершила ошибку. За ужином я, щёлкая телефоном, сказала:

– Смотри, тут неплохие варианты. Студия в новом районе. Или вот лофт на окраине, но с хорошим светом. На мою зарплату можно.

Я говорила о том, что мне, возможно, стоит подумать о своём, отдельном жилье.

Он замолчал. Положил вилку. Поднял на меня глаза, и в них была… паника. Голая и настоящая.

– Зачем? – спросил он тихо.

– Ну… мы же не можем вечно жить вместе, как… – я запнулась.

– Как что? – его голос стал твёрже. – Как друзья, которые спасают друг другу жизнь каждый день? Как партнёры, которые знают друг о друге всё? Ты нашла что-то лучше?

– Нет! Но…

– Тогда никуда не отпущу, – перебил он. Просто и окончательно. – Ты здесь. Я здесь. И точка. Выкинь эти объявления.

Это был приказ солдата, не желающего терять напарника. Но от этих слов у меня всё внутри перевернулось и замерло в сладком, болезненном ожидании. Он не хотел, чтобы я уходила. Но что это значило?

Я потянулась за телефоном, чтобы отвлечься. На экране горела цифра: 1.7 миллионов подписчиков. Страничку я назвала просто – Jennie Ruby. Алый цвет, чёрно-белые профессиональные фото со съёмок «Феникса», редкие сторис, где только мои ноги в пуантах на потёртом паркете или рука с кружкой кофе на фоне окна. История возрождения. История силы. Они это сожрали.

Я ткнула в профиль Джейкоба. 2.1 миллиона. Обогнал. И знала почему. Там, среди строгих танцевальных фото, месяц назад висело одно случайное, не постановочное. Его спина в напряжённом поклоне после тренировки, капельки пота на шее, и да – легендарная задница, идеально очерченная мокрыми от пота штанами. Он запостил это с подписью «Цена вопроса». Комментарии взорвались. Он лишь пожимал плечами: «Честное фото. Работа есть работа».

Такси плавно остановилось у сияющего подъезда ночного клуба, арендованного «Фениксом» для первой закрытой фан-встречи. За красной бархатной верёвкой уже толпились люди – в основном девушки, с самодельными плакатами «JENNIE & JACOB», «PHOENIX RISING».

Джейкоб расплатился и вышел, обходя машину, чтобы открыть мне дверь. На нём был тёмно-синий пиджак, наброшенный на простую чёрную футболку, и он выглядел так… звездно. Непривычно, но безумно притягательно.

– Готовься, Роуэн, – сказал он, протягивая руку, чтобы помочь мне выйти. Его пальцы крепко сомкнулись вокруг моих. – Сейчас нас будут любить. Или съедят заживо. Зависит от настроения.

– Главное – вместе, – выдохнула я, и это прозвучало двусмысленно.

Мы стояли, взявшись за руки, на пороге этого нового безумия. Два друга, которые делили одну ванную, одну тоску и один банковский счёт. Уже не приятели. Что-то большее, запутанное и невысказанное, висело между нами плотнее, чем бархатная верёвка. И сейчас нам предстояло шагнуть навстречу не только любви толпы, но и этому тихому, невыносимому вопросу в наших глазах, который мы всё ещё боялись задать друг другу вслух.